Время – река - Мэри Элис Монро

– В любом случае она будет ругать меня. – Она колебалась. – Ты думаешь, что я делаю что‑то ужасно безнравственное?

– Да, милая, сердце не обманывает тебя.

– Мадди, ну посмотри по сторонам, – взмолилась Мия. – Мы находимся в окружении ее вещей, свидетелей прожитой жизни. Подожди, когда ты прочитаешь ее дневник – а я хочу, чтобы ты тоже его прочитала, – ты поймешь, почему она так покорила меня. Кейт Уоткинс была такой бесстрашной, но при этом оставалась обыкновенной женщиной. Она заслуживает того, чтобы быть понятой.

– Но, Мия, ты не можешь положить всю жизнь на то, чтобы разгадывать тайну, к которой ты не имеешь никакого отношения. Тебе нужно вернуться домой и заняться серьезными делами. Ты должна найти работу, жилье…

– Я знаю об этом и все сделаю, как надо. Все это может подождать. – Мия почувствовала, как ее плечи обдул легкий ветерок. Она вздрогнула и оглядела комнату странным взглядом. – Не хочу напугать тебя, но я ощущаю ее присутствие. Ты чувствуешь его?

Мадди встала и с испуганным выражением лица осмотрела комнату.

– Нет. Почему? Оно здесь? Привидение?

– Не знаю, можно ли называть это привидением.

– О боже, сегодня я буду спать вместе с тобой!

– Не бойся. Я никогда не видела ее и ночью не слышала ни шагов, ни шорохов. Ничего подобного, обещаю тебе. Мадди, Кейт мне как подруга или даже больше – наставница.

Мадди опустила щетку и убрала пряди со лба Мии под берет.

– Помнишь, Мия, когда ты была маленькой девочкой, у тебя была воображаемая подруга? Обычно ты все время разговаривала с ней.

Мия тихо засмеялась, припоминая.

– Ее звали Ча‑Ча. Я знаю, к чему ты ведешь. Неважно, реально ли присутствие Кейт, или это игра воображения. Кейт Уоткинс была здесь, со мной, в самые тяжелые моменты. Она побуждала меня к тому, чтобы я не замыкалась в себе и начала выходить из дома.

Мадди отложила щетку и, обойдя диван, села.

– Когда я записала тебя на оздоровительную рыбалку нахлыстом, я думала, что тебе будет полезно побыть рядом с женщинами, прошедшими через те же испытания, что и ты. Я не рассчитывала, что ты застрянешь в горах и станешь страстным рыбаком. Или рыбачкой…

– Я – не то и не другое. Мадди, в рыбалке нахлыстом поймать рыбу – это не главное. Главное, это ощутить связь. Когда я рыбачу, я не думаю об онкологии или о разводе, о необходимости найти работу или обо всем том, чем обычно занят мой мозг по ночам. Знаешь, – сказала она, глядя в глаза Мадди, – как только у тебя диагностируют рак, то мысль о нем всегда прячется где‑то в подсознании, как чудовище, которое, как думают дети, скрывается под кроватью. Потом, когда ты вылечишься, ты понимаешь, что на самом деле его нет… но ты все равно не уверена. – Мия улыбнулась. – Когда я рыбачу, я думаю только о том, что меня окружает, и о рыбе. Я нахожусь на одной волне со всей вселенной.

– Все это очень похоже на дзен‑буддизм, – полушутя прокомментировала Мадди.

– Да, – ответила Мия с ироничной усмешкой. А потом искренне добавила: – Нигде я не ощущаю такого покоя. И я должна поблагодарить тебя за то, что ты отправила меня в этот оздоровительный центр и, главное, подсадила на рыбалку нахлыстом. А Кейт я благодарна за то, что она научила меня не бояться темноты.

– И как же ей это удалось? Она говорила с тобой из потустороннего мира?

Мие не хотелось говорить об этом в шутливом тоне. Это было слишком важно для нее.

– Через свои дневники, через написанные ею статьи, письма, рассказы о ней. Некоторые из ее высказываний висят на стене. – Мия встала с дивана и направилась к книжному шкафу, чтобы достать личный дневник Кейт и ее рыбацкий дневник. Она протянула их сестре:

– Если не веришь мне на слово, возьми их наверх и почитай на ночь. Ты все поймешь.

– А она не придет и не напугает меня, когда я буду их читать? – спросила Мадди то ли серьезно, то ли шутя.

* * *

Следующим утром спозаранку Мия наливала кофе в кружки, когда Мадди, зевая и протирая глаза, спустилась по ступенькам.

– Доброе утро, соня, – окликнула ее Мия.

– Ты всегда встаешь так рано?

– Я услышала, как ты топаешь наверху. – Она протянула Мадди чашку с дымящимся кофе.

– М‑м‑м… спасибо. – Мадди отпила глоток, а потом вздохнула от удовольствия. – Так лучше. Божественный нектар, сегодня мне его так не хватало. Я полночи не сомкнула глаз, читая дневники.

– И?

– Ты права, – неохотно согласилась сестра. – Она даже внушила мне желание пойти на прогулку в лес.

Мадди не делала тайны из того, что занятия на свежем воздухе – туризм, сёрфинг, каякинг – вызывали у нее отвращение. Она предпочитала спортзал и бегущую дорожку.

– Я знала.

– Несомненно, она была крайне увлечена нахлыстом, не правда ли?

– Да. Скоро и ты станешь такой же. Я приготовила для тебя маленький сюрприз. Скорей допивай свой кофе, мы идем на рыбалку.

Мадди застонала.

– Я поспорила с Доном, что ты поведешь меня на реку в выходные. К чему такая спешка?

– Стюарт должен приехать и научить тебя.

Мадди поднесла кружку к лицу, и Мия увидела над ободком ее голубые глаза.

– Кто такой Стюарт?

* * *

Полчаса спустя Мия услышала завывание поднимающейся по дороге машины. Она выглянула в окно и увидела, как колеса остановившегося джипа вонзились в новый гравий. У нее дрогнуло сердце, когда из автомобиля высунулись длинные ноги Стюарта, а потом появилось лицо с небритой щетиной на подбородке. Сегодня у него был выходной, и он приехал, чтобы научить Мадди обращаться с нахлыстовым удилищем.

Мадди слегка приподняла брови, когда Стюарт, ростом в шесть футов, вошел в хижину, одетый в светло‑коричневые шорты и рыбацкую рубаху, потом ее брови поднялись еще выше, когда она увидела, как он небрежно наклоняется к Мие и вместо приветствия целует ее в щеку. В ее голубых глазах загорелась тревога, и Мие показалось, что она вот‑вот замашет крыльями, как наседка.

Стюарт же, напротив, был расслаблен и, когда Мия представила их друг другу, спокойно протянул ее сестре руку:

– Рад наконец познакомиться с той самой сестрой, о которой я так много слышал.

– О боже, представляю, чего вы наслушались!

– Все в порядке, – сказал он с обнадеживающей улыбкой.

Сидя на веранде, они пили кофе и ели булочки из пекарни Беки, сгорая от желания двинуться в путь. Мия, забавляясь, наблюдала, как Мадди сражается, облачаясь в рыбацкую экипировку: забродные штаны, носки из неопрена, сапоги на войлочной подошве, поляризованные солнцезащитные очки и шляпу. Глядя, как сестра вертит в руках разные принадлежности, она вспоминала о том, как… всего два месяца назад сама пребывала в точно таком же смятении. Казалось, что целая жизнь прошла с того июньского утра.