Кто ты, Гертруда? - Лиза Ахси

– Сюрприз, значит, ну посмотрим, посмотрим, – сказала заинтригованная Зоя.

Минут через пять Ричард распахнул двери «Алоха», приглашая всех собравшихся пройти внутрь и «начать веселье», обезоруживающе при этом улыбаясь.

«Алоха» изменилась, почти до неузнаваемости. Сейчас она стала самым настоящим арткафе, таким, каких много в Москве, но не здесь на побережье, в маленьком курортном поселке. Концепция, которую Эл с Ричардом выбрали, заключалась в разделении работ на «морскую тему» и «психоделику». Ход банальный, но он сработал. По левой стороне кафе были развешаны картины, с причудливыми сюжетами, по цвету напоминавшие яркие кляксы. По правую – разместилась многочисленная «морская пастораль». Звучала индийская музыка для медитаций, с самого начала погружая гостей в особую атмосферу, настраивая на пищу духовную. При этом по всей барной стойке были расставлены фужеры с напитками разной степени крепости. В зале были оставлены несколько столов, сервированных всевозможными канапе для фуршета, остальные же столы были выставлены на веранду. Было очень круто. Эл в изумлении наблюдала, как посетители растекаются по залу, с интересом рассматривая ее картины, что-то негромко обсуждая между собой.

Ричард привлек внимание собравшихся, напомнив, что это выставка-продажа, и что стартовая цена всех работ одна тысяча рублей. Эл чуть не крякнула, и вся внутренне сжалась, думая, что вот сейчас веселье закончится, не успев начаться. Однако, никто не побежал на выход, после его слов, а некоторые даже одобрительно зааплодировали.

– Тысяча? – отреагировал Зураб, изображая удивление.

– Для вас, друзья, все бесплатно, – Эл испытывала неловкость. Ей казалось, что Ричард несколько «взвинтил стоимость» ее картин, и выставка, так и останется выставкой, а не станет «выставкой-продажей».

– Тогда мы пойдем выбирать – сказала Зоя и под руку с Зурабом отошла от Эл, оставив ее одну.

Посетителей становилось все больше. Эл подошла к барной стойке и взяла бокал с розовым вином. Только теперь она заметила, что очаровательная барменша Саша, порхает по залу, как бабочка, то и дело, помечая картины, голубыми стикерами. Ричард появился неожиданно.

– Что скажешь, Герти, ты довольна?

– Я ошеломлена, – призналась Эл, потому что именно это она сейчас испытывала, в большей степени.

– «Ошеломлена» со знаком плюс? – по его виду было ясно, что, он-то доволен результатом.

– Конечно, то, что сейчас происходит здесь и сейчас похоже на сон.

– То ли еще будет! – ответил Ричард.

– А что еще будет? – заволновалась почему-то Эл.

– Много чего, я думаю, но все очень хорошее. Герти, ты на пороге новой жизни. Нет, я, конечно, не сравниваю тебя с кошкой, у которой девять жизней, но я уверен, что с сегодняшнего дня, ты переходишь на новый левел, ой, прости, на новый уровень своей жизни.

– Пожалуй, потому что такого опыта, у меня еще не было. Ричард, а что это Саша делает?

– Саша помечает проданные картины, – лицо Ричарда светилось от удовольствия.

– То есть? – Эл не верила своим ушам.

– То есть картины с голубым стикером внизу – уже проданы.

– Ричард, так не бывает!

– Бывает, – он нежно похлопал Эл по плечу.

Эл сделала жадный глоток вина. Она следила взглядом за Сашей, понимая, что теперь она «богачка». Все в ее душе ликовало, потому что люди не просто благосклонно отнеслись к ее творчеству, им еще и денег было не жалко на ее картины. Восторги Эл прервал Ричард.

– Герти, подъехал Алекс, пойдем я вас познакомлю.

– Ах, да, Алекс! Пойдем.

Ричард и Эл вышли на веранду. Прохладный, вечерний воздух бодрил. Эл поежившись, обняла себя обеими руками. Радом с припаркованным джипом Ричарда, облокотясь, на красный внедорожник, стоял мужчина, всем своим видом говоривший, «рок-н-ролл умер, а я еще нет».

– Хой, гайс! – приветствовал мужчина, с волосами до плеч, и седой бородой, развевающейся на ветру. На его голове красовалась кожаная бандана, он был в темных очках. Алекс напоминал одного из ZZ Top.

– Хой, брат! – ответил ему Ричард.

– Герти, прости его заранее, Алекс говорит на своем, подчас, только ему понятном языке, – шепнул Ричард Эл.

– Алекс, познакомься, это Герти, Герти, это Алекс, – представил друзей Ричард.

– Зачет, красотка, – ответил Алекс, и стал трясти руку Эл.

– Спасибо, Алекс, вы тоже эффектный, – все, что сумела сказать в ответ Эл.

– Ну, что, творец, показывай свои шедевры, – сказал, отпустив руку Эл, веселый бородач.

– Не мои, бро, сегодня пати у Герти, – ответил Ричард.

– Так, подожди минуту, – Алекс театрально, как старик Хоттабыч, стал поглаживать свою бороду. – Значит сейшн, не в твою честь, а в честь твоей красотки?

– А не «его красотка», Алекс, – ответила Эл.

– Как? Еще не его? Значит, скоро будешь, беби, – подмигнув, сказал Алекс.

Эл растерялась от его натиска или наглости? Она пока не определила для себя.

– Алекс, я тебе гарантирую, тебе понравится, – решил разрядить обстановку Ричард, – пойдемте!

Все трое вошли в «Алоха». Скользнув безучастным взглядом по правой стороне, Алекс посмотрел на левую стену.

– Йоу хайды! Сепультура! – воскликнул Алекс, и поспешил рассмотреть поближе «психоделику» Эл.

– Вот тебе честный и неподкупный критик, Герти. Считай, что сердце Алекса, уже у тебя в кармане.

– Он очень необычный, – ответила Эл, продолжая следить взглядом за Алексом, который снял очки, и переходил, от картины к картине, слегка присвистывая. Перед некоторыми работами, он задерживался дольше.

– Герти, пойдем, выпьем! – предложил Ричард.

– Давай, – ответила Эл, и они пошли к стойке бара.

Ричард протянул Эл бокал с розовым вином, себе же взял виски.

– Герти, я хочу выпить за тебя, за твой талант, за твой успех!

– Успех, – повторила Эл.

– Даже не думай отрицать очевидное, – сказал Ричард, и со словами «Аве, Герти!», отпил из своего бокала.

Эл глубоко вздохнула и последовала его примеру. Они замолчали. Эл думала о том, что всего этого не было бы, не прояви Ричард такого деятельного участия в ее судьбе. Она была ему благодарна, но терялась в догадках, как она сможет отплатить ему тем же. По сути, если рассуждать банально, Эл понимала, что Ричард состоятельный мужчина, но при этом умный и склонный к нестандартным поступкам. Он не стал заваливать Эл обычными дорогими подарками, при этом он не поскупился на такую безупречную организацию выставки. Он стал для нее «эффективным менеджером и продюсером», в одном лице. Эл понимала, что теперь ему обязана, но, сколько бы сейчас она не пыталась, идеи, как отблагодарить Ричарда, не находила.