Lady Покер - Олег Селиверстов

Муж достал деньги – СТО ТЫСЯЧ евро.

Я была ему благодарна. Обещала рассчитаться со всеми долгами и больше никогда не играть в казино. Но в тот день, когда деньги были уже у нас, я случайно узнала, что он спутался с какой-то молоденькой девицей. Только представьте, что мне пришлось пережить. Я посвятила ему лучшие годы жизни, подарила свою молодость, а он… Мне стало на все плевать. Вместо того чтобы рассчитаться с долгами, я опять пошла в казино и проиграла все деньги. Увы, боль не прошла. Тогда я решила уйти от мужа и стала любовницей его партнера, совладельца фабрики. Он давно говорил, что любит меня и готов жениться. Ему я отдала тело и акции: тело – в пользование, а акции – в управление, но попросила взамен СТО ТЫСЯЧ, так как после стресса врачи рекомендовали мне лечение в клинике на море.

Он согласился и принес деньги.

С помощью моих акций партнер получил большинство на собрании акционеров и уволил мужа (бывшего) с поста директора. У них давно были серьезные разногласия, и дела фабрики шли не очень хорошо. Так партнер мужа, а теперь мой любовник стал новым директором. Тогда-то и обнаружилась недостача в кассе. Оказывается, бывший муж ради меня обокрал предприятие! Новый директор предъявил ему ультиматум: или тот продаст ему акции, или дело о недостаче передадут в суд. Представляете, как возненавидел меня бывший муж! Он стал требовать, чтобы я переоформила на него три процента акций, или вернула деньги. Но я не сделала ни того, ни другого. Он и так получил от меня слишком много. Вы думаете, я поступила подло? Возможно. Но по справедливости и по закону я имела полное право на половину имущества мужа. Я так и сказала ему: деньги, которые он мне дал, – это моя половина.

Бывший муж ненавидел своего партнера, поэтому продал акции вам – быстро и дешево. Деньги были внесены в кассу, обвинение снято. И все бы хорошо, но тут я поняла, что любовник не собирается на мне жениться – ему были нужны мои акции. Быть обманутой второй раз выше сил любой женщины, согласитесь. Мужчинам нельзя доверять. Я так расстроилась, что снова попала в казино. И проиграла еще СТО ТЫСЯЧ!

Когда любовник узнал об этом, он взбесился и хотел забрать у меня акции. Выяснилось, что он занял деньги в банке, пообещав в залог контрольный пакет, то есть свои сорок восемь процентов и мои три. Представляете, он даже не предупредил об этом, а сделал все за моей спиной, подлец!

Но как я могла отдать ему акции? Тогда бы у меня вообще ничего не осталось. Я пыталась объяснить ему, что он заплатил за помощь, а не за акции, но он ничего не хотел слушать. Стал угрожать, пригласил адвоката.

Тогда я сбежала от него и сняла квартиру. Я решила начать жить заново, бросить играть в казино, рассчитаться с долгами. Как раз в это время позвонила подруга с фабрики и рассказала, что вы приезжали и оставили телефон. Я поняла, что вам тоже очень нужны мои акции.

Дальше вы все знаете. Я взяла деньги взаймы у мистера Джека, хотела отдать долг, но судьба распорядилась иначе. Вы оказались настолько очаровательным и соблазнительным, что я напилась, потеряла контроль и опять оказалась за рулеткой. Мне хотелось отыграться, но не повезло. Я все проиграла.

Вот так мои акции попали к вам. Но я не жалею об этом. Мистер Джек – добрый, славный, он настоящий джентльмен, что в наши безумные времена такая редкость. Вы, Алесандро, тоже очень хороши, вот только в постели сбиваетесь с ритма, а ритм для женщины – это немаловажно.

Извините, я отвлеклась.

Помните, в тот вечер, когда я получила последние пятьдесят тысяч и мы поехали есть устриц, вы оставили меня одну у казино. Так вот, мне крупно повезло. Я выиграла много денег. Очень много. И этой же ночью улетела на Кипр, откуда и посылаю это письмо.

Дорогой Алесандро, надеюсь, вы не забыли, что дали слово поступить с новым директором по справедливости. Напоминаю: если продадите фабрику, выплатите ему, пожалуйста, его долю. Уверена, что вы сдержите свое обещание. Все-таки я любила его, пусть недолго.

Простите, если доставила несколько неприятных моментов, но, поверьте, я хотела сделать как лучше.

Кипр – чудесная страна, я решила обосноваться на этом острове навсегда. Или перееду в Грецию. Вот только вина здесь не очень хорошие – калифорнийские гораздо лучше.

Прощайте. Ваша Барбара.

Р. S. «Завтра, завтра все кончится!»

Письмо было без обратного адреса, но сыщик утверждал, что отметка на факсе действительно кипрская. Меня заинтересовала концовка письма. В сознании мелькнула любопытная догадка.

Я набрал номер Алесандро.

– Освободился? Поговорим?

– С удовольствием, – ответил Алесандро. – Ну как тебе письмецо?

– Флеш-стрит с флопа! Даже не верится! – признался я. – Получается, что Барбара продала акции три раза!

– И заработала в общей сложности почти триста штук! – восторженно произнес сыщик. – Вот так, амиго, надо играть! Это тебе не бизнес-планы сочинять! Такая щупленькая, скромненькая сеньорита, а троих бизнесменов обыграла… Ха-ха-ха! Правда, я подозреваю, что она кое в чем врет.

– Почему?

– Сегодня я заезжал к менеджеру казино и навел справки. Он хорошо запомнил Барбару – нечасто женщины так сорят деньгами. Так вот, менеджер утверждает, что она действительно играла по-крупному три раза, но в первые два раза проигрывала не так много, как пишет – максимум половину.

– И зачем ей врать?

– Она не хочет выдавать того, кто за ней стоял. Помнишь, я сразу догадался, что ей кто-то помогает. Ему-то и доставалась половина.

– Но тогда получается, что этот кто-то мог столкнуть Барбару с моста…

– Расслабься, мистер Джек, дело утопленницы закрыто, – прервал меня Алесандро. – Нашелся бомж, который видел, как женщина сама прыгнула с моста. А мотоциклисты, видимо, хотели ее удержать от самоубийства, но не успели. Так что все концы в воду.

Меня охватило легкое волнение. Разгадка истории маячила совсем близко, не хватало какого-то звена. И тут я вспомнил, что Алесандро говорил про белую сумку, найденную на берегу вскоре после того, как обнаружили тело женщины. Он даже умудрился раздобыть фотографии сумки и хотел показать, но мне было не до этого. Это было как раз в день «большой игры» в покер, и я не собирался тратить время на всякие фотографии.

– Слушай, Алесандро, – спросил я как можно спокойнее. – У тебя сохранилась фотография сумки, которую нашли у моста?

– Где-то валяется. Сейчас поищу. – В трубке телефона раздался шум открываемых ящиков стола, хлопанье, затем голос сыщика. – Тебе повезло, амиго. Еще не выбросил.

– Отлично. Опиши мне сумку. У нее есть карман? На сумке Барбары был карман, – заявил я, хотя точно знал, что никакого кармана не существовало.

– Карманов нет. Есть блестящие клепки. Одной клепки не хватает.