Сибирские перекрестки - Валерий Туринов

* * *

Перед самым отъездом в новый длительный маршрут Зинаида Ивановна решила зайти к гидрогеологам и повидаться с Любашей, и если удастся, то поговорить с ней относительно Тимофея, так как она видела, что с ним что-то творится неладное. Но на это она решилась не сразу, так как для нее эти разговоры всегда стоили больших усилий. Она понимала, насколько ложны и неестественны все эти выяснения чужих отношений. Однако бывали такие случаи, когда она была вынуждена их выяснять, чтобы предотвратить, как она думала, что-то более серьезное, что может последовать за ними.

Вот и теперь она решилась на этот разговор, рассчитывая еще и на то, что в прошлом с Любашей у них были хорошие отношения и это поможет им найти общий язык и сейчас.

Люба была у себя в базовом домике, и Зинаиде Ивановне удалось остаться с ней наедине и перевести разговор на нужную тему.

Люба же сразу почувствовала, что Зина пришла не просто проведать ее, так как для этого у них не было достаточно близких отношений, а просто так она, при ее занятости и вообще-то замкнутости характера, прийти к ней не могла. Значит, была какая-то причина ее визита, а какая – тут ошибиться было невозможно. Поэтому каждая из них, понимая, какой предстоит разговор, держалась подчеркнуто вежливо. Из-за этого никак не удавалось Зинаиде Ивановне перейти к тому, ради чего она сюда и пришла. Наконец она решилась:

– Мы уезжаем, Люба. Снова на месяц. Тимофей тоже…

– Да… Хорошо…

– Люба, ты, наверное, догадываешься, зачем я пришла.

– Да, Зина, догадаться нетрудно.

– Люба, ты замужем, у тебя уже почти взрослый сын… А он ведь совсем мальчишка… Большой, но мальчишка… И намного моложе тебя. Что у вас может быть в будущем? Оставила бы ты его…

– А я не держу его! Он сам ко мне пришел…

– Да, да, Люба. Это мы только так говорим! И что мы никого не держим! И что нам никто не нужен! Что же нам нужно тогда?

– Зина, хватит про это! Я не маленькая, чтобы меня наставлять, как мне поступать. Ты все так же стремишься учить других: как надо жить! Сама-то ты правильно живешь? И потом, кто знает, как правильно жить? Здесь не от одного моего хотения зависит! Мне жизнь тоже ломали!..

– Так ты теперь хочешь ломать другим?!

– Я уже давно ничего не хочу… А как правильно надо жить? К концу жизни мы, наверное, только начинаем это понимать. Тогда, когда уже не остается времени жить! И хотим это знание предать нашим детям. А оно для них уже не подходит. Наши мерки их только губят. В другом мире они уже живут – другие у них и мерки, и своя правда в жизни, которую они тоже узнают, только прожив жизнь. И так всегда будет крутиться этот порочный круг. Нет из него выхода!..

– Еще раз прошу, Люба, оставь ты Тимофея. Погубишь ты парня. Он влюбчивый, а ты баба видная, притягательная. Не знаю, что в тебе мужики находят. По мне, так ничего нет особенного, но липнут. Я же помню еще по институту…

– Что ты помнишь?! – вдруг вспыхнула, оборвав ее, Любаша, и ее лицо пошло красными пятнами.

– То же, что и все! Я вспомнила твоего Константина! А что ты так волнуешься?

– Константин, как Константин!.. Был Константин, а сейчас нет уже!

– Как нет?! Умер, что ли!

– Нет, жив. Женат, уже начальник экспедиции. Вон, видишь, до каких чинов дослужился!

– А я думала вы вместе!..

– Расстались мы с ним на последнем курсе. После института я уехала в Магадан, по распределению, а он остался в Москве. Женился и остался!.. Об этом я узнала позже. А тогда, после разрыва, он иногда писал, поздравлял с праздниками. А сообщить, что женат, боялся. С год писал. И, наверное, тайком от жены, – усмехнулась Люба. – Я надеялась, в глубине души, что он женится только после, когда я выйду замуж… Гадко было тогда, тоскливо и одиноко. Только работой спасалась… Возненавидела я всех в этом дурацком Магадане. Ненавидела город, ненавидела людей, которые в нем живут, стараясь напакостить друг другу чем угодно. Правда, позже поняла, что такими я хотела видеть их – и видела. Были у меня там и друзья, но все равно это было уже не то, что в студенчестве. Я же любила всегда быть среди мужиков!.. Интересно мне было с ними! А там, в Магадане, они примитивно мыслят: если приходишь к кому-нибудь – то, значит, обязательно в постель! Хм!.. На этой почве и происходили недоразумения. Но это не всегда так было, не хочу врать… А Константин поработал в Москве, в министерстве, а потом уехал сразу начальником экспедиции в Казахстан, оставив за собой московскую квартиру жены. Видишь, как он обеспечил тылы и пошел делать карьеру на периферии, чтобы потом с положением вернуться назад, в Москву… Широко шагает!..

– Ты извини меня, Люба! Я же не знала, что у тебя так все получилось!

– А если бы знала, что от этого изменилось бы?!

– Что же у тебя тогда с этим парнем – Тимофеем?

– Сама не знаю. Бабья блажь, наверное. Да это пройдет…

– А с Константином ты не виделась с той поры? Ведь прошло почти двадцать лет.

– Ха-ха! Зина, а ты как ясновидец! Вот что значит работать с людьми!.. Ты хорошо знаешь их слабости. Конечно, виделась! И причем недавно. Сам он нашел меня…

* * *

И все-таки Тимофей еще раз столкнулся с Любашей почти перед самым отъездом с поля.

Произошло это случайно за день до его отлета из поселка Мама. Встретил он ее на улице, у книжного магазина, куда зашел в последний раз, чтобы проверить, не появилась ли в этом затерянном краю какая-нибудь новинка, ненужная здесь никому, но которую в центре, на «материке»^[24], невозможно будет найти.

– Люба!.. Здравствуй!

– А-а, Тима! Здравствуй… Не ожидала! Думала, ты уже улетел!

– Завтра самолет.

– Ну что ж, счастливо!.. Извини, мне некогда, надо идти. Прощай, Тима!

– Может, пока?

– Нет, прощай!..

– Почему прощай! В Москве увидимся?!

– А зачем?

– Я хочу встретиться с тобой!

– А я не хочу… И еще, послушай, Тима… Разговор у нас как-то с Зиной зашел о тебе.

– Что, что?! Обо мне?

– Да, о тебе.

– И что же вы обо мне говорили? Хм!..

– Она просила оставить тебя. Считает, что я тебя испорчу, а может думает, что ты сам испортишься рядом со мной.

– Вот те раз! Не ожидал такого от начальницы!..

– Правильно в общем-то она говорит, Тима. Расчувствовалась я что-то. Накатило, думала, что-то вернется, но снова ошиблась! Нельзя вернуть то, что ушло. Ты же видишь, как у нас с тобой все быстро получилось, и во что вылилось… Бес попутал! – иронически усмехнулась она.