Пропавшие в Стране Страха - Алексей Слаповский

Братья неслись по лесу, поминутно оглядываясь, и чуть не наткнулись на страхолюбов.

– Ложись! – успел шепнуть Ник, сам падая в траву.

Вик тоже упал.

Из кустов они наблюдали: два десятка солдат, распределившись по сторонам, вели понурых страбытов и страбынетов.

– На уколы, – сказал Вик, провожая глазами удаляющихся пленников.

– Угу.

– Не успели мы их предупредить…

– Но хотя бы девчонки остались. И Женька с Димкой. Как их теперь найти?

– Ты действительно считаешь, что Страхов врет и его дочь все-таки у нас? То есть среди этих девчонок?

– Не знаю. Он такой хитрый, что не поймешь. Сумел же он всех убедить, что он будто бы против генерала! А на самом деле заодно. А может, даже еще и хуже. А может…

Ник замолчал. Глаза его словно остановились или остекленели. Вик знал – так с братом бывает в двух случаях: когда тот объестся и прислушивается, что творится в его бедном животе, и когда ему в голову приходит неожиданная мысль. Вик еще любил подшучивать: тебе, Ник, говорил он, мысли так редко в голову залетают, что ты каждый раз удивляешься, как они туда попали. Ник, естественно, обижался.

Но сейчас Вик отнесся к мыслительному процессу Ника с полным уважением. А Ник все молчал. Видимо, мысль на этот раз была очень уж большой и неожиданной.

– Ну? – не вытерпел Вик. – Что?

– А то. Откуда он знает, что БГ нас назвал боюпами? А помнишь, когда мы к Страхову первый раз попали, он сразу нас назвал по именам, хотя мы ему их не называли?

– БГ ему по телефону сказал. И про боюпов тоже. Они же общаются, если сообщники.

– Постой, постой! БГ изображает, что он тупой и грубый. Но про боюпов – это он придумал! Профессора там не было! А кто любит придумывать такие сокращения? Профессор! А еще – ты видел, какие у профессора усы, какая борода? Ненатуральные какие-то. И все время одинаковые, будто он их не стрижет, а они не растут. Помнишь Андреева?

Вик помнил Андреева: друг отца, литератор, бескорыстнейший, как говорила всегда о нем мама, человек, носивший старомодные усы и бороду.

– Да, и что?

– А то. Ты извини, у тебя взгляд неразвитый, а я наблюдаю, я тренируюсь. У Андреева каждый раз усы и борода другие, то больше, то меньше, смотря когда пострижется. А у Страхова всегда все одинаково. А еще БГ говорит всегда ненатурально. Хрипит, будто простуженный. Но не может же он быть все время простуженным! А еще – ты хоть раз видел БГ и Страхова вместе?

Вик начал догадываться:

– Ты хочешь сказать…

– Именно. Я хочу сказать, что Страхов и БГ – одно и то же лицо!

– Ничего себе! А зачем?

– Не знаю. Ну, может, чтобы один сваливал на другого. То есть Страхову надо проводить эксперименты, а он делает вид, что его заставляет БГ!

– Точно! – согласился Вик. – Известный исторический принцип: разделяй и властвуй. Хотя нет, не совсем так. Короче: когда у власти один человек, то на него все шишки, а когда два, то люди всегда думают, что виноват кто-то один из них. Все восстали на БГ, война чуть не началась, Страхов тут же отыскал где-то стабилизатор. И все считают, что он их спас. А он из людей баранов сделал! – гневно сказал Вик.

– Надо искать, где девчонки спрятаны. Есть там дочка Страхова или нет, это мы выясним, но там еще Женька с Димкой. Все-таки нас уже будет не двое, а четверо!

И браться, соблюдая повышенную осторожность, стали пробираться по лесу.

Сначала обследовали становище страбынетов и нашли там большой пакет с сухарями и несколько бутылок воды, чему очень обрадовались.

Потом пошли к скалистой стене, к пещерам.

Входов в разветвленные лабиринты здесь было много – в какой идти? Если уж любострахи-экстремалы бродят там неделями, то им туда соваться нет смысла.

– Я вспомнил, – сказал Ник, который продолжал мыслить аналитически и детективно, – они ходили не очень долго. Значит, девчонки должны быть где-то здесь. С другой стороны, если в ближних пещерах, слишком легко найти. Мы где все были, когда они ушли?