Дневник плохой мамаши - Кейт Лонг

— Так значит, я могу теперь вернуться? Стив натянул джинсы и застегнул их на своей тонкой талии.

— Куда вернуться? Ты не видел мои колготки?

— Вот же они, на торшере. — Он кинул их мне. — Вернуться в лоно семьи.

Я запустила руки в колготки, чтобы вывернуть их.

— Да ладно тебе. Ты, кажется, не в Австралии живешь. Нравится мне это или нет, ты и так член нашей семьи — ты папа Шарлотты и сейчас ты ей нужен как никогда.

— Я тут вот что подумал. — Он присел на край кровати. — Мы ведь можем все начать заново, правда? Нет, не бойся, я не стану переезжать к вам, но мы ведь могли бы иногда встречаться в каком-нибудь пабе. Так, выпить, поболтать….

Я наконец нашла свои туфли, надела их и посмотрела на него.

— Нет, Стив, у нас ничего не выйдет. Это слишком трудно.

— Трудно? Со мной? Да я самый простои парень из всех, что у тебя были. Со мной не может быть трудно, верно? Ну же, признай это.

Я вздохнула:

— Я не это имела в виду. Ответ отрицательный.

— У-у, какая! А я приготовил тебе такой классный подарок на Рождество.

— Подкуп здесь не поможет. Мы уже тринадцать лет не дарим друг другу подарков на Рождество. Я не хочу начинать все сначала. — Я взяла его грязную расческу и попыталась пригладить себе волосы, не касаясь зубчиков. — Давай остановимся, пока не поздно. Заходи к нам, если хочешь, но не надо больше этих глупостей.

Он приблизил свое лицо к моему и улыбнулся:

— А по-моему, нам обоим это понравилось, разве нет?

* * *

Сначала мы решили пойти в «Бишоп-Хаус», который располагался на краю городка. Было жутко холодно, небо было похоже на кальку, колеса детской коляски скользили по асфальту. Начинало смеркаться, хотя вечер еще не наступил. Раньше «Бишоп-Хаус» был для меня всего лишь большим викторианским особняком, спрятавшимся за высокими каштанами, мимо которого проезжаешь на автобусе по пути в Болтон, но теперь он превратился в дом, куда может переехать моя бабушка.

— Видишь ли, Шарлотта, — сказала мама за завтраком, — я не уверена, что смогу обеспечить ей должный уход. Она сейчас в ужасном состоянии и уже никогда не поправится. Так говорят врачи. За ней должны теперь следить медсестры двадцать четыре часа в сутки.

Я уставилась в окно и задумалась. Мимо проехал автобус, я вспомнила, как мы с бабушкой ездили в Уиган — мы всегда сидели на втором этаже, — вспомнила, как мы вместе выбирали наполнители к сэндвичам в супермаркете «Вулворт». Мне нравилось ходить с бабушкой по магазинам, потому что мы никогда не ругались, к тому же я могла купить то, что хочу. Бабушка с удовольствием болтала со мной, я тоже любила с ней разговаривать. Потом, когда я повзрослела, многое изменилось, и я в том числе. Когда я была маленькой, она усердно вырезала для меня красивые картинки из каталогов и помогала печь печенье в виде животных, а потом вдруг у меня не стало хватать на нее времени. Боже мой, ей ведь наверняка было обидно!

— Я могу помочь. Давай как-нибудь уговорим социальные службы установить у нас подъемник для инвалидов, о котором постоянно болтает Гора Герд. А еще есть специальные ванны для тех, кому трудно передвигаться. Я видела рекламу, когда смотрела «Обратный отсчет». Если мы будем ухаживать за ней вместе…