Пляж - Алекс Гарленд

— Уклоняешься.

— Да нет же.

— Перестань, Ричард.

Она в третий раз назвала меня по имени, поэтому я понял, что у нее ко мне есть какое-то дело. Я бросил притворяться и теперь лишь слабо ухмылялся.

— Убери с лица эту глупую улыбку, — сказала она. — Знаешь ли ты, сколько хлопот ты мне доставляешь?

— Извини, Сэл.

— Извинение не решит проблемы. Ты просто настоящая головная боль. Какие ты получил инструкции?

— Очень простые, Сэл.

— Очень простые, однако ты уже забыл их.

— Нет, я…

— Ну-ка, повтори их.

— Инструкции?

— Да.

Я приложил некоторые усилия, чтобы не напоминать тоном дерзкого школьника.

— Пока Джед присматривает за Христо, я — ответственный за то, чтобы держать тебя в курсе насчет… — я запнулся, и моя шея похолодела. Я чуть было не назвал имен Зефа и Сэмми.

— Насчет? — переспросила Сэл.

— Наших возможных гостей.

— Совершенно верно. Теперь ты, наверное, сможешь объяснить мне, почему ты считаешь это пустяковое задание таким трудным.

— Сегодня просто не о чем рассказывать. Ничего нового, то же, что и всегда…

— Неправда. — Сэл ткнула в меня пальцем. Я видел, как у нее под мышкой неприятно задвигались жировые складки. — Неправда, неправда, неправда. Если рассказывать не о чем, я хочу знать об этом. Иначе я буду волноваться, а у меня и так достаточно поводов для беспокойства, поэтому незачем усугублять мое положение. Ясно?

— Да.

— Хорошо. — Она опустила палец и вздохнула, чтобы собраться с мыслями. — Не хочется тебя ругать, но я просто не могу сейчас заниматься еще какими-то проблемами. Настроения… настроения в лагере плохие.

— Прорвемся.

— Я знаю, что прорвемся, Ричард, — отрывисто ответила она. — Я не сомневаюсь. Но чтобы быть до конца уверенной, мне хотелось бы, чтобы ты передал всем своим друзьям мое сообщение.

— Конечно.

— Да. Я хочу, чтобы ты сказал им, что последние три дня, по понятным причинам, я мирилась с этим абсурдным расколом в лагере.

Я сделал довольно глупую попытку притвориться невинным:

— С расколом?

— С расколом! Одна половина лагеря не разговаривает с другой! Одни угрожают проткнуть острогами глотку другим!

Я покраснел.

— В курсе ли ты, что завтра утром мы собираемся похоронить Стена? Я хочу, чтобы эти похороны покончили с напряженностью, чтобы эта ужасная трагедия сделала всех добрее. И знай, что то же самое я скажу Багзу. Мне не хочется, чтобы все думали, что я его, как моего друга, особо выделяю. Договорились?

— Договорились.

Сэл кивнула. Затем она приложила ладонь ко лбу и несколько секунд оставалась в этом положении.

Бедная Сэл, подумал я. Я не очень задумывался о том, как тяжело ей приходилось, и решил, что буду более чутким. Я даже не понимал, почему избегаю встречаться с ней. Ведь у меня были сложности в отношениях с Багзом. Я безосновательно позволил своей неприязни к нему перейти на нее.

— Итак, — сказала она, подводя черту, — куда ты направлялся, когда я тебя поймала?

— На пляж. Поискать Франсуазу… и посмотреть, как дела у Карла.

— Карл… — Сэл забормотала что-то неразборчивое и посмотрела вверх, на лиственный шатер. Когда она опустила глаза, то удивилась, что я еще здесь.

— Ну иди же, — сказала она, жестом прогоняя меня. — Чего ты ждешь? Исчезни.

Я добрался до пляжа к шести. Сухой песок уже остыл настолько, что можно было идти не спеша. Правда, подобная прогулка не привлекала меня. Я играл в одну из своих игр, а для нее требовался влажный песок возле самой воды.

Цель игры заключалась в том, чтобы оставлять четкие следы. Это было намного труднее и увлекательнее, чем может показаться. Если мокрый песок присыпан сухим, след рассыпается; а пройдитесь по сырому песку — и след исчезнет после того, как в него просочится вода. Важное значение в игре имеет сила давления. При обычном шаге носок погружается слишком глубоко и портит след. Какова альтернатива? Неестественные шаги с равномерным давлением по всей ступне. Так вы оставите хорошие следы, но идти неудобно. Я изо всех сил бился над достижением компромиссного результата.

Развлекаясь таким образом, я шел по пляжу, подпрыгивая, останавливаясь, тяжело вздыхая, раздраженно уничтожая неудачные следы. Мои глаза все время были опущены, поэтому я заметил своих друзей, только когда оказался в двух-трех метрах от них.

— У тебя крыша поехала, Рич? — услышал я слова Кити. — Если да, то скажи об этом прямо. Тогда ты, наверное, сможешь лучше нас наладить контакт с Карлом.

— Я стараюсь, чтобы получился четкий отпечаток ноги, — не поднимая глаз, ответил я. — Это очень трудно.

Кити засмеялся таким смехом, что до меня сразу дошло: он накурился.

— Четкий отпечаток, говоришь? Да, отсюда уже совсем недалеко до безумия. Это оригинальнее, чем пытаться нарисовать идеальный круг.

— Круг?

— Обычное занятие сумасшедших.

— А! — Я в последний раз оставил след и нехотя подошел к ним, с разочарованием убедившись, что среди них не было Франсуазы. — Именно этим и занимается Карл?

— Нет. Он слишком спятил, чтобы рисовать круги.

— На самом деле, — вмешался Этьен, явно не расположенный поддержать легкомысленный тон Кити, — Карл не сумасшедший. Просто он en etat de choc.

Кити удивленно поднял брови:

— Ага. Так я и думал… А теперь скажи-ка нам, что это значит.

— Я не знаю, как это правильно по-английски. Поэтому и сказал по-французски.

— Твои слова сильно помогут Карлу.

— Если бы ты хотел помочь, то отвез бы Карла на Пханган, — твердо проговорил Этьен и встал. — Я устал с тобой спорить. Извини, Ричард, я пойду обратно в лагерь. Скажи, пожалуйста, об этом Франсуазе, когда она вернется.

— Хорошо, — встревоженно ответил я. Очевидно, я появился в самый разгар перепалки. Меня совсем не радовало то, что мои друзья спорят. Мы должны быть вместе, пусть даже завтра Сэл и призовет нас к миру.

Этьен зашагал прочь. Секунду-другую спустя Кити обернулся к Грегорио и зашипел:

— Почему ты, черт возьми, не поддержал меня?

Грегорио задумчиво посмотрел на свои руки:

— Я не знаю… Я подумал, что он, наверное, прав.

— Он неправ. Как он может быть прав?

— Подожди-ка, — вмешался я, предварительно обернувшись, чтобы убедиться, что Этьен уже отошел от нас на достаточное расстояние. — Он что, серьезно говорил насчет Пхангана?