Замок и ключ - Сара Дессен

— Не может быть! Ты же забрал их вещи из химчистки!

— Вообще-то всего одно пуховое одеяло. Мы сдаем его туда примерно раз в месяц.

Я зашла на кухню, огляделась. В холодильнике ничего не было, шкафчики сияли чистотой, и только на одном я обнаружила перевернутую крышечку от бутылки.

— Ага! Они пьют рутбир![7]

— Это моя крышечка, — ответил Нейт. — Оставил в прошлый раз, чтобы проверить, выкинут ее или нет.

— И никто ее не трогал?

— Странно, верно? — Он подошел к балкону и открыл стеклянную дверь. Потянуло свежим воздухом. — Похоже, квартира сдается внаем или, может, принадлежит какой-нибудь крупной компании. Для командированных работников.

Я направилась в гостиную, заметив у дивана невысокий книжный шкаф. Там стояло несколько романов, путеводитель по Мексике и пара книг по архитектурному дизайну.

— Ну не знаю. Мне все-таки кажется, что здесь кто-то живет.

— Если это и так, то я им сочувствую, — сказал Нейт, заглядывая в открытую дверь. — Здесь даже нет фотографий.

— Каких еще фотографий?

— Снимков друзей или родственников, доказывающих, что человек существует, понимаешь?

Я вспомнила свою новую комнату — голые стены, как будто бы я только распаковала вещи, и все. Что бы подумал посторонний, если бы вошел и увидел мои вещи: немного одежды и несколько книг? Не слишком много для каких-либо выводов.

Нейт вышел на балкон и стоял там, вглядываясь вдаль. Я подошла и встала рядом. Он посмотрел на мою исцарапанную руку.

— О, чуть не забыл. Купил кое-что в «Едином мире».

Он вытащил из кармана маленький тюбик с красной надписью «Бальзам Бойда» и открутил колпачок.

— Что это? — поинтересовалась я.

— Почти как неоспорин, только из натуральных компонентов, — пояснил он, а потом, заметив мой подозрительный взгляд, добавил: — Марла рекомендует.

— Ну, если сама Марла…

Нейт жестом велел мне протянуть руку. Взяв мою ладонь, он выдавил на тыльную сторону немного мази и начал осторожно втирать. Вначале ранки словно обожгло, потом я почувствовала успокаивающую прохладу. Мы стояли так близко, что мне захотелось отпрянуть как можно раньше. Я пересилила себя и осталась там, где была — рядом с Нейтом.

— Вот и все, — сказал он, когда бальзам впитался. — К завтрашнему утру все заживет.

— Оптимистичный прогноз.

— Тогда жди, что рука отвалится, если тебе это больше подходит. Лично мне подобный образ мышления не нравится.

Я непроизвольно улыбнулась. И, глядя на освещенное солнцем лицо Нейта, вдруг вспомнила ту ночь, когда он перегнулся через забор. Тогда я не рассмотрела его черты в темноте, но сейчас, под яркими лучами, видела все, до мельчайшей морщинки. Он оказался совсем не таким, как я предполагала вначале, и мне вдруг стало интересно: смогла ли я его удивить?

Чуть позже, когда он отвез меня домой, я зашла на кухню и увидела, что Кора что-то помешивает в большой кастрюле. Роско бросился мне навстречу — поздороваться.

— Привет! Я не знала, что ты сегодня работаешь.

— А я и не работала.

— Где же ты была?

— Везде, — зевнув, ответила я.

Кора бросила на меня вопросительный взгляд. Я могла бы сказать ей правду, но было в сегодняшнем дне нечто особенное, о чем не хотелось ни с кем говорить, по крайней мере, пока.

— Тебе помочь? — предложила я.

— Нет, сама справлюсь. Через полчаса будем ужинать, хорошо?

Я кивнула и поднялась к себе в комнату. Бросив сумку на пол, вышла на балкон и посмотрела на соседский двор. Кто бы сомневался: спустя несколько минут Нейт с охапкой каких-то вещей исчез в домике у бассейна. Для Нейта работа еще не закончилась.

Вернувшись в комнату, я сбросила туфли, легла на кровать, вытянулась и закрыла глаза. Я уже было задремала, как вдруг от двери донеслось слабое позвякивание. Роско! «Должно быть, Кора включила микроволновку», — подумала я, ожидая, что песик, как обычно, спрячется у меня в шкафу и будет сидеть там, пока не минует опасность. Однако он подбежал к кровати и уселся на пол, уставившись на меня печальными глазами.

Я посмотрела на него и вздохнула.

— Ну ладно, залезай! — сказала я, похлопав по кровати.

Роско без промедления вспрыгнул на постель, покрутился и лег рядом, положив голову мне на живот. Я погладила пса, и мой взгляд упал на царапины, оставленные когтями Лайла. Я прикоснулась к слегка припухшим ранкам, вспомнила, как Нейт осторожно втирал в них мазь. Весь вечер — за ужином, перед сном — я то и дело трогала царапины, касалась их, как когда-то ключа на цепочке, словно хотела запомнить. Нейт оказался прав — наутро они исчезли.