Прелестные создания - Трейси Шевалье

Джозеф отступил в сторону, чтобы я могла пройти. Я приостановилась, минуя его.

— Джозеф, я буду очень вам признательна, если вы не расскажете ни Мэри, ни вашей матери, что я здесь была. Не следует их расстраивать, правда?

— Полагаю, я и так обязан вам, — кивнул Джозеф.

— За что?

— Это ведь вы предложили, чтобы я стал подмастерьем, когда мы продали крока. Это вообще лучшее, что со мной случилось. Я, как начал обучаться, думал, что никогда больше не стану охотиться за антиками, но что-то всегда затягивало меня обратно. Когда мы продадим этого, — кивнул он на плезиозавра, — я покончу с антиками навеки. Буду обивать мебель, и все. Буду счастлив, что больше мне никогда не придется отправляться на взморье. Так что я сохраню вашу тайну, мисс Филпот, — коротко улыбнулся Джозеф — то был единственный раз, когда я видела у него на лице улыбку. Это придало ему некое сходство с его покойным отцом.

— Надеюсь, вы будете счастливы, — сказала я.

Стук во входную дверь заставил нас поперхнуться, когда мы ели. Он был таким неожиданным и громким, что мы, все трое, подпрыгнули, а Маргарет опрокинула свою чашку с супом из водяного кресса.

Обычно мы предоставляем Бесси неторопливо идти к дверям, но стук был настолько настойчив, что Луиза вскочила и поспешила по коридору, чтобы самой на него ответить. Мы с Маргарет не видели, кого она впустила, но слышали из коридора приглушенные голоса. Потом Луиза просунула голову в дверь.

— Это Молли Эннинг пришла нас повидать, — сказала она. — Она сказала, что подождет, пока мы поедим. Я оставила ее греться у камина и сейчас велю Бесси разжечь в нем огонь.

Маргарет вспрыгнула.

— Я только отнесу миссис Эннинг супа.

Я уставилась в свой суп. Невозможно было сидеть и есть его. Я тоже встала, но замешкалась в нерешительности у двери в гостиную.

Меня выручила Луиза, как ей это часто удается.

— Может, бренди? — предложила она, протискиваясь мимо и ведя за собой ворчащую Бесси.

— Да-да. — Я пошла и захватила бутылку и стакан.

Молли Эннинг неподвижно сидела у камина. Бесси шуровала в камине кочергой и поглядывала на ноги нашей гостьи, которые, как она считала, ей мешали. Маргарет накрыла сбоку от нее маленький стол и поставила на него тарелку супа, а Луиза орудовала ведерком с углем. Я топталась рядом с бутылкой бренди, но Молли Эннинг отрицательно помотала головой, когда я ей его предложила. Она не сказала ни слова, пока ела суп, втягивая его так, словно водяной кресс ей не нравился и ела она только для того, чтобы не огорчать нас.

Когда она промокнула ломтем хлеба тарелку, я почувствовала, что глаза сестер устремлены на меня. Они исполнили свои роли перед гостьей и теперь ожидали, чтобы я исполнила свою. Однако рот у меня был словно заклеен. Прошло уже много времени с тех пор, как я говорила с Мэри или с ее матерью.

Я прочистила горло.

— Что-то случилось, Молли? — выдавила я наконец из себя. — С Джозефом и Мэри все в порядке?

Молли Эннинг проглотила остаток хлеба и облизнула рот.

— Мэри слегла в постель, — объявила она.

— Боже, она больна? — спросила Маргарет.

— Нет, она просто дура, вот и все. Держите.

Вытянув из конверта смятое письмо, Молли Эннинг вручила его мне. Я развернула его и разгладила. С одного взгляда мне стало понятно, что оно из Парижа. В глаза мне бросились слова «плезиозавр» и «Кювье», но я не решалась читать письмо вслух. Однако Молли Эннинг ждала от меня именно этого, так что у меня не оставалось выбора.

Жарден дю Руа,

Национальный музей естественной истории,

Париж

Дорогая мисс Эннинг.

Благодарим Вас за письмо барону Кювье касательно возможной продажи музею образца, который Вы обнаружили в Лайм-Реджисе и полагаете полным скелетом плезиозавра. Барон Кювье с интересом изучил прилагаемый Вами набросок и придерживается мнения, что Вы соединили два отдельных существа — возможно, голову морского змея с телом ихтиозавра. Нехватка нескольких позвонков у основания черепа, по-видимому, указывает на различие между двумя образцами.

Барон Кювье считает, что структура скелета плезиозавра, о котором Вы сообщаете, отклоняется от некоторых анатомических законов, которые он установил. В частности, количество шейных позвонков чересчур велико для такого животного. У большинства рептилий имеется от трех до восьми шейных позвонков, однако у существа на Вашем наброске их по меньшей мере тридцать.

Учитывая сомнения барона Кювье в данном экземпляре, мы не станем рассматривать вопрос о его приобретении. В дальнейшем, мадемуазель, Ваша семья, возможно, будет более тщательно отбирать образцы для музейных коллекций.

Искренне Ваш,

Джозеф Пентленд, эсквайр, ассистент барона Кювье

Я бросила письмо на стол:

— Это возмутительно!

— Что именно? — вскричала Маргарет.

— Жорж Кювье видел плезиозавра на рисунке Мэри и обвиняет ее в подделке. Он считает, что у этого животного строение скелета не соответствует его теоретическим построениям, и утверждает, что Мэри, возможно, объединила два разных экземпляра.

— Глупая девчонка восприняла это как личное оскорбление, — сказала Молли Эннинг. — Говорит, что француз покусился на ее репутацию. От этого и слегла в постель. Говорит, что теперь нет смысла вставать и искать антики, потому что никто их не купит. Так же плохо себя чувствует, как в то время, когда ждала письма от полковника Бёрча. — Молли Эннинг глянула на меня искоса, отслеживая мою реакцию. — Я пришла, чтобы попросить вас помочь мне поднять ее с постели.

— Но… — Почему именно меня, хотелось мне спросить. Почему не кого-то еще? У Мэри, возможно, не было других подруг, к которым Молли могла бы обратиться с просьбой. Я никогда не видела, чтобы она дружила с кем-нибудь из жителей Лайма. — Беда в том, — начала я, — что Мэри вполне может оказаться права. Если барон Кювье считает плезиозавра подделкой и доведет свое мнение до публики, это может заставить покупателей подвергать сомнению и другие найденные ею образцы. — Молли Эннинг никак не отозвалась на эту мысль, поэтому я выразила ее проще: — Вы можете обнаружить, что ваши продажи снизятся, когда люди станут задумываться, являются ли окаменелости Эннинг подлинными.

Наконец Молли Эннинг пробрало, потому что она метнула на меня разъяренный взгляд, как будто я предположила такое сама.

— Негодяй! Как он смеет угрожать нашему бизнесу?! Вам придется с ним разобраться.

— Мне?

— Вы ведь говорите по-французски? Вы учились. А я, видите ли, нет, так что вам придется написать ему.

— Но это же не имеет ко мне никакого отношения.

Молли Эннинг только смотрела на меня, как и мои сестры.