Сад Лиоты - Франсин Риверс

Однако через полчаса ее настроение упало. Перехватив в коридоре Энни, Сьюзен затащила ее на кухню.

— О чем только Сэм думал? — прошептала она, достав из морозильника кусочки льда. — У нас с этим парнем ничего общего. Он уже год работает в какой-то компьютерной компании в «Силиконовой долине»[20]и хотя не очень-то распространяется на эту тему, но, похоже, собирается стать ее исполнительным директором. А я — простая официантка. Он читает «Уолл-стрит Джорнал». А я книжки с картинками. Он любит суши, а мне нравится жареное мясо. А еще он любит классическую музыку.

— Ты тоже, — едва сдерживая улыбку, ответила Энни.

— Да, как средство от бессонницы.

— Считается, что классическая музыка повышает IQ[21]. — Энни поставила соус на поднос с крекерами.

— Зачем Чаку повышать IQ, он совсем не такой, как я. — Закатывая глаза, Сьюзен вытряхнула лед в миску и потом бросила целую горсть в свой бокал с содовой. Повернувшись в сторону гостиной, она спросила елейным голоском: — Чак, тебе приготовить что-нибудь выпить?

— Смотри, как бы на твой сладкий голос не слетелись пчелки, — усмехнулась Энни и взяла поднос с крекерами и соусом.

— Тише, — прошептала Сьюзен. — Пусть Сэм не думает, что я для него стараюсь.

Она направилась с бокалом содовой в гостиную, и подруга пошла за ней. Когда Энни поставила поднос на столик, Сэм, стоявший у окна рядом с клеткой, в которой на жердочке тихо сидел попугай, повернулся к ней.

— Птичка в печали. Я вижу, ей не стало лучше.

— Да, Барнаби молчит, — согласилась Энни.

Сьюзен устремила на брата горящие глаза, как бы предупреждая его: «Ни слова!», но, увидев улыбку на лице Сэма, быстро встала и обратилась к Чаку:

— Почему бы нам не прогуляться? Океан в шести кварталах отсюда. Как только за ними закрылась дверь. Сэм отошел от окна, сел на диван и положил руку на его спинку.

— Ну, что ж, получилось даже лучше, чем я ожидал. — Он улыбнулся Энни, словно поддразнивая ее. Она никак не отреагировала на его слова.

— Может, нам тоже пройтись? По вечерам воздух такой свежий и прохладный.

— А мне здесь нравится, здесь тепло. — Сэм похлопал рукой по дивану, приглашая ее сесть. — Почему бы тебе не сесть рядом со мной?

Энни расположилась в старом, обитом оранжевым вельветом кресле, которое Сьюзен купила у соседа с верхнего этажа, переехавшего с неделю назад на другую квартиру.

— Мне и здесь неплохо.

Она закинула ногу на ногу и положила руки на протертые подлокотники. Сэм бросил на нее быстрый взгляд и покачал головой.

— Я не кусаюсь, — смущенно сказал он.

— Да. У тебя совсем другие планы.

Глаза Сэма сверкнули и взгляд стал серьезным.

— Так, подожди, Энни. Давай кое-что выясним. Я не домогаюсь тебя. Я прихожу к тебе не для того, чтобы мы ссорились.

— Я понимаю.

— Нет, не понимаешь. Мы с тобой давно знакомы. К несчастью. Не твоя вина, что ты в курсе моих подвигов, которые остались в далеком прошлом, и тех махинаций, которыми я занимался несколько лет назад. Находясь рядом, ты не могла не видеть моего падения. — Он подался вперед, но в его позе не было ничего угрожающего. — Энни, скажу тебе прямо. Будь твой отец рядом с нами, я легко объяснил бы ему мои намерения.

В его взгляде было столько решимости, что Энни смутилась опустила глаза.

— Я польщена.

— Лесть здесь ни причем. Слово «доверие» гораздо больше подходит к тому, о чем я сказал.

Энни посмотрела на него в некотором замешательстве:

— Но я доверяю тебе, Сэм.

— Правда? Тогда почему же ты сидишь там, а я здесь?

Он говорил искренне, и Энни захотелось ответить тем же.

— Ты по-прежнему сохраняешь дистанцию, — продолжал он. — И я хочу прямо сейчас положить этому конец. — Сэм откинулся на спинку дивана и после долгой паузы добавил: — Ладно, я, кажется, превысил скорость. Двигатель перегрелся. Перехожу на первую скорость. Идет?

— Идет, и выезжай, пожалуйста, на другую дорогу. Я не собираюсь крутить с тобой, Сэм.

— Крутить. Что за детское слово!

— Останемся друзьями. Не надо портить наши отношения.

Сэм ухмыльнулся:

— А теперь прощальный поцелуй. По старой дружбе. Сколько же я раздал за свою жизнь этих поцелуев! — И несколько мягче он добавил: — Ладно. Друзьями так друзьями. Значит, можно пойти куда-нибудь и развлечься, а не ломать голову над тем, что и так ясно. Куда пойдем?

— Понятия не имею.

— Тогда решим по дороге. Ужин. Танцы. Прогулка. Что-нибудь в этом роде.

— А как же Сьюзи и Чак?

— Оставлю им записку.

— Я, право, не знаю, Сэм…

— Хорошо. Посидим здесь. Мечтаю об этом. Только ты и я. И никакого телевизора. Обещаю держать себя в руках, но зарекаться не буду.

— Ты неисправим. — Энни повеселела.

— Так говорили мои учителя, — усмехнулся Сэм. — Интересно, что бы они сказали теперь.

Бедный Сэм. Она была с ним откровенна, и это причинило боль им обоим.

— Подожди, я накину жакет.

Господь указал ей, как уйти от искушения, и она пошла по этому пути.