Общество мертвых пилотов - Николай Горнов

Уследить за перемещениями Вадима по лабиринту аэропорта было практически невозможно, и Токарев старался хотя бы не отстать. Вадим на удивление легко ориентировался в его многочисленных эскалаторах, лестницах, турникетах, холлах, залах ожиданий, дверях и никелированных ограждениях, сменяющихся длинными и гулкими переходами, за которыми опять оказывались лестницы, очередные двери и новые переходы. Где-то по пути Токарев увидел мельком взлетное поле, потом площадь перед аэровокзалом, потом опять взлетное поле и ярко-освещенную посадочную галерею, к которой, как к опоросившейся свиноматке, присосалась группа потрепанных небом «Ил-96»…

– Черт, закрыли самый удобный проход, – огорчился Вадим. Ничего, сейчас мы наискосок через поле. Уже близко.

Токарев поднял воротник, пытаясь защитить лицо от обжигающего холодом ветра. На взлетном поле в любое время года хватает пяти минут, чтобы окоченеть…

Вот, наконец, и дверь. Внутри гулкого помещения теплый воздух.

– Подожди меня здесь, – попросил Вадим.

Токарев прислонился к стене и прикрыл глаза. Давала о себе знать усталость бессонной ночи.

Когда Вадим вернулся, в руке был сверток из грубой серой бумаги.

– Чуть не забыл, – смущенно пробормотал он. – Не откажи в любезности…

– Это что? – Токарев непроизвольно отшатнулся.

В глазах у Вадима запрыгали мелкие бесы.

– Это новое лекарство из Германии, – со смешком пояснил он. – Хотел тебя попросить, чтобы ты забросил посылочку к матери домой. Тетка Нина сильно болела весь последний год. Здесь пять пачек с ампулами. На полный курс лечения. Инструкция внутри. А ты что подумал? Что это тот самый пакет от Генсека? Не надейся. Я и сам про него ничего не знаю. Хотя мне тоже любопытно. Не зря ведь Стражи такую активность развернули, когда отец умер. Думали, что он успел сдать мне все пароли, явки и адреса. Но я, увы, знаю только, что тот пакет где-то на Высоте.

– А если его уже нашли?

– Нашли? – Вадим задумался. – Я так не думаю.

– Что хоть там было? – не сдавался Токарев.

Вадим хмыкнул и медленно покрутил головой, как борец, разминающий шею перед схваткой.

– Какой-нибудь очередной ключик от волшебной дверцы в каморке папы Карло. Оригиналы неизвестных дневников Ленина, коды доступа к секретным архивам, номера счетов в банках, где хранятся деньги КПСС. А может, какой-нибудь Код Апокалипсиса или партитура труб Страшного Суда. Ты книжки почитай в мягких обложках. Там все варианты страхов человеческих давно описаны и систематизированы.

Вадим замялся и пощелкал суставами пальцев.

– Пора мне. Привет всем нашим передавай, кого увидишь. А Светке отдельный. Как она вообще?

– Нормально. Одна двоих детишек воспитывает. Выглядит старше своих лет. За все приходится платить, как говорится…

– Ты только матери ничего не рассказывай, – попросил Вадим. – И даже не упоминай, что я через Омск пролетал. Если спросит, скажи: все у него, мол, шик-блеск. Не представляешь, как мне с ней в последние годы трудно стало разговаривать. Обижается буквально на все.

– А где мы с тобой встречались? – уточнил Токарев.

– В Москве. Там я тебе лекарство и передал.

– Понял. Не дурак…

– Тебя домой подбросят. Машина уже выехала. Будет на стоянке минут через пятнадцать-двадцать.

– Не надо мне машины, – запротестовал Токарев. – Сам доберусь. Ты только скажи: мы еще увидимся?

В это время пилот отчаянно замахал руками, Вадим засуетился и ответить не успел. Уже на трапе он обернулся к Токареву, что-то крикнул, но как раз в этот момент турбины «Сессны» взвыли, и Токарев слов не разобрал.

Самолет был давно готов к взлету. Оставалось только поднять трап…

* * *

В зале регистрации Токарев решил свериться со светящимся указателем, чтобы не промахнуться мимо выхода на посадочную платформу городского транспорта, и тут через входные турникеты прорвалась шумная компания. Ее предводителю – румяному, круглолицему, голосистому и до неприличия веселому – было слегка за пятьдесят. Одной рукой он тащил стройную девицу в рискованном мини, а другой дирижировал трехлитровой бутылкой хлебного вина с винокурен г-на Смирнова. За предводителем, едва не наступая на длинные полы пальто, семенили три эскортных девушки. А замыкали колонну пятеро мужчин в возрасте от двадцати пяти до сорока. И все нестройно тянули песню о детях Галактики. Видимо, пытались проводить домой дорогого гостя.

С Токаревым, перемещавшимся в одиночестве, группа пересеклась в самом центре зала. Предводитель резко затормозил, сверкнув линзами дорогих очков, отпустил девушку с глазами испуганного бобра и выдвинул вперед внушительного размера ладонь.

– Силин Олег Петрович, экспорт-импорт, – представился он.

– Токарев Александр Петрович, портфельные инвестиции, – вежливо пожал протянутую руку Токарев.

– Пить будешь, Петрович? – поинтересовался экспортер и обернулся к группе поддержки. – Стакан для моего друга!

В недрах группы что-то всколыхнулось. Токарев даже моргнуть не успел, как в одной руке у него появился стакан, а в другой – огромный бутерброд с семгой.

– Будь здоров, земляк. Эх, давненько я в Омске не бывал! – зычно провозгласил предводитель, заливая в себя далеко не первые сто граммов. Руку с протянутой закуской он властно отклонил.

Токарев поискал взглядом сотрудников охраны аэропорта – у них, видимо, был перерыв на завтрак – и решил, что опустошить стакан будет гораздо проще, чем отказываться от подношения. Да и семга была в самый раз – пряного посола. Запах распространяла умопомрачительный…

– Олег Петрович, мы опаздываем, – напомнил самый молодой из провожающих. – Объявили, что посадка на рейс в Бишкек уже закончилась.

– А ты скажи им… – Олег Петрович перехватил трехлитровую бутыль в другую руку и угрожающе потряс ей в воздухе. – Скажи, короче, что я занят. Пусть трап не убирают, сукины дети, я скоро подойду. Только еще минутку с земляком потолкую.

Токарев смутился. Он не понимал, как ему реагировать на происходящее. Его, видимо, с кем-то спутали. Предводителя он видел впервые. Такого он бы точно не забыл, если бы встречался с них раньше…

– Не сутулься, – строго сказал Олег Петрович. Его стильные очки слегка затуманились. – Как жизнь-то вообще?

– Вообще-то ничего, – признался Токарев.

– Жаль, времени было в обрез, – покачал головой экспортер. – Но в следующий раз обязательно встретимся, посидим, поговорим, выпьем, как положено. Не на бегу.

Группа поддержки дружно закивала, подсказывая Токареву: соглашайся, мол.

– Или ко мне в гости приезжай. А что? – Олег Петрович просветлел лицом от внезапной идеи. – Там у нас озеро замечательное. Иссык-Куль называется. Слыхал про такое? Вода в нем самая прозрачная в мире. Спорим, ты не знал. Не знал? А не хочешь, так можем в горы махнуть. У нас такая красота в горах, с ума сойти можно. Хочешь в горы?