Бабушка велела кланяться и передать, что просит прощения - Фредрик Бакман

– Я же говорила, он любит мечты! – радостно воскликнула Эльса.

Мод, похоже, потеряла дар речи. Леннарт сидел по другую сторону стола, держа на руках до смерти перепуганную Саманту. Ворс пожирал мечты – по дюжине зараз.

– Что это за порода? – тихо спросил Леннарт, словно боялся обидеть ворса.

– Ворс! – с гордым видом ответила Эльса.

Леннарт кивнул – с видом человека, который не понимает, о чем идет речь. Мод открыла новую банку печенья, поставила ее на пол и осторожно пододвинула ногой к ворсу. Ворс опустошил ее в три захода. Поднял голову и посмотрел на Мод глазами огромными, как слуховые оконца. Мод достала еще две банки, стараясь не показывать, как она польщена. Получалось так себе.

– Эта порода есть в кинологическом реестре? – поинтересовался Леннарт, глядя, как ворс ныряет носом в кучу печенья.

– Не думаю, – ответила Эльса.

– Я тоже, – согласился Леннарт, стаскивая перепуганную Саманту с плеча.

– Это собака-компаньон? – неуверенно спросила Мод, как будто хотела погладить ворса.

Эльса задумчиво посмотрела на него:

– Не знаю. В сказках ворсы охраняют замок принцессы. Так что, наверное, да.

– Значит, это сторожевая собака, – констатировал Леннарт.

Пожалуй, да. Леннарт был очень доволен, что ему удалось классифицировать ворса, напряжение спало.

– Так это королевская порода? – восторженно спросила Мод.

– Вроде того.

– Как бы то ни было, мечты ему очень по вкусу, – улыбнулась она, доставая еще две банки печенья.

– Как там кофе? – Леннарт вдруг забеспокоился, что кофе сбежит. Он вскочил, а бишон фризе повисла на его груди, словно брошка.

Потому что королевская порода или нет, а расслабляться нельзя. Особенно с учетом монарших габаритов, рядом с которыми Саманта все равно что грязь под когтями.

– Эльса, деточка, хочешь плюшку с корицей? Я разогрею в микроволновке! – предложила Мод.

Эльса не раздумывая согласилась – какой дурак откажется от плюшек с корицей, когда угощает Мод?

– Извини, пожалуйста, ты тоже любишь плюшки с корицей? – спросила Мод ворса так, будто стояла за барной стойкой посреди шумной дискотеки.

Ворс проглотил все плюшки.

– По-моему, мы будем друзьями, – задушевно прошептала Мод ворсу, доставая тем временем из морозилки еще четыре пакета с плюшками.

Ворса такая перспектива, видимо, устраивала.

Эльса посмотрела на бабушкино письмо. Оно лежало на столе, сложенное пополам. Леннарт и Мод успели прочитать его, пока Эльса ходила в подвал за ворсом. Леннарт поймал взгляд Эльсы и положил руку ей на плечо.

– Ты права. Бабушка просит прощения.

– За что?

Мод дала ворсу плюшки и половину рулета с маком.

– Да там целый список. Твоя бабушка была…

– Не такая, как все, – подсказала Эльса.

Мод добродушно засмеялась, погладив ворса по голове. Леннарт взглянул на письмо.

– Сначала она просит прощения за то, что так часто ругала нас. И сердилась. Спорила с нами и ссорилась. Но здесь не за что просить прощения, с кем не бывает! – сказал Леннарт так, будто сам просит прощения за то, что у них попросила прощения бабушка.

«Только не с вами», – подумала Эльса. За это она любит Леннарта и Мод.

– И за тот случай, когда она стреляла с балкона из пингбольного ружья и случайно попала в Леннарта! – хихикала Мод. И растерянно прибавила: – Я правильно говорю – пингбольное?