Кукушкины слёзки - София Привис-Никитина

После третьей разгоночной, раздавалось:

– Хто вы тута все? Морды! Я три института не закончил, а вы сидите тута, жлобы! Мать вашу так и разэдак! Растуды её в качель!

В соединении с Сеней получалось целых два обстоятельства, а такую психологическую нагрузку не в силах был бы вынести никто. На семейном совете дружно решили, что хватит им и одого Сенечки, который в некотором смысле, приняв на грудь, тоже становился ещё тем обстоятельством.

Но он всё-таки был свой, и ложку дёгтя в бочке мёда решено было принять в виде Сени. И всё! И баста!

Вероника Сергеевна злилась, намекала, интриговала даже, но всё же обстоятельство с прекрасным именем-Евгений по семейным праздникам оставалось дома и в одиночестве (не считая злодейки с наклейкой) коротало вечер.

Нелечка растила своего бесценного Ваничку, приходила в себя, возвращая себе прежние формы и обретая частично утраченные амбиции. Этот год ещё пройдёт под девизом: «всё для ребёнка», а на следующее лето, конечно, надо уже выходить в свет.

Это лето решили провести у Инги с Юрой на даче. Дача была роскошной и просторной. Под окнами билась быстрая речка, весь дом по второму этажу опоясывали бесконечные балкончики и терраски.

А во дворе дымила трубой финская сауна, лесенка из которой спускалась прямо в холодную речку. У брата с Женой были очаровательные маленькие погодки: мальчик и девочка.

Днём они служили добросовестными нянечками при Ванечке, особенно маленькая Сашенька. Неля смотрела на эту девочку глазами взрослой женщины и легко могла себе представить её в роли настоящей, а не игрушечной мамы. Эта трёхлетняя девочка поражала своим трезвым отношением к жизни и взрослым чувством ответственности за всё, что делала.

Вечером укладывали детей и шли в баню, в которой кроме парилки имелся ещё и каминный зал. Пили вино, ужинали, ныряли в холодную воду. А поздно ночью расходились по комнатам и засыпали счасливо-усталые.

Утром иногда ходили к морю, пройти-то надо было всего метров триста от дачи. День казался долгим, а пролетал мгновенно, наступали будние дни. Мужчины уезжали в город на работу и Неля с Ингой оставались на даче с детьми одни до следующих выходных.

Жили дружно, весело, постепенно сближаясь, но выходные дни перечёркивали всё. Приезжала неукротимая Вероника Сергеевна и возвращала дочь и сноху на прежние позиции отчуждённости и настороженности.

Ей эта дружба была не к чему. Вероника Сергеевна жила по принципу: «Разделяй и властвуй»! Да и Сеня укреплению семейных отношений соответствовал мало.

Вечный спорщик и любитель поорать, хлопнув лишку, он очень напоминал в такие минуты отставленного от семейных посиделок Евгения, и мало чем отличался от «с без трёх высших образований «физрука.

Если все отстальные домочадцы относились довольно спокойно к строптивому и шумному поведению брутального Сенечки, то Инга, напротив, сильно страдала. Она была больше чеховской барышней, чем байроновской женщиной, и Сенина громогласность её утомляла и пугала.

Вероника Сергеевна ловко пользовалась создавшейся ситуацией и интриговала буквально на ходу.

В августе, вконец рассорившись, компания резко разбилась, Сеня, погрузил свои сокровища: жену, сына и кота, отвёз их в город. Август выдался дождливым и безрадостным, дома было тепло и уютно, и Сеня дома был ручным и нежным.

А забот у Нели было столько, что в конце дня не имело особого значения, где приклонить голову. На даче или в городской своей квартире. Лишь бы уже, наконец, донести до подушки эту усталую голову.

На следующий день по приезде ворвалась воодушевлённая Райка:

– Мы с Толиком едем отдыхать в Гагру, я хочу взять у тебя пару приличных вещей! Мне ехать не в чем, ты же знаешь моё бедственное положение!

Неля угнала взметнувшиеся брови буквально к корням, вставших дыбом волос:

– Какие Гагры? У тебя ж на хлеб детям положить нечего!

– Толик выбил две бесплатные путёвки по состоянию здоровья!

– Чьего здоровья? – вернула недоумённые брови в исходное положение Неля, – да вами же сваи забивать можно!

Неля не могла представить, чем таким могла заболеть эта прекрасная парочка, ничем в этой жизни кроме стяжательства не интересующаяся.

Толик, так тот тяжелее стакана ничего в своих руках не держал, а Райка одним хлопком могла уложить того же Толика на вечное успокоение. Значит, опять хитрили, спихивая на обочину кого-то нуждающегося в путёвке, но хваткой бульдожьей не отличающегося.

Эх, Райка, Райка! Могила её исправит. Что за люди?

– Короче, послезавтра вылетаем, а надеть приличного ничего нет. Дашь мне кофточку свою белую кружевную, шаль ещё персидскую голубую, и ещё эту разноцветную, красивую.

– Эту разноцветную, красивую я уже подарила.

– Как подарила? Кому? – для Райки слово «подарила» само по себе звучало, как иностранное, не понятное, чужое её культуре слово.

– Ирке подарила. – Спокойно ответила Неля.

– Этой проститутке, Ирке подарила? Да ты что, Неля, дура?

– Какая она тебе проститутка? – Вскинулась ненавистью Неля, – что ты мелешь языком своим бескостным? Почему у тебя, Райка все красивые бабы проститутки, что же ты на них как бульдог бросаешься? Тебе-то что Ирка сделала?

– А про неё все говорят, что она гулящая, и мать её гулящая!

– И бабка! – Закончила за Райку Неля. – Если послушать, Райка, что про тебя говорят, то тоже оптимизма не прибавится! Так что давай, выбирай, что надо, я пока малого на лоджию вынесу, пусть подышит.

Райка бросила жадный взгляд на шкаф, потом на детскую кроватку.

– Опять у тебя поганый кот жирный в ребёнкиной кровати валяется! Безалаберная все-таки ты баба, Нелька!

Райка раскрыла створки шкафа и замерла. Какая обида, что из всего этого ей с трудом подойдёт только может быть парочка вещей широких и нейтральных, а что касается брючек и юбочек, то тут сплошной «непроходняк»! Мелкая эта Нелька, на Райкину вислую задницу тут не натянешь ничего!

– А ты сама в Гагре этой была когда-нибудь? – Хвастливо спросила Райка.

– Нет, в Гаграх я не была. – Успокоила её Неля.

Та аж засветилась вся от удовольствия, вот едет на полную халяву: завтрак, обед, ужин, номер на двоих. Тряпки у Нели возьмёт, солнце и море денег не стоят, всё-таки умная она, Райка, а Нелька дура (кофточки раздаривает, кот с ребёнком в одной кровати спит, опять же и в Гагре не была ни разу) и выходит, что это она, Райка женщина успешная во всех отношениях, а Нелька-дурочка с переулочка.

Отобрав пару кофточек, в которые входила с большим трудом и шаль, Райка заспешила домой. Уже в дверях обернулась и бросила:

– А пацан-то у тебя, Неля, перекормленный! На ножки не скоро встанет!

– Давай, давай! Чеши в свою Гагру, разберёмся. – Прервала её Неля энергично и кратко. Дверь захлопнулась за Райкой с победным треском.