Flashmob! Государь всея Сети - Александр Житинский

Для нас все так же солнце станет

Сиять огнем своих лучей!

– Свора псов и палачей – это мы, – заметила Лиза, прижимая к носу вязаные варежки и согревая их дыха-нием.

Кирилл отделился от нашей своры и направился к пикетчикам. Не дойдя до них шагов пять, он остановился, осенил их крестным знамением и поклонился в пояс.

– Здравствуйте, люди добрые!

– Нет, вы посмотрите на него! Он ещё имеет наглость! – воскликнула Марья Семёновна.

Я взглянул на окна школы. Из-за стекла, привлеченные хоровым пением, выглядывали во множестве детские лица, наблюдая за противостоянием.

– По какому праву вы здесь? – продолжала наступление училка. – Кто вам разрешил проповедовать эту гадость? Ишь, какой царь нашелся! – обернулась она к своему войску.

Кирилл стоял неподвижно, глядя ей прямо в глаза.

– Мы вам наших ребятишек не отдадим! – закончила Марья Семеновна и тут же вступил хор мужских басов.

– Да гнать их отсюдова, чтоб духу не было!

– Мошенники они!

– Братва, постоим за Козлов!

– А ты, омон, куда смотришь? Или подкупленный?

Мужики в повязках, подпирая и подталкивая друг друга, выступили вперед и двинулись на Кирилла. Но двинулись робко, поглядывая на лейтенанта Козловского.

Тот лениво наблюдал за ними.

– Охолони, братва, – наконец сказал он. – С ними центр разбирается. Не нашего ума дело.

– А мы тож при исполнении! – мужичонка, самый короткий, выставил рукав с красной повязкой. – Щас их к Козину доставим. Вяжи их, братва!

И они, осмелев, бросились к Кириллу. Подручный Козловского, размахивая демократизатором, побежал им навстречу.

Кирилл стоял не шелохнувшись. И вдруг сверху на него, с ночных небес, начал струиться тонкий прозрачный свет, подобный легчайшей кисее, которая переливалась голубовато-зелеными оттенками, как северное сияние. Это был световой столб, будто кто-то посветил на Царевича с неба прожектором.

Враги остановились, поражённые.

Перед ними в световом потоке стоял юноша, облаченный в голубую порфиру, подбитую понизу горностаями, на голове у него была остроконечная шапка Мономаха с изумрудным крестиком, в левой руке он держал скипетр, а в правой – державу.

Первой упала на колени Марья Семёновна, быстро-быстро осеняя себя крестом и кланяясь. За нею ещё две-три старушки. Дружинники, пятясь, принялись отступать. Омоновец с демократизатором как-то бочком тоже стал смещаться в сторону.

– Царевич жжот… – прошептала Лиза.

– Это не царевич жжёт, – серьезно сказала Даша.

Я посмотрел на них. Даша тоже осеняла себя крестом, но не пугливо, как училка, а с кроткой улыбкой. Васюта озадаченно потирал подбородок.

А выше, в школьном окне, виднелись ликующие лица детей и Денис с только что полученным мобильным фотоаппаратом.

Свет постепенно стал гаснуть, как в театре перед началом представления. Кирилл обрёл привычный вид и молча зашагал к нашей машине.

Мы последовали за ним.

Лейтенант Козловский успел сказать нам вслед:

– Вы бы того, поосторожнее. Народ мне распугаете…

В машине Кирилл тоже не сказал ни слова, сидел сосредоточенный, углубившись в себя. Дома отказался от ужина и сразу лёг спать. А мы собрались на кухне, тихо обсуждая произошедшее за чаем.

Выяснилось, что все видели разное. Васюта, как и я, видел световой поток, подобный лучу огромного прожектора, в сиянии которого стоял царевич. Но он был в военной мундире старого образца и папахе. В руке держал саблю.

Лиза вообще не видела царевича, а видела лишь разрастающийся световой шар, подобный вспышке ядерного взрыва, который поглотил всё вокруг. Она не могла смотреть и закрыла глаза.

Даша же тоже видела свет, и в этом свете стояли рядом две фигуры: наш Кирилл в простых белых одеждах, а рядом с ним Богоматерь, которая держала его за руку.

Что видели остальные свидетели чуда, оставалось только догадываться. Однако, поздно ночью новоиспеченный юзер den_kozlov поведал миру о сегодняшнем событии.

12 января 20… г.

И вот я здесь! Царевич подарил нам 3 компа! Я спрятался в школе, в туалете, и дождался, когда все уйдут, чтобы завести ЖЖ. Буду здесь до утра. Папка по телефону обещал выдрать, когда я домой вернусь. Но это он так просто, меня назвал «партизаном».

Чего у нас тут было! Кирилл Первый как говорить начал, так Марьсемёновна убежала. А потом они как вышли, а те стоят и поют! Марьсеменовна с ними. И Царевич подошел и поклонился им. Я думаю, чего он кланяется? И на всякий случай стал фотографировать мобильником. Его мне тоже Кирилл Первый подарил.

Мужики наши, партизаны, на него бросились! И тут бац! Откуда-то вспышка, взрыв яркий, и рядом с ним появилась незнакомая женщина в платье и взяла его за руку. Было светло-светло. А те все убежали, и женщина тоже исчезла. Ничего не понимаю! Вот святой истинный крест!

Далее шли пять фотографий – три темных, на которых угадывались наши фигуры перед школой и поодаль толпа с транспарантами. Потом – Кирилл, кланяющийся пикетчикам и начало конфликта, когда дружинники бросились на царевича. Темно и нерезко.

И дальше две фотографии явно засвеченные. По центру световой столб, в котором с большим трудом угадывалась какая-то фигура, зато освещённые этим столбом люди вышли очень хорошо и напоминали композиционно известную картину Рафаэля «Преображение». Кто заслонялся рукой от яркого света, кто бежал, кто тянулся к нему…

Никакой женской фигуры на снимке не было, из чего следовал вывод, что Денис и мобильник по-разному фиксировали события.

Это могло означать, что Богородица была видна лишь внутренним зрением, которого мобильники лишены. А также и мы с Лизой и Васютой, как ни горько это сознавать.

Маленький вундеркинд не поленился запостить свое сообщение в коммюнити ru_tsar и, конечно, в ЖЖ Кирилла. Это имело грандиозные последствия, как позже выяснилось.

Ни свет ни заря к нам примчался лейтенант Козловский и не раздеваясь стал рассказывать:

– Ну, заварили вы кашу! Весь город гудит. Богородицу какую-то видели. Знамение! Попы уже служат молебны в храмах. Перед школой свечки ставят, хлеба оставляют на полотенцах. Что за дела! Не видал я никакой Богородицы, я ж там стоял рядом. Вспышка была, шаровая молния – и всё! Не верят! Хотят Богородицу.

Проснувшийся Кирилл вышел в прихожую, где мы с Васютой слушали лейтенанта. Девушки ещё спали.

– Ну, скажите – была она? – с ходу обратился Козловский к царевичу.

Кирилл помолчал, улыбнулся и ответил: