Семь сестер. Сестра тени - Люсинда Райли

– Люблю природу. Деревню… – выпалила она первое, что пришло ей в голову. И тут же поспешила уточнить: – Правда, я, кроме деревни, мало что видела в своей жизни. Возможно, со временем я привыкну и к городу и даже полюблю его, как любят город те, кто в нем родился и вырос. Потихоньку знакомлюсь с Лондоном. Очень красивый город.

– Не оправдывайтесь, мисс Макникол, не надо. Если бы судьбе было угодно распорядиться по-иному, я бы тоже с радостью поселился в деревне. Скажите мне, вы катаетесь верхом?

– Да, – коротко ответила Флора. Она не могла заставить себя назвать его Берти. – Хотя, наверное, на аллее для верховой езды в Гайд-парке я бы смотрелась не очень уместно. Ведь я привыкла скакать по диким просторам, по скалистой местности, а потому и держусь в седле безо всякого изящества.

– Ах, вот было время золотое! – Берти всплеснул руками, словно ребенок. – Когда я был молодым, то не было для меня ничего лучше, чем пустить коня вскачь по бескрайним шотландским болотам и пустошам. Что еще заставляет ваше сердце трепетать и биться с удвоенной силой, мисс Макникол?

– Наверное, надо было бы сказать, что это поэзия, или рукоделие, или игра на фортепьяно. Но я скажу правду. Все мои увлечения связаны, так или иначе, с природой. Животные, например…

– Как я вас понимаю! – воскликнул Берти и ласково погладил своего пса, лежавшего у его ног, который тут же умиленно завилял хвостом в ответ. – А что же до искусства во всех его проявлениях… Что ж, в моем положении я обязан терпеть все это и даже аплодировать им. Вы и представить себе не можете, сколько бесконечных вечеров я проторчал в опере или сидел на представлениях пьес, в которых, по мнению их авторов, я должен был найти некий особый духовный или психологический смысл… Или слушал вирши, в которых не мог понять ни единого слова…

– Ты несправедлив к себе, Берти! – подала голос миссис Кеппел. – Ты ведь исключительно начитанный человек.

– Только потому, что я обязан быть таковым. Это тоже часть моей работы. – Он весело подмигнул Флоре.

– А я вот очень люблю рисовать животных. Люди у меня хуже получаются. Они какие-то более сложные, что ли…

Флора надеялась, что ее реплика утихомирит обоих спорщиков.

– Хорошо сказано! – воскликнул Берти одобрительным тоном и в знак подтверждения своих слов громко хлопнул себя по толстой ляжке.

– Берти, карета уже ждет тебя внизу. Ты же знаешь, у тебя сегодня встреча и…

– Да, я в курсе всего. – Он с притворным ужасом округлил глаза и взглянул на Флору с таким видом, словно молча приглашал ее в сообщники. – Мисс Макникол, миссис Кеппел абсолютно права. Я должен отбыть восвояси, чтобы продолжить служить своему народу и королеве.

Флора тотчас же подскочила с кушетки и уже приготовилась сделать еще один реверанс, но тут он поманил ее к себе:

– Подойди ко мне, милая.

Она робко сделала несколько шагов и замерла перед ним. К ее изумлению, он вдруг взял ее руки в свои и погладил тяжелыми пальцами, унизанными перстнями с рубинами в форме кабошонов в массивной золотой оправе.

– Рад был познакомиться с вами, мисс Макникол. Это была приятная во всех отношениях встреча. Что лишний раз подтверждает безупречную интуицию миссис Кеппел. А сейчас, женщина, помоги же мне встать с этого дивана!

Он тяжело поднялся на ноги с помощью миссис Кеппел. И хотя Флора и сама была высокой, но когда он встал в полный рост, то навис над ней, словно каланча.

– Очень надеюсь, что у нас еще будет возможность пообщаться с вами, и не раз, в будущем. Особенно на природе. Может, в замке Дантрез? – Он вопросительно взглянул на миссис Кеппел, та тут же кивнула в знак согласия.

– Конечно, обязательно.

– А сейчас, мисс Макникол, Флора… мне пора. До свидания, милая.

– До свидания.

– Идем, Берти. Я провожу тебя вниз.

С этими словами миссис Кеппел, терьер и Его Высочайшее Величество Божьей Милостью Король Соединенного Королевства Великобритании и Ирландии, Глава всех заморских британских доминионов, Защитник веры и Глава англиканской церкви, а также император Индии, покинули малую гостиную в доме миссис Кеппел.