Сын менестреля. Грейси Линдсей - Арчибальд Джозеф Кронин

Она вернулась буквально через несколько минут в сопровождении дородной итальянки, которая несла хорошо сервированный чайный поднос. Взяв предложенную мне чашку чая, я задумался над тем, как лучше завязать разговор.

— Мадам, у вас прекрасное поместье. И очень большое.

— Да, когда я еще только приехала сюда, цены были не слишком высоки, и я решила не дробить поместье. Я даже прикупила ферму и теперь нисколечко не жалею. У меня трудятся итальянцы, причем очень хорошо. Думаю, вы знаете, итальянцы едут в Швейцарию в надежде найти работу и приличную зарплату.

— Мадам, так вы здесь навсегда обосновались?

— Я люблю Швейцарию. В основном, конечно, за красоту. Но в любом случае это со всех точек зрения замечательная страна. Здесь люди трудятся в поте лица, поезда ходят по расписанию и везде царит образцовый порядок, — произнесла она и, помолчав, добавила: — Естественно, раз в год я на три месяца уезжаю домой в Ирландию.

— Я уже не раз подумывал о том, чтобы переехать в Швейцарию. Причем по вполне тривиальной причине. Из-за налогов.

— Да, швейцарцы очень добры к нам и к своим жителям тоже, — улыбнулась она. — А вы не хотите осесть в Голливуде?

— Ни за что на свете, мадам! Они там не слишком уважают писателей. Смотрят на них с презрением. Как на прислугу.

— И тем не менее вы туда едете, причем уже завтра.

— Я еду по двум причинам. В первую очередь из-за Десмонда. Но хочу еще попробовать продать свой последний роман.

— Какая жалость, что Десмонд не может вернуть себе доброе имя как-то иначе, более достойным способом, — помолчав, проронила она. — Как раз сегодня я снова читала о молодом священнике, который всю свою жизнь провел в самых удаленных и нищих китайских провинциях, посвятив себя не пустым разговорам, а реальным делам — борьбе с болезнью, страданиями и голодом.

— К сожалению, мадам, подобная самоотверженность и искупление грехов таким способом не в характере Десмонда. Он доберется не дальше Гонконга и вернется оттуда первым же судном с приличным запасом китайского фарфора. Нет, мадам, он может проложить себе дорогу к спасению исключительно своим волшебным голосом.

— Кто знает, что ждет любого из нас впереди. Будущее предсказать невозможно, — слабо улыбнулась она и добавила: — Но я никак не могу понять, почему вы так добры к нему?

— Мы очень дружили в школе. Когда у меня не было ни гроша за душой, он вел себя по отношению ко мне очень благородно. Именно ему я обязан тем, что мог, сидя в партере Королевского театра, восхищаться бесподобным исполнением Джеральдиной Мур партии Тоски, — сказал я, обратив внимание на то, что на ее лице ни один мускул не дрогнул. — Кроме того, с тех пор как он спутался с вашей смазливой племянницей, ему здорово досталось.

— Он сам сделал свой выбор. Вы, наверное, слышали, что Клэр просит развода. Она уже живет с Мунцио.

— Это ничего не меняет. Завтра рано утром мы уезжаем в Геную. Он никогда больше не увидит ее.

На террасе повисло тягостное молчание, и меня внезапно потянуло к этой женщине, а еще мне было ее ужасно жалко. Она не была создана для жизни весталки, и тем не менее все вышло именно так. И что тут можно было сказать?!

— Ну, мне пора идти, — решительно поднявшись с места, сказал я. — Думаю, Десмонд еще задержится, чтобы посмотреть, как купают малышку. Еще раз благодарю вас за доброту.

— Если все же решите переехать в Швейцарию, непременно мне сообщите, — улыбнулась она. — И приезжайте ко мне в Ирландию.

— А вы, мадам, если окажетесь в Лондоне, приезжайте к нам в Сассекс. Жена будет счастлива с вами познакомиться. Она у меня немножко затворница, и для нее ваш визит будет большой радостью.

— Обязательно приеду, — ответила мадам.

Эти три простых слова положили начало чудесной дружбе.

Мы пожали друг другу руки, и я отправился обратно в отель, где во дворе уже, естественно, стоял заляпанный грязью «альфа-ромео». Я прошел к стойке портье, заказал на шесть тридцать утра машину до Генуи, а также просил приготовить счет.

Я поднялся наверх, ощущая странную тяжесть на душе, возможно, из-за впустую потраченной недели. Поэтому я решил написать длинное, подробное письмо домой, где, между прочим, поинтересовался, как поживает новая клумба с желтофиолью. Какое счастье иметь свой дом, любящих жену и сыновей! У Десмонда ничего этого не было, а потому мне все же следовало проявлять большую терпимость к его чрезмерному восхищению своей дочуркой.

В отель он вернулся поздно. Я уже заканчивал обедать. Десмонд едва притронулся к еде и за все время не проронил ни слова. Наконец он поднял на меня глаза, полные тоски:

— Я так понимаю, что моя жена собирается развестись и снова выйти замуж. Но если она предъявит права на ребенка, то это конец.

И что я мог ему сказать? Ничего. А так как завтра нам надо было вставать с петухами, мы улеглись спать пораньше.

Глава 6

Пароход «Христофор Колумб», подняв флаги, выскользнул из широкой гавани под рев сирен и звон церковных колоколов. Мы прибыли в Геную, имея в запасе два часа, и без линей спешки и суеты получили посылки в офисе «Италиан лайн». Там были все наши заказы, аккуратно упакованные и прошедшие таможенный досмотр. Настоящий триумф мастерства, опыта и согласованности лондонских умельцев. И если в те времена такое было в порядке вещей, можем ли мы сказать то же самое о времени сегодняшнем? Ну, здесь даже и спрашивать-то бессмысленно.

Я оставил Десмонда в каюте распаковывать свертки, а сам поднялся на палубу, чтобы проводить глазами удаляющийся берег и возобновить знакомство с этим замечательным судном, на котором я уже однажды совершал морское путешествие. Мне ужасно нравились итальянские пароходы, и не только потому, что они плывут по южному морскому пути, но и потому, что они развивают хорошую скорость, отличаются комфортабельностью и поистине итальянской дружелюбной манерой обслуживания. Внизу старший стюард уже начал принимать заказы на резервирование столов, и я попросил оставить для нас боковой столик по левому борту, тот самый, за которым мы с женой сидели в прошлый раз. Затем я осмотрел маленькую корабельную церковь — важную и приятную особенность судов этой линии. А так как там уже молился итальянский падре, я понял, что мессы будут проводиться каждое утро. Мне осталось только посетить солнечную палубу, чтобы закрепить за нами два удобно расположенных шезлонга. На сей раз, поскольку нас