Книга Джо - Джонатан Троппер

На следующий день мы с Карли едем в Ноанк за прахом Уэйна, который дожидается нас в стандартной медной урне на столе у секретарши. Всю дорогу домой мы пытаемся придумать, как с ним поступить.

— Можно над водопадами развеять, — предлагает Карли.

— Можно, — откликаюсь я. — Но как человек, недавно летавший по этому маршруту, настоятельно не рекомендую данный способ. А как тебе озеро на территории «Портерс»?

Она качает головой:

— В городе ходят слухи, что там будут строить новый торговый центр. На месте твоего озера в ближайшем будущем может оказаться магазин «Олд Нейви».

— С каких это пор редакторы обращают внимание на слухи?

— Мы-то их и запускаем.

— Ладно, отставить «Портерс». Уэйн не может вечно покоиться под развалом дешевого барахла.

— А если школьный спортзал? — говорит Карли. — Он так любил баскетбол.

Я киваю, но меня смущает идея развеивать пепел в помещении. Мне видятся жалкие темные кучки на деревянном полу, которые неминуемо окажутся в мутных водах ведра школьной уборщицы. А кроме того, не исключено, что есть какие-то правила на этот счет.

— Я думаю, надо развеивать на улице. Как в фильме, помнишь: пепел летит за кабриолетом Джека Николсона? Пепел поднимался в небо и разлетался над океаном, разносясь сразу во все стороны. Наверное, это Уэйну и понравилось.

— Ну что ж. — Карли поднимает урну, аккуратно ставит себе на колени и продолжает мысль, проводя пальцем по ее медному боку: — Кабриолет у тебя уже есть, полдела сделано.

— Пожалуй. Мы — само действие, нужна только сцена.

Несколько минут мы едем в тишине, Карли склоняет голову мне на плечо, ее рука сползает мне на колени и нежно касается бедра.

— Я устала, — говорит она негромко и при этом дотрагивается до моего уха губами.

Несмотря на грустный день и малоприятную цель нашей экспедиции, ее дыхание, щекочущее мне ухо, и прикосновение ее руки к бедру делают свое дело, и тело мгновенно откликается на зов.

— Если ты будешь продолжать в том же духе, поспать у тебя не получится.

Она улыбается, медленно, с нажимом ведет руку наверх и шепчет в самое ухо:

— Домой, Дживс!

Мы оставляем урну в машине и бежим в дом, ласкаясь по дороге, как влюбленные подростки.

Мы снова и снова занимаемся сексом, шумным, отчаянным, страстным, животным сексом, с таким остервенением, какого не было при первом воссоединении. Уэйна больше нет, а с ним ушла и последняя причина, удерживавшая меня в Буш-Фолс, и теперь мы словно пытаемся проскочить все нерешенные вопросы и сомнения, которые продолжают нас терзать, и при помощи физического проникновения друг в друга прийти к какому-то новому пониманию наших отношений. Такой способ не срабатывает, в нашем положении секс только задает новые вопросы, а не отвечает на старые, но мы все равно предаемся ему со всем жаром. Если все равно пребывать в неизвестности, то что может быть лучше такого времяпрепровождения?

После третьего захода Карли проваливается в глубокий сон, а я, натянув джинсы и майку, спускаюсь вниз — посмотреть на дождь, пока тело еще приятно ноет от недавних упражнений. Я обессилен и как-то необычно воодушевлен одновременно. То, что надламывалось у меня внутри с самого приезда сюда, со смертью Уэйна наконец раскололось вдребезги, и на этом месте шевелится что-то новое, такое же хрупкое, но еще не тронутое. Я выношу на крыльцо шезлонг и смотрю, как дождь в конце концов превращается в густой туман, который тяжелым занавесом обволакивает фонари перед дверью. Луна не видна, ее неясный свет придает ночи пугающую таинственность, и я воображаю, что где-то в тумане передо мной витает призрак Уэйна, невидимый и невесомый.