Провальное дело мальчика-детектива - Джо Мино

Это научный факт: в Готэме, штат Нью-Джерси, совершается совершенно немыслимое количество преступлений. Вы даже не представляете сколько. Это не город, а какой-то кошмарный музей восковых фигур, населенный зловещими призраками мертвецов. По сводкам полиции, в Готэме, штат Нью-Джерси, совершается ежегодно:

в среднем

19 убийств

67 изнасилований

706 ограблений

739 разбойных нападений с нанесением тяжких увечий

1173 кражи со взломом

2400 краж

1095 угонов автомобилей

Показатель преступности = 785,8 (чем больше число, тем выше преступность; средний показатель преступности по городам США = 330,6)

Этому городу действительно необходим мальчик-детектив. Просто мальчик-детектив забыл, насколько остра эта необходимость.

Мальчик-детектив стоит перед входом в «Тенистый дол». Ему так не хочется заходить внутрь. Он не хочет здесь жить: нет, нет, нет. Внутри будет пахнуть порошковым картофельным пюре незнакомой марки. Внутри кто-то будет выкрикивать песню, которую Билли не знает. Тишина этого квадратного здания, мучнисто-бледные лица его обитателей — с неподвижным печальным взглядом затуманенных лекарствами глаз, они вяло бродят по садику перед пансионатом; все как один в белых пижамах — наводят мальчика-детектива на невеселые размышления, что причина отсутствия равновесия в этом дне, в этом веке, на самом деле — не более чем мглистые испарения на мутном стеклышке микроскопа на столе у какого-нибудь ученого. И не важно, что это: химическое нарушение в организме, событие, отозвавшееся неизлечимой психической травмой, или какое-то нечеловеческое напряжение в атмосфере, — оно разрушающе действует на всех, и на него самого в том числе, и ничего нельзя сделать, и больше всего мальчика-детектива пугает тайна собственного бессилия.

Его также пугает лечение, которое ему прописали. Лечение, основанное исключительно на догадках. Сейчас его лечат сразу от нескольких заболеваний: в частности, от обширной депрессии и навязчивой компульсивности[1]. Когнитивно-поведенческая терапия (он должен учиться подавлять в себе настойчивые побуждения разгадывать недоразгаданные кем-то кроссворды, прикрывать незакрытые двери и заканчивать песни, недопетые кем-то другим) подкрепляется ежедневной двухсотмиллиграммовой дозой ингибитора, замедляющего накопление серотонина в мозге: анафранила, или, если брать фармакологическое название, кломипрамина. Плюс к тому — два седативных препарата, которые следует принимать «на свое усмотрение»: ативан, почти мгновенно действующее средство для экстренного успокоения панических атак, и сероквел для снятия тревожности, который действует медленнее и хуже выводится из организма. Почему эти снадобья помогают? Как они действуют? Мы не знаем. Для начала, наверное, следует разобраться, в чем причина болезни. Но этого тоже никто не знает. И эта загадка — недоумение по поводу природы болезни, причина его непонятной, неразрешимой тоски, когда ты постоянно чувствуешь себя несчастным, это странное нераскрытое преступление, совершенное в потайных темных глубинах сознания Билли, — вгоняет мальчика-детектива в депрессию и проявляется, помимо прочего, конвульсивным подергиванием кисти, которое появилось в последнее время.

В это мгновение, когда мальчик-детектив открывает стеклянную дверь, он понимает, что оказался именно в том месте, которое пугало его всегда: долгий взгляд через плечо на неизбежный мир тайны.

Вот что думает Билли, переступая порог: «Я разберусь, почему Кэролайн совершила самоубийство, накажу тех, кто за это в ответе, и покончу с собой при первой же возможности».