Смех Циклопа - Бернард Вербер

Снова слышится слабый голос.

– Умоляю… помогите!..

Идя на зов, Лукреция находит в задней стенке книжного шкафа углубление.

– Это дверь, – говорит она. – Здесь где-то должен быть механизм.

Исидор ощупывает стенку и находит металлическую пластинку. Он достает револьвер, отходит и несколько раз стреляет в замок. Вместе с Лукрецией они толкают деревянную стенку, и она со скрипом открывается.

На полу неподвижно лежит человек. Лукреция бросается к нему и прикладывает руку к его сердцу.

– Он еще жив!

Человек хрипит:

– Надо… надо… вы должны…

– Кто вы? – спрашивает Лукреция.

– Не задавайте бессмысленных вопросов, Лукреция. Вы прекрасно видите, кто это. Тот, кого мы ищем. Тристан Маньяр.

Исидор спокойно произносит эти слова и быстро отправляется на поиски воды. В ванной он находит стакан, поспешно возвращается и помогает человеку приподняться.

– Вы… вы… вы должны…

Исидор осматривает человека и видит, что он ранен в живот.

– Может быть, наверху ваш телефон найдет сеть, и мы сможем вызвать помощь? – шепчет Лукреция.

– Я… я…

Глаза человека закрываются. Исидор тихо говорит:

– Слишком поздно. Уже ничего нельзя сделать, он потерял слишком много крови. С минуты на минуту он умрет.

Внезапно Тристан Маньяр открывает глаза. Несмотря на то что он еле жив, взгляд его горит огнем. Он снова бормочет.

– Вы… вы… должны…

Исидор обнимает его, как ребенка, которого нужно успокоить, и начинает баюкать.

Лукреция замирает.

Тристан Маньяр все еще пытается что-то сказать:

– Вам надо… вы… вы…

– Не волнуйтесь, все хорошо. Не торопитесь, вам будет легче.

Исидор наклоняется, прижимается ухом к губам раненого и шепчет:

– Говорите, я вас прекрасно слышу.

Человек что-то бормочет в ухо Исидору. Тот кивает.

По лицу Тристана Маньяра видно, что он испытывает огромное облегчение. Он широко открывает глаза, слабо улыбается, словно благодаря того, кто его выслушал, и испускает последний вздох.

Исидор закрывает ему глаза.

– До скорой встречи в другой жизни, – произносит он.

Исидор берет тело Тристана Маньяра на руки и несет к столу.

– Будет нескромно спросить, что он вам сказал?

Исидор продолжает молчать.

– Я вам передала все последние слова Себастьяна Доллена, а вы?! Это нечестно, Исидор!

Исидор молчит.

– Я думала, что мы ведем расследование вместе! – выходит из себя Лукреция.

– Я ничего вам не скажу. И не просите меня об этом, пожалуйста.

Она поражена.

– Вы просто…

– Лукреция. Вы так…

– Глупы?

– Нет. Юны.

Лукреция опять не понимает, насмешка это или комплимент. Ей было бы легче, если бы Исидор откровенно нагрубил ей, тогда и она могла бы не стесняться в выражениях. Но он не доставляет ей такого удовольствия.

– Вы…

– Что?

Он улыбается.

– Я тоже к вам очень хорошо отношусь, Лукреция. Спасибо. Итак, следуем нашему принципу. Первое, обмениваемся информацией. Второе, размышляем. Третье, действуем.

Он осматривает комнату. По-видимому, они в потайном кабинете. Исидор замечает вскрытый сейф.

– Что здесь произошло? – спрашивает Лукреция.

Исидор указывает на выдвинутые ящики стола.

– Первая версия оказалась правильной. Пришли гости. Члены Великой Ложи Смеха приняли их.

– Этим объясняется то, что на пути к храмовому помещению ничего не тронуто.

– Беседа в храмовом зале привела к разногласиям. Гости – пять-шесть человек – решили прибегнуть к сильнодействующим аргументам. Они были вооружены и начали стрелять во всех подряд.

Исидор закрывает глаза, чтобы лучше представить себе, как это происходило.

– Первые умерли внизу, там, где мы их нашли. Остальные бросились бежать, их догнали и добили. Поэтому у них прострелены головы. Тристан Маньяр был с теми, кто пытался спастись.

– Похоже, что так и было. Один из нападающих последовал за ним, он успел вбежать в потайной кабинет, пока дверь еще не закрылась. Поэтому она не была взломана. Но тут его ранили в живот. Нападавший не хотел его убивать, он хотел заставить его говорить и открыть сейф.

– Правильно, Лукреция. Затем гость опустошил сейф, оставил Тристана Маньяра умирать и закрыл за собой дверь кабинета.

– Значит, Тристан Маньяр не убивал Дария.

– Я бы выразился иначе. Мы явно имеем дело с двумя враждующими партиями. С одной стороны тайное общество, Великая Ложа Смеха, спрятавшаяся под этим маяком. К ней принадлежал Тристан Маньяр. А с другой стороны Дарий, его братья и «розовые громилы».

– Смех света против смеха тьмы…

– Что?

– Это слова Себастьяна Доллена. Он утверждал, что две эти силы враждуют с древних времен. Джедаи против Дарта Вейдера и империи зла.

Исидор размышляет, продолжая тщательно изучать комнату.

– Забавно. Вы мне все больше напоминаете мою племянницу Кассандру. Она тоже сирота и все время сравнивает людей с героями фильмов, в основном, кстати, фантастических. Мне пришло в голову, что больше всего меня трогает в вас то, что вы похожи на мою маленькую племянницу Кассандру.

Лукреция осматривает полки, на которых не хватает книг.

– Давайте дальше, Исидор. Итак, между людьми с маяка, приверженцами смеха света, и «розовыми громилами», приверженцами смеха тьмы, идет борьба.

Исидор находит в шкафу пачку печенья. Он протягивает одно Лукреции.

– Вы считаете, что сейчас самое время перекусить?

– Тристан продержался так долго благодаря этому печенью и бутылкам с водой. У меня от всех этих приключений разыгрался аппетит.

Он жадно ест печенье.

– Продолжайте, Исидор.

Он говорит с набитым ртом.

– В обоих обществах играют в вашу «ПЗС». Скорее всего, ее изобрели здесь, а Дарий ее украл.

Исидор садится и продолжает шумно жевать.

– И?..

– И все, – отвечает он с полным ртом.

– Как это?

– Пока это все, что я могу вам сказать.

– А взломанный сейф? А потайной кабинет?