Букварь - Владимир Лорченков

Дамба у водохранилища Гидигич построена была в 1946 году, спустя год после

разгрома немецко-фашистской Германии и ее сателлитов. Что и было, — не победа, а

строительство, — отмечено праздничным салютом, устроенным в селе Гидигич

(одноименном водохранилищу) артиллеристами. Часть их была расквартирована в

поселке временно, военные даже и не пытались обживаться, но глава местной

администрации Василий Руснак общий язык с ними нашел. Потому, когда он попросил

командира артиллеристов помочь устроить праздник для местного населения,

начальник военных, старенький, седой майор не стал отказывать. И вечером, после

торжественного открытия дамбы, над Гидигичем в первый, — слава Богу, не в

последний, — раз поднялись в небо снаряды салюта. И разорвались они, и осветили

синюшное небо над поселком, и расцветили сумерки желтыми, зелеными и

оранжевыми огнями. А куски парашютной ткани, на которых медленно спускаются с

неба осветительные снаряды, местные пацаны еще не один год собирали. И матери

шили мальчикам из этой прочной и легкой ткани, — чистый шелк, пропитанный чем-то

секретным, — шейные платки.

Но это было позже. А 23 августа 1946 года седенький майор артиллерии, Петр Иванов,

чистый русак, со слезами глядел на салют, который устроили его молодцы для

освобожденных молдаван, и вспоминал дом. Вернее, дом, которого уже не было: семью

Петра Георгиевича немцы расстреляли в 1942 году. И ладно бы еще жену, — сварливую,

легкомысленную женщину, с которой Петр все равно собрался разводиться, да война

настала, — но еще и двух сыновей. Оттого на груди майора всегда была печать, снять

которую никто не мог, и губы его не улыбались. Артиллерист поежился, и накинул на

плечи худенькую шинель. Август 46-го года выдался холодным.

Холода, впрочем, не мешали местным жителям второй раз в этом году ловить судака,

который на Гидигиче идет на мелкую рыбешку в августе и в мае, когда цветет акация.

Ловить рыбу в этом водохранилище, вырытом всего за пару месяцев, было запрещено, -

ее запустили уже большой для высокого начальства, которое ожидалось чуть позже, -

но майор Иванов на нарушения смотрел сквозь пальцы. Уж очень нравилось ему

глядеть на берег свежевырытого котлована, заполненного водой, и окруженного

удочками, как глаз поверху — ресницами.

— Спасибо тебе, Петро, — густым басом прогудел глава местной администрации

Василий Руснак, — за понимание, за помощь. Людям сейчас тяжело. Людям праздник

нужен.

— Брось, Вася, — махнул рукой Петр, — разве советский артиллерист не поможет

советскому колхознику?!

— Знаю, — глотнул едкого дыма махорки Василий, и скупо улыбнулся, — что тебя за

это по голове не погладят. Ну, да председатель колхоза Василий Руснак тебя, друже,

всегда прикроет. О салюте и не узнает никто. А если и узнают, объясним начальству.

— Да все в порядке, друг, — смущенно ответил Петр, — не стоит оно тех