Цвет надежды - Джулианна Маклин

Теплой июньской ночью 2012 года Бекки позвонила мне из Новой Шотландии. Она устроилась на лето тренером в Честерский яхт-клуб.

– Как дела? – спросила она. – Так классно слышать твой голос.

– Я тоже рада тебя слышать, – ответила я, перешла в гостиную и устроилась на черном кожаном диване.

В кондоминиуме Рика с двадцать седьмого этажа мне всегда нравилось смотреть на закат. Зрелище неизменно меня завораживало. Яркие пятна – красные, оранжевые, лиловые, розовые – озаряли небосклон и отражались в тонированных стеклах соседних небоскребов.

– Чем занимаешься? – спросила я. – Как там парусная школа?

Сестра учила детей ходить под парусом в летних дневных школах и параллельно с этим работала над своей диссертацией.

– Тут много прикольного, – сообщила она.

– А как дела у Кейт?

Кейт была родной матерью Бекки. После той судьбоносной встречи в Честере Бекки проводила каждое лето в доме Кейт, в свободных комнатах с видом на океан.

Разумеется, все мы очень радовались, когда Бекки нашла свою настоящую мать. Сведения о родителях были закрыты много лет, и она не знала, жива ее мать или нет.

В отличие от меня. Я, по крайней мере, знала, что моя мать умерла при родах и что я была сиротой. Так что у меня не было никакой надежды увидеть ее когда-нибудь.

Завидовала ли я Бекки, ее невероятному везению?

Да, несомненно. Но прежде всего радовалась за сестру, потому что очень любила ее. Мы были с ней близки словно родные сестры.

– Кейт славная, – ответила Бекки. – Они с Райеном по-настоящему счастливы. Мне с ними легко. Райен иногда дает мне свой джип. Но хватит обо мне. Как там твой красавец? Ты написала мне, что он хочет приехать с тобой в Честер в августе. Значит, у вас все серьезно? – В ее голосе зазвучала насмешливая нотка.

– Возможно, – ответила я. – Не знаю. Боже, мне просто не верится, что я нашла его.

– Я слышу по твоему голосу, что ты счастлива, – сказала Бекки.

– Да, правда. У меня все действительно хорошо.

– Я рада. – Бекки помолчала. – А что ты думаешь насчет Лос-Анджелеса? Ты как-то говорила, что не в восторге от перспективы жить там всю жизнь. Слишком много ботокса.

Я рассмеялась.

– Лос-Анджелес уж точно отличается от Восточного побережья. Мне нравится здешняя погода, но я скучаю по снегу. И еще я никогда не думала, что буду растить своих детей вдали от мамы с папой.

– Понимаю тебя, – вздохнула сестра. – Иногда я разрываюсь: то ли лететь сюда и провести лето у Кейт, то ли побыть с родителями.

– Но ведь папа теперь все время живет в Вашингтоне, – напомнила я, желая облегчить ее возможные угрызения совести. – Вряд ли у них теперь найдется на нас время. Но нам это и не нужно, мы свое получили, ведь они всегда были заботливыми и любящими родителями. Я уверена, что они хотят, чтобы ты получше узнала Кейт. Не беспокойся, они не чувствуют себя забытыми.