Доктор Данилов в реанимации, поликлинике и Склифе - Андрей Шляхов

– А вам, Владимир Александрович, я рекомендую более своевременно уведомлять других врачей в подобных ситуациях.

– Я приму вашу рекомендацию к сведению, – церемонно пообещал Данилов.

– Тогда на этом мы и закончим.

Данилов взял карту Артищева и вышел из кабинета первым. Сабуров нагнал его на лестнице и прошипел:

– Больше так не умничай, а то мигом вылетишь из поликлиники!

Не вдаваясь в детали и уточнения, Данилов остановился на площадке между четвертым и третьим этажами и негромко, но внятно послал Сабурова, куда давно хотелось, добавив:

– Еще раз явишься ко мне скандалить – оба глаза на жопу натяну. В прямом смысле.

Дожидаться, пока Сабуров переварит предупреждение, не стал – спустился к себе.

У дверей кабинета было пусто, не то что на третьем этаже, где вели прием участковые терапевты.

– Если придет Артищев, отправьте его к Надежде Семеновне, – сказал Данилов Оксане. – А карту отдайте в регистратуру.

– Хорошо, – ответила Оксана. – А можно узнать, кто победил?

– Победила дружба, – Данилов не пожелал вдаваться в подробности.

Обернувшись на скрип открываемой двери, он ожидал увидеть кого угодно, но только не Сабурова.

«Продолжение следует», – обреченно подумал Данилов, приготовившись к исполнению своего обещания.

Данилов ошибся – уролог пришел с миром.

– Вот ты, оказывается, какой! – одобрительно сказал Сабуров, держась одной рукой за дверной косяк для сохранения равновесия. – Нормальный мужик! А поначалу ученым дятлом прикидывался... Прикинь, Оксан, он мне сейчас пообещал глаза на жопу натянуть. Это, я считаю, по-мужски. Люблю искренность в общении и уважаю искренних людей. Пойдем, Вовка, покурим!

– Спасибо за приглашение, но я не курю, – ответил Данилов, дивясь столь резкой перемене сабуровского настроения.

– И правильно делаешь! – одобрил Сабуров. – Ладно, мне пора. Будет желание – заходи, поболтаем.

– Зайду, – пообещал Данилов.

Невежливо было бы отказываться от столь радушного приглашения.

– А Артищева я погашу, – пообещал Сабуров. – Он тебе проблем не создаст!

– Литвинова, кажется, собралась «гасить» его сама, – напомнил Данилов.

– Что она может?! Ладно, я пойду покурю!

– Теперь вы с Игорем Сергеевичем кореши неразлейвода, – подвела итог Оксана, когда за Сабуровым захлопнулась дверь.

– Это хорошо или плохо?

– С одной стороны, хорошо – с таким типом, как Сабуров, приятнее дружить, чем враждовать. С другой стороны, готовьтесь раза два в неделю выслушивать горькую историю его жизни.

– А она действительно горькая?

– До невозможности, – кивнула Оксана. – Памятник, и то заплачет. Главное – не вникать в детали.

– Почему?

– Ну, начинает Игорь Сергеевич со своей службы в Афганистане, – обрадовалась возможности посплетничать Оксана. – Рассказывает, как воевал там несколько лет, как друзья у него на руках умирали. Очень трогательно... Затем он переходит к своим спортивным достижениям и рассказывает, как играл в дублирующем составе сборной России по хоккею. Дальше – про тюрьму, как он кантовался семь лет на строгом режиме...

– Что-то не сходится...

– Я же говорила – не надо вникать в детали, а то Игорь Сергеевич расстроится. Слушайте и сочувствуйте. Зона – это предпоследняя тема. Последняя – несостоявшаяся защита диссертации на кафедре урологии. Врет Игорь Сергеевич вдохновенно, с душещипательными подробностями. Каждый раз что-нибудь новенькое придумает. Ему бы книжки писать, а не в жопах пальцем ковыряться.

– Спасибо за информацию.

– Не за что. Главное – не улыбайтесь и не выказывайте недоверия. Быстрее отвяжетесь, тем более что Игорь Сергеевич обычно гонит только одну тему, на все сразу у него запала не хватает. Но его хоть слушать интересно, это не ЛОР Тамара Тимофеевна...

По глазам Оксаны было заметно, что ей очень хочется рассказать до кучи и эту историю.

– А что ЛОР? – спросил Данилов.

– Вот там-то все печально, – вздохнула Оксана. – Настоящая трагедия. Тимофеевна работала в Склифе, была там на хорошем счету, потихоньку кропала диссертацию, имела богатенькую клиентуру. В общем – все, как полагается, можно только позавидовать. Но как-то в ее дежурство привезли какого-то большого начальника, кого именно, она не говорит. Начальник был после покушения, у него взорвали машину, только он в нее сесть еще не успел – рядом стоял. А наша бедная Тимофеевна, замотавшись на дежурстве, не диагностировала у большого начальника при приеме разрыва барабанной перепонки... Спустя некоторое время поднялась большая волна. Тимофеевну уволили по статье, по собственному уйти не дали. Мыкалась она, мыкалась, пока не устроилась в нашу поликлинику. Работа вроде как и ничего, только со Склифом не сравнить. И денег меньше, и статус не тот, и клиентуры никакой. Вот это – трагедия, я считаю.

– Согласен, действительно – трагедия.

Пациентов не было, поэтому Данилов рассказал Оксане похожую историю из скоропомощной жизни.

– Когда я работал на «скорой», у нас точно так же, со статьей, уволили доктора и фельдшера. Они приехали на «авто» и первым делом бросились спасать водителя, который был в крайне тяжелом состоянии. А такого же большого начальника, находившегося в сознании и самостоятельно выбравшегося из машины, попросили минуточку обождать. Ну как можно – тот обиделся и потребовал возмездия...

– А у него были хоть какие-то травмы? – спросила Оксана.

– Две ссадины на лбу, которые на месте обработали перекисью и наложили повязку, – усмехнулся Данилов. – Реально придраться было не к чему – бригада совершенно обоснованно сначала занялась водителем, они его, в итоге, до реанимации дотянули живым. Но этот тип еще жаловался на то, что ему нагрубили, вот за грубость их и уволили.

– А что – они вправду нагрубили?

– Оксана, представьте себе такую ситуацию. Врач интубирует тяжелого больного, чтобы подключить к аппарату, фельдшер спешит поставить катетер и начать инфузионную терапию. И в этот момент подбегает на своих двоих какой-то козел с царапиной на лбу и орет: «Бросайте его и сперва окажите помощь мне!» Разумеется, его хором послали на хрен, чтобы не мешал работать. Что еще оставалось делать?

– Бывают же люди, – вздохнула Оксана. – Хорошо хоть, что у нас публика самая обычная. С простыми людьми и работать проще...

– И спокойней, – добавил Данилов. – Правда, вот в такой ситуации, как сегодня с магнитотерапией, даже самый спокойный человек может качать права. Назначили – и вдруг отменили. Непонятно, а все непонятное-то и вызывает скандалы.

– Не переживайте вы, Владимир Александрович, Сабуров же сказал, что он его погасит, значит – погасит. Игоря Сергеевича больные боятся и оттого очень уважают. Не будет Артищев скандалить, вот увидите.