Поезд сирот - Кристина Бейкер Кляйн

– Проявила полное понимание.

Он молчит, но она чувствует: он сдвинулся с мертвой точки, смягчился.

– Джек, послушай… прости меня. Прости, что вообще поставила тебя в такое положение. Я именно поэтому тебе вчера и не позвонила, не хотела, чтобы тебе пришлось мчаться вытаскивать меня из очередной задницы. Я знаю, как тебя достало делать мне одолжения, а меня достало вечно чувствовать себя твоей должницей. Я не хочу строить наши отношения на этом. Ждать, что ты вечно будешь со мной нянчиться, нечестно. А еще я убеждена: мы с твоей мамой быстрее найдем общий язык, если она не будет думать, что я вечно из чего-то выворачиваюсь.

– Она так не думает.

– Думает, Джек. Имеет на это полное право. – Молли бросает взгляд на чайный сервиз, который сохнет на сушилке. – Да, я должна добавить еще одну вещь. Вивиан сказала, что хочет разобрать чердак. Но на деле, мне кажется, она просто хотела взглянуть на содержимое этих коробок в последний раз. Вспомнить все эти моменты своей жизни. И я на самом деле очень рада, что помогла ей отыскать все эти вещи. Я чувствую, что сделала что-то очень полезное.

Она слышит шаги в коридоре верхнего этажа, – похоже, Вивиан спускается.

– Слушай, мне пора. Я завтрак готовлю.

Она включает газ, чтобы разогреть овсянку, доливает в нее молока, помешивает.

Джек вздыхает:

– Ты в курсе, что от тебя вечно одни неприятности?

– Я тебе все время это твержу, а ты не веришь.

– Теперь верю, – говорит он.

Прожив у Вивиан несколько дней, Молли посылает Ральфу эсэмэску – сообщает, где она.

Приходит ответ: «Позвони».

Она звонит:

– Да, чего вам?

– Возвращайся, нужно разобраться со всем этим.

– Да ладно, и так сойдет.

– Ты не имеешь права вот так вот сбегать, – говорит он. – Мы потом не разгребемся.

– Я не сбегала. Вы меня выгнали.

– Ничего подобного. – Он вздыхает. – Есть еще и формальности. Служба опеки устроит тебе головомойку. И полиция тоже, если дело выплывет. Нужно делать все так, как положено в этой системе.

– Будем считать, что я послала систему.

– Тебе семнадцать. Ты не можешь послать систему, пока система не послала тебя.

– Ну так и не сообщайте им ничего.

– Предлагаешь врать?

– Нет. Просто… не говорить.

Короткая пауза. Потом Ральф произносит:

– У тебя все нормально?

– Угу.

– Эта дама не возражает против твоего присутствия?

– Не-а.

Он хмыкает:

– Полагаю, ее нет в официальном списке опекунов.

– Нет… строго говоря.

– Строго говоря, нет. – Сухая усмешка. – Блин. Ну, может, ты и права. Не будем делать резких движений. Когда там тебе исполняется восемнадцать?

– Скоро.

– Ну, если нам ничего не будет… и тебе ничего не будет…

– Денежки вам пригодятся, да?

Снова пауза. Молли даже кажется, что он бросил трубку. А потом он говорит:

– Богатая старуха. Большой дом. Неплохо ты устроилась. Наверное, и сама не хочешь, чтобы мы сообщали о твоем побеге.

– В общем… я как бы все еще живу у вас, да?

– Официально – да, – говорит он. – Согласна?

– Согласна. Дине пламенный привет.

– Передам, – говорит он.

Нельзя сказать, что, придя в понедельник утром и увидев в доме Молли, Терри заплясала от радости.

– Это еще что? – говорит она – получается резкое восклицание. Джек не сообщил ей о Моллиной перемене места жительства; видимо, надеялся, что ситуация сама рассосется как по волшебству и мама ничего не узнает.

– Я пригласила Молли пожить у себя, – заявляет Вивиан. – И она любезно приняла приглашение.

– Так она не… – начинает Терри, переводя взгляд с одной на другую. – А ты почему не у Тибодо? – наконец спрашивает она у Молли.

– Там возникли некоторые осложнения, – говорит Молли.

– Это как понимать?

– Определенное… недопонимание, – говорит Вивиан. – И я совершенно не возражаю против того, чтобы она пожила в свободной комнате.

– А как же школа?

– Разумеется, она будет ходить в школу. Почему нет?

– Это очень… великодушно, Виви, но, как мне представляется, чиновники…

– С этим мы разобрались. Она останется здесь, – говорит Вивиан твердо. – И вообще, что мне делать со всеми этими комнатами? Гостиницу открывать?

Комната Молли расположена на втором этаже, с видом на океан, в конце длинного коридора – на противоположной от комнаты Вивиан стороне дома. На окне Моллиной ванны – тоже с видом на океан – постоянно колышется на ветерке легкая хлопковая занавеска, втягивается внутрь, надувается парусом, тянется к раковине, этакий доброжелательный призрак.

Интересно, сколько времени прошло с тех пор, как кто-то спал в этой комнате, гадает Молли. Годы, годы, годы.

Все ее вещи – все, что она перевезла от Тибодо, – занимают в шкафу всего три полки. Вивиан потребовала, чтобы Молли забрала из гостиной конторку и поставила в спальне напротив своей – будет там готовиться к выпускным экзаменам. Какой смысл тесниться в одной комнате, когда вокруг столько свободного места, верно?

Свободное место. Теперь она может спать, не запирая двери, бродить по всему дому, приходить и уходить – и никто не станет следить за каждым ее движением. Она и сама раньше не сознавала, как давят на нее все эти годы осуждения и попреков – высказанных и невысказанных. Можно подумать, она много лет шла по канату, старательно удерживая равновесие, и вот наконец-то впервые встала обеими ногами на землю.