Дегустация Индии - Мария Арбатова

– Шумит, а в Калькутте есть проституция? – спрашиваю я.

– Конечно, в Калькутте улицы красных фонарей всегда были частью культуры. У нас до сих пор есть улица, именуемая Шонагачи, там живут проститутки, имеющие высокий культурный уровень, – отвечает Шумит. – Они читают гостям стихи Тагора, ведут интеллектуальную беседу, поют и танцуют. Все это я видел в кино или читал в книжках о жизни богемы семидесятых...

Подобное сообщение не мешает Шумиту дико возмущаться по поводу интервью российской актрисы о том, что она пользуется мальчиками по вызову.

Индия – странная страна. Все только и говорят о нравственности и скромности, а потом в газете попадается информация: «Ассоциация секс-работниц Индии добилась разрешения для проституток открывать сберегательные программы в банках. Отделение крупнейшего банка в Калькутте теперь будет работать в воскресенье специально для проституток». То есть все остальные дни недели проститутки так пашут, что некогда зайти в банк положить заработанное.

Или, например: «В Индии открылся съезд проституток из стран Юго-Восточной Азии. Активисты движения поставили вопрос о создании профсоюзов и пенсионных фондов на государственном уровне. Участники съезда требуют изменения в области гражданских прав и гарантий работы в области проституции».

Но пока лицемерное правительство делает вид, что проблемы легализации проституции в Индии нет, девочек из многодетных крестьянских семей продают в проституцию по двадцать долларов после того, как в сезон засухи родители не собрали достаточного урожая риса.

Вербовщики малолетних проституток, объезжающие деревни, так и называют их – «дети засухи». И в этом индийском винегрете высоких традиций сексуальной храмовой культуры, ужасающей бедности, беззащитности детей, многообразной венерологии, викторианских запретов, лицемерной власти правительства и такого же духовенства девальвируется все.

В нашей стране от отсутствия легализованной проституции первыми тоже страдают дети. Но в наших маргинальных слоях, откуда берут этих детей, хотя бы есть четкое понимание того, что совершается преступление. В индийской деревне проституток такая мысль страшно удивит ролителей.

Кстати, настоящий тайский массаж не имеет ничего общего с тайскими оргиями, так же как и «шведская семья» означает не групповой секс, а коммуналку. Две с половиной тысячи лет тому назад его изобрел современник Будды врач из Северной Индии Ювака Кумар Бхаша. Эта техника передавалась только устно от учителя к студенту или от отца к сыну.

Перед массажем выполняется мантра с длинным и подробным обращением к небесному диспетчеру. А сам тайский массаж заключается не в механическом воздействии на мышцы, а в работе с основными энергетическими меридианами человеческого тела.

Чем дольше сеанс – до трех часов, – тем больше эффекта он дает. Пациент лежит на мате, массажист растягивает его суставы до физиологического предела. Для массажа используются специальные травяные экстракты, усиливающие эффект восстановления энергетического баланса.

Мы ехали в Джайпур... Город, в котором Шумит обещал мне павлинов. Странно, что павлинов, а не слонов, все-таки в Джайпуре ежегодно проходит Фестиваль слонов, а не павлинов. Говорят, что такого количества слонов в одном месте больше нельзя увидеть нигде и никогда.

Разодетые и разукрашенные, они шествуют по улицам под музыку, как манекенщицы по подиуму. На них устраивают гонки и играют в поло. С точки зрения геометрии никак не могу понять, как можно играть в поло на слоне.

Джайпур начинался как длинная странная крепостная стена вдоль дороги, тянущаяся километры и километры. В ней то зияли провалы разрушений, то светились магазинчики, то темнели окна жилищ. А потом опять километры стены. Город казался серым и усталым, люди спали на тротуарах и клумбах, рикши сворачивались клубочком на задних сиденьях своих железных коней.

До сих пор не могу понять, как в среде нищих, рядами спящих на улице, может сохраняться этикет и хоть какая-то безопасность для женщин и детей. Долго крутились по пустым улицам и искали свою гостиницу, останавливались возле редких прохожих, те посылали в противоположные стороны. Наконец нашли.

Это был пристойный отель со статуей богини Лакшми у рецепшена и внутренним двором, точнее садом, в который выходили все номера. По сравнению с нашим убежищем «Для молодых христианских женщин» просто пять звезд.

Оформились и, не заходя в номера, бросились искать ужин. Если вы посмотрите по карте Индии, какое количество километров мы проехали за день, вы поймете, насколько мы валились с ног... На водителей было жалко смотреть, хотя они вежливо улыбались при каждой встрече глазами.

В Джайпуре в десять часов все более-менее цивилизованное питание уже закрыто. Удалось найти совершенно пустой вегетарианский ресторан и уговорить его не закрываться. Зал был вполне ухоженный в стиле стандартного техно. Имелся даже внятный туалет с зеркалом и мылом.

Об индийских туалетах западный турист может рассказывать часами. Если в ресторане вам приносят для мытья рук воду с лимоном в пиале, немедленно вставайте и убегайте. Это означает, что туалета и проточной воды нет, а за стеной в одной бадье моют овощи, мясо, посуду, руки, а если среди работников есть мусульмане, то и ноги перед намазом!

Везде, кроме дорогих отелей, вместо бумаги вас будет ждать богатый выбор краников и ковшиков. Подобный стиль кажется нам совершенно антисанитарным, наш точно таким же кажется им. Любой азиат, от президента до нищего, моется после любой коммуникации с туалетом. Делает он это «нечистой» левой рукой, а ест – «чистой» правой. Так что нечего хватать его за обе руки.

В городе общественные туалеты ориентированы только на мужчин, вдохновенно писающих, стоя спиной к проезжей части. Если вы женщина – сидите дома, нечего шляться. Говорят, что туристкам остается только вламываться в отели, рестораны, офисы и в грубой форме требовать туалет.

Индийцы настолько шалеют от этого, что пускают с таким требованием даже в Президентский дворец и проводят прямо до места назначения. А потом приглашают выпить чаю с печеньем.

В одном туалете при памятнике архитектуры я видела что-то типа резиновых болотных сапог, видимо, чтобы, омываясь из ковша, не замочить туфли. В другом под самым потолком – сушеную летучую мышь. В третьем – высоко прибитую табличку на английском: «Туалет бесплатный, не поддавайтесь на вымогательство персонала!»

– Шумит, Индия развивается, но при этом даже в туристических центрах на улицах нет туалетов! – удивляюсь я.

– Мне это тоже не доставляет удовольствия. Только я не представляю, например, в Калькутте, где их можно установить. Тротуары сведены к минимуму из-за увеличения широты проезжей части. Странно, что ни одна частная компания не обратила внимания на такой доходный бизнес, – отвечает Шумит.

Короче, ресторан был с туалетом и толпой официантов в белых рубашках и черных брюках. Вполне навороченный по местным масштабам. Я заказала плов с овощами, Лена – что-то экзотическое, остальные – местный блин с вегетарианской начинкой.