Плохая мать - Маша Трауб

Через год безуспешных попыток зачать певица перестала ходить по врачам и даже стала спокойно реагировать на кулуарные сплетни про себя, баритона и Александра Марковича.

– Да езжайте вы к Варжетхан или к Зарине, – сказала моя мама, которая жила у них в маленькой комнате, бывшей кладовке.

– К кому? – удивилась певица.

– Это гадалка и знахарка у них в деревне, – объяснил Александр Маркович, – Мария мне про них рассказывала.

– Они и не такое лечат, – подтвердила мама.

– Поехали, Мусичка, – попросил Александр Маркович, – как будто в отпуск, тебе нужны новые впечатления, в горы съездим, там так красиво, а не захочешь, не пойдем ни к каким знахаркам.

– Ну поехали. Мне все равно.

Из поездки певица вернулась уже беременной. То ли горы помогли, то ли Зарина с Варжетхан – бабушка сводила певицу к обеим...

Александр Маркович еще несколько месяцев просыпался по ночам и трогал живот жены – вот он, есть, растет... Никак не мог поверить.

– Мусичка, иди покушай, – говорил он жене. – Мусичка, пойдем погуляем. Мусичка, чего тебе хочется?

Беременность она переносила легко, в отличие от Александра Марковича, который страдал нервическим токсикозом, изжогой, мучился поясницей, переменами настроения, страхами, бессонницей и расстройством аппетита. В женской консультации, куда Александр Маркович сопровождал жену, он с интересом и ужасом слушал рассказы женщин, сидящих в очереди, – про замершую беременность, невынашиваемость, выкидыши, родовые травмы. Ночью он лежал без сна и просил неведомого Бога, в которого не верил, чтобы жена доносила и родила здорового ребенка.

Втайне он мечтал о девочке – маленькой, пухленькой, с беленькими, льняными волосиками. Чтобы была похожа на жену. Такая же красавица.

– Ты понимаешь, это единственная женщина, которая будет любить меня всегда, – говорил он Первой Скрипке, когда они «по-тихому» отмечали «событие».

– Да, потому что ты отец, – кивал Первая Скрипка, – девочки они лучше мальчиков. Она и приготовит, и рубашку погладит.

– Точно. И обнимет. Девочки – они же ласковые, – чуть не плакал Александр Маркович.

– А ты с чего взял, что девочка будет?

– Не знаю, так чувствую.

– Ну, тогда точно девка. Сердце не обманешь. Давай выпьем за женщин!

В начале третьего триместра Александр Маркович совсем занервничал. Ему казалось, что сейчас, на финишной прямой, можно что-то упустить, недоглядеть – это ведь такой ответственный период! А врач в женской консультации к жене не так внимательна, как могла была бы быть. Врач без конца говорила по телефону и куда-то надолго убегала, закрыв кабинет.

– Может, нужно сдать еще анализ? – спрашивал врача Александр Маркович. – Вы уверены, что все протекает благополучно? А то, что живот не такой большой для нашего срока, – это нормально? А еще ребенок может не двигаться несколько часов. Да, Мусичка? И еще спину тянет. Вы ничего не назначите?

Врач раздраженно выписывала рецепт на витамины.

– Вы уверены, что этого достаточно? – спросил с вызовом Александр Маркович.

– Папаша, вы уже всех замучили, – не сдержалась врач, – и меня, и жену, и будущего ребенка. Не нравится – переходите на другой участок.

– И перейдем!

– И переходите!

– Мы будем искать другого врача, более внимательного к пациентам! – крикнул на прощание врачу Александр Маркович. – Если бы я так играл, как вы лечите, я бы давно вылетел из театра! Вы позорите профессию!

Жена в это время спокойно сидела на банкетке и читала книгу. Она относилась к своей беременности совершенно равнодушно, что очень удивляло Александра Марковича. Ведь она так сильно хотела иметь ребенка. И теперь совершенно не переживает. Он списывал все на защитную реакцию психики – беременные ведь немного заторможенные и неадекватные.

Александр Маркович использовал все свои немногочисленные связи и нашел «хорошего» врача.

– Да не волнуйтесь вы так, – сказал тот, – жена ваша совершенно здорова. Беременность протекает без патологий. Все будет в порядке.

– Доктор, я еврей, почти старый. Как я могу не волноваться?

Этот врач подарил Александру Марковичу одно из самых сильных ощущений в жизни. Он приложил к животу прибор и из маленького динамика донеслись сначала шумы, а потом ритмичные звуки.

– Слышите, сердечко хорошо стучит, – сказал врач.

Александр Маркович уже не пытался сдерживаться. Он сидел и беззвучно плакал.

– Ну-ну. Что такое? – удивился врач такой реакции.

– Извините, доктор. Это все нервы, – утер слезу будущий отец.

Несколько недель до родов стали для него настоящим испытанием. Он нервничал так, что даже начал заикаться. Спать перестал давно – так переживал.

Он переехал в гостиную, оставив жену в спальне – она жутко храпела и, разметавшись, занимала почти всю кровать. Но в гостиной Александр Маркович не мог спокойно уснуть. Стоило жене затихнуть за стенкой, как он подскакивал и бежал смотреть, все ли в порядке. К тому же он очень боялся преждевременных родов.

– Мусичка, ну послушай, ради меня, – просил он и зачитывал ей из справочника признаки начала родовой деятельности.

Жена равнодушно слушала.

Иногда Александра Марковича даже пугало такое спокойствие жены, но он переключался на другие заботы. Жена ушла в декретный отпуск. Александр Маркович после спектакля мечтал побыстрее оказаться дома. Когда ему удавалось закимарить в метро, ему снилось, что жену увозят на «скорой» – не в тот роддом, не к тому врачу.

– Я же здесь, не волнуйтесь, – пыталась успокоить его моя мама.

– Ты – молодая девочка, совсем ребенок, что ты можешь? – отмахивался Александр Маркович.

– Не понимаю я тебя, – сказал Александру Марковичу Первая Скрипка, стоя в очереди в буфете, – что ты с ней так носишься? Все рожают, и она родит. Обычное дело.

– Ты не знаешь, какие случаи бывают. – Александр Маркович с жаром начал рассказывать все, что услышал в консультации.

– Может, по пятьдесят? – спросил Первая Скрипка. Он смотрел на друга с жалостью.

– Нет-нет. Мусичка не переносит запах алкоголя.

– Давайте мы положим вашу жену заранее, – предложил врач, когда во время очередного визита увидел Александра Марковича с черными кругами вокруг глаз и сумасшедшим взглядом.

– Зачем? Что-то не так? – Александр Маркович дернулся, как испуганная лань.

– Все так. Чтобы вам было спокойнее. А то вы и сами изведетесь, и жену замучаете, – засмеялся врач.

– А можно? А то, знаете, доктор, я как представлю, что начнутся схватки и я не смогу от волнения вызвать «скорую», или что-нибудь случится. Мусичка, ты ляжешь заранее?