Сговор остолопов - Джон Кеннеди Тул

— Пусть не забудет твою гимнастическую доску.

— Я же тебе уже говорила! — заорала миссис Леви. — Не впутывай сюда доску! — Она пригладила взъерошенные меха. — Немедленно разыщи этого психопата Райлли, пока Абельман не приехал свинчивать колпаки с колес твоей спортивной машины. С таким человеком у Абельмана любое дело развалится. Доктор Ленни может проанализировать этого Райлли, и власти штата упрячут его куда-нибудь туда, откуда он уже не сможет никому вредить. Слава богу, Сьюзан и Сандра никогда не узнают, что им чуть было не пришлось торговать вразнос таблетками от тараканов. У них сердечки не выдержали бы, пойми они, насколько небрежно их собственный отец обошелся с их благосостоянием.

* * *

Джордж установил свой наблюдательный пост на улице Пойдрас через дорогу от гаража корпорации «Райские Киоскеры». Он запомнил название на борту тележки и разыскал адрес владельцев. Все утро он прождал жирного киоскера, который так и не объявился. Наверное, его уволили за то, что пытался зарезать педика в Пиратском Переулке. В полдень Джордж оставил засаду и сходил в Квартал забрать у мисс Ли пакеты. Теперь же он вернулся на Пойдрас, не зная, появится киоскер или нет. Джордж решил постараться и быть с ним повежливее, сразу сунуть ему несколько долларов. Торговцы сосисками, должно быть, небогаты. Он скажет спасибо за пару баксов. Киоскер этот — идеальное прикрытие. Так никогда и не поймет, что происходит. Хотя у него хорошее образование.

Наконец, где-то после часу пополудни белый халат лавиной стек с трамвая и ринулся в гараж. Несколько минут спустя дурик выкатил тележку на тротуар. При нем по-прежнему были серьга, кашне и абордажная сабля, как заметил Джордж. Если он нацепил их в гараже, то это, должно быть, входит в его торговые ухищрения. Хотя по тому, как он разговаривал, можно было понять, что он долго ходил в школу. Вот что с ним, должно быть, не так. Сам Джордж был достаточно мудёр и свалил из школы как можно раньше. Ему не хотелось кончить, как этот парень.

Джордж наблюдал, как он протолкал тележку несколько футов по кварталу, остановился и прицепил лист бумаги к переду траспортного средства. Джордж воздействует на него психологией; он подыграет образованию киоскера. К тому же — деньги: тот не устоит и сдаст ему в аренду отсек для булочек.

Тут из гаража высунулась голова какого-то старика; тот подбежал сзади к киоскеру и шандарахнул по спине длинной вилкой.

— Шевелись, обезьяна, — заорал старик. — Ты и так опоздал. Уже день в самом разгаре. Сегодня чтоб была выручка, а не то…

Киоскер ответил что-то — хладнокровно и спокойно. Джордж ничего не разобрал, но ответ был долог.

— Мне плевать, какими наркотиками травится твоя мать, — сказал на это старик. — Не желаю я больше слышать никакой брехни про аварию, про твои сны и про твою проклятую подружку. Вали отсюда, бабуин. Сегодня я хочу получить с тебя минимум пять долларов.

Подгоняемый тычком старика, киоскер подкатил тележку к перекрестку и свернул на проспект Св.Чарльза. После того, как старик вернулся в гараж, Джордж зашаркал ногами вслед за сосиской.

Не подозревая, что за ним следят, Игнациус толкал тележку сквозь встречное движение по Св.Чарльзу в сторону Квартала. Прошлой ночью он так засиделся, сочиняя лекцию для первого митинга нового движения, что утром не смог сползти со своих пожелтевших простыней до самого полудня, да и то его разбудили неистовый грохот и вопли матери. Теперь, на улице, перед ним стояла проблема. Сегодня в кинематографическом театре «Орфеум» начиналась демонстрация изощренной комедии. Ему удалось выдоить из мамаши десять центов на обратный проезд, хоть она скупилась и на это. Нужно было как-то побыстрее продать пять или шесть «горячих собак», пристроить куда-то тележку и добраться до этого кинотеатра, чтобы не верить собственным глазам, впитывая каждое богохульное мгновение техниколора.

Забывшись в размышлениях о том, как ему найти денег, Игнациус не обратил внимания на то, что сосиска его уже довольно давно катится по прямой, никуда не сворачивая. Когда же он попытался прижаться к обочине, тележка не сдвинулась вправо ни на дюйм. Остановившись, он увидел, что одно из велосипедных колес попало в желоб трамвайного рельса. Он попробовал раскачать тележку, чтобы освободить колесо, но та была слишком тяжелой. Он нагнулся и попытался приподнять ее с одной стороны. Уже просунув лапы под бок огромной жестяной булочки, он услышал скрежет приближавшегося в легкой дымке трамвая. Твердые шишечки вспухли у него на руках, а клапан, поколебавшись мгновение неистовой нерешительности, захлопнулся окончательно. Игнациус отчаянно рванул жестяную булочку вверх. Велосипедное колесо выскочило из желоба, взмыло вверхи и, секунду побалансировав в воздухе, приняло горизонтальное положение. Тележка с грохотом опрокинулась на другой бок. Одна дверка булочки отскочила, вывалив несколько дымящихся сосисок на мостовую.

— О, мой Бог! — пробормотал Игнациус себе под нос, видя, как из тумана в полуквартале от него сгущается силуэт трамвая. — Какой еще злонамеренный трюк Фортуна играет со мной сейчас?

Бросив обломки крушения, Игнациус заковылял навстречу трамваю, и белое муму его форменного халата хлопало его по лодыжкам. Оливково-медный вагон, лениво покачиваясь и поминутно дергаясь, медленно доскрипел до него. При виде огромной сферической белой фигуры, отдувающейся перед ним прямо на рельсах, вагоновожатый затормозил и опустил одно из передних окон.

— Прошу меня извинить, сэр, — окликнула его громадная серьга. — Если вы подождете одно мгновение, я попытаюсь приподнять свое накренившееся судно.

Джордж сразу увидел свой шанс. Он подбежал к Игнациусу и жизнерадостно произнес:

— Давай, проф, давай вместе стащим ее с дороги.

— О, мой Бог! — загрохотал Игнациус. — Мое половозрелое возмездие. Как много надежд сулит мне этот день. Очевидно, меня одновременно переедет трамвай и ограбят. Это станет рекордом «Райских Киоскеров». Изыдите, растленный беспризорник.

— Хватайся за этот конец, а я возьмусь за тот.

Трамвай им упреждающе лязгнул.

— Ох, ну ладно, — вздохнул наконец Игнациус. — В действительности, я буду совершенно счастлив, если эта смехотворная обуза останется валяться здесь на боку.

Джордж схватился за одну сторону булочки и сказал:

— Ты б лучше дверку-то закрыл, а то сосиски разбегутся.

Игнациус пинком захлопнул дверцу, словно забивал гол в матче профессионалов, аккуратно разрубив высовывавшуюся «горячую собаку» на две шестидюймовые половинки.

— Полегче, проф. Тележку поломаешь.

— Закройте рот, прогульщик. Я не просил вас вступать в беседу.

— Ладно, — пожал плечами Джордж. — Я в смысле просто помочь хотел.

— Ну чем вы мне можете помочь? — проревел Игнациус, оскалив пару-другую пожелтевших клыков. — Кто-то из власть предержащих нашего общества наверняка уже идет по следу вашего удушающего лака для волос. Откуда вы вообще взялись? Почему вы за мной следите?