Запойное чтиво № 1 - Александр Крыласов

Переплут подмигнул Припекале и засобирался на улицу.

— Вы пока, доктор, попейте чаю с вареньем, а мы этого обалдуя на свежий воздух выведем.

— За угощение спасибо.

Переплут под столом открыл переноску с анчутками и прошептал:

— Вылезайте, две егозы, и ни в чём себе не отказывайте.

Боги, поддерживая с двух сторон Чемоданова, вымелись на улицу.

— Ну, что? — потёр лапки Ермолай, — устроим похметологу качели?

— Устро-о-оим, — пискнул Спиридон.

Анчутки тут же обернулись зелёными чёртиками и принялись куролесить. Нарколог, не спеша, наливал себе молоко в чай, когда из коридора показался Еря, и, топая, как ёжик, прохилял через всю комнату, прежде чем спрятаться за креслом. Врач уронил чашку и зажмурил глаза. Открыл — чёртика на горизонте не наблюдалось. Доктор повторил хитроумный манёвр — в квартире было всё спокойно. Врач третий раз закрыл и открыл глаза — из-за чайника вырулил Спиря, облокотился на вазочку с вареньем и принялся кокетливо шаркать ножкой.

— Да уж, — озабоченно пробормотал доктор, — двенадцать лет в наркологии — не шутка. Пора валить в педиатры. Нет, в педиатры, пожалуй, не возьмут.

— Привет, похметолог, — развязно поздоровался Ермолай, — как сам?

— Проблематично, — откашлялся нарколог, — что-то меня глючит.

— Это тебе расплата, — объяснил Еря, — медсестра перебирала таблетки, а теперь не может разминаться «красненьким», ты всех лечил от белой горячки, и вот сам ей заразился.

— Алкогольным психозом нельзя заразиться, — возразил доктор, — что это, грипп что ли?

— Но ты же меня видишь?

— Не только вижу, но и слышу.

— А говоришь нельзя заразиться, — подбоченился Еря, — ещё как можно.

— Так вот ты какая — белая горячка, — тоненько запел Спиридон, забираясь на саквояж, — она нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь, и каждый вечер сразу станет удиви-и-ительно хорош… Скажи, похметолог, красивый у меня голос?

— Писклявый, — скривился Еря.

— Я не у тебя, я у доктора спрашиваю. Скажи-ка, любезный, густой у меня бас?

— Я пока не разобрал.

— Щас ещё спою.

— Не надо, — взмолился Еря.

— Нужно срочно принять какой-нибудь нейролептик, — нарколог закрыл лицо ладонями и принялся разговаривать сам с собой, — в крайнем случае — что-нибудь из транквилизаторов.

Доктор открыл саквояж, навстречу ему вылез Спиря, сгибающийся под тяжестью мешка, набитого медикаментами. Нарколог оцепенел и о чём-то глубоко задумался. Его размышления прервал Еря, летящий на нитке, привязанной к люстре.

— Я — Человек Паук! — грозно пропищал Ермолай, — я — Ужас, летящий на крыльях ночи!

Он перелетел в один конец комнаты, в другой. На третий раз, не рассчитав траекторию, чёртик врезался в чайник и оказался в вазочке с вареньем.

— Тону! — заверещал бесёнок, — на помощь!

Доктор протянул ему чайную ложку, и Ермолай по ней выбрался на скатерть. Анчутка принялся усиленно отряхиваться и слизывать с себя варенье.

— Может, тебе ванну принять? — предложил нарколог.

— Да, да, любезный, согрей-ка мне водички, — распорядился Еря, — да, смотри, не переусердствуй. Температура воды должна быть 96,6 градусов по Цельсию, ни одной десятой градуса больше, ни одной десятой меньше.

— А ты не сваришься?

— Сам ты сваришься, для чёртиков такая температура воды — самое оно, — подтвердил Спиря, — мне тоже кипяточку плесни.

— Нарколог налил две чашки кипятка, и чёртики залезли в них, как в ванны. Они вальяжно раскинули руки по краям чашек и завели душевный разговор.

— Я, вообще-то, не чёртик, — записклявил Спиря, — я Фантомас.

— А почему тогда рогатый?

— Вы у его жены спросите, — захихикал Еря.

— У меня нет жены, — признался Спиридон, — я — закоренелый холостяк.

— Почему?

— Потому что женщины — это такие зверьки, которые питаются деньгами, а я редкостный жмот.

— Лучшее средство от любви — это жадность, — поддержал его Еря, — я тоже скупердяй и тоже одинок, как перст.

— А я женат, — признался нарколог.

— Ну? — заинтересовались анчутки, — и как тебе семейная жизнь?

— Всё так же, всё там же, всё с той же, и всё реже.

— А ты, я вижу, бедовый, — развеселился Еря, — люблю приколистов.

— Он мне тоже нравится, — признался Спиря, — похметолог, а хочешь, мы тебе поможем?

— Как образом?

— В элементе, — пояснил Спиридон, — мы будем заглядывать во все квартиры подряд, малёхо беситься и напоследок оставлять твою визитку. Представляешь, как к тебе пациенты ломанутся.

— Представляю, — кивнул нарколог, — только вряд ли мне удастся их принять.

— ?

— Сам буду лежать на вязках в Кащенко, — пояснил доктор.

— Ну, как знаешь, мы тебе, по ходу, помочь хотели.

— Спасибо за заботу.

— Вежливый ты, не то, что Переплут, тот только и знает, что нас чморить. Хорошо, что он нас не видит, а то получили бы мы от него на орехи.

— Почему?

— Что ты заладил: почему, да почему? Почемучкин нашёлся.

— Просто я никогда с галлюцинациями не беседовал, вот и напрягаюсь немножко.

— А ты расслабься, — посоветовал Ермолай, — и попробуй получить удовольствие.

— Сомнительное удовольствие, — хмыкнул нарколог, — с чёртиками дискутировать. Так почему вас накажут?

— Не любит Переплут западной масс культуры, ох не лю-ю-бит.