Я — посланник - Маркус Зузак

И это наконец случается.

Стук сотрясает дверь, и я понимаю — точно по мою душу. Потому что уже поздно и стук уверенный. Надев ботинки, чтоб уж быть наверняка готовым, иду открывать.

«Дыши глубже, Эд Кеннеди».

Я и дышу.

— Сиди здесь, — приказываю Швейцару, который приплелся в прихожую.

Но нет, он идет за мной к двери.

Открываю. На пороге мужчина в костюме.

— Вы Эд Кеннеди?

Мой гость абсолютно лыс, но очень усат.

— Да, — говорю, — это я.

Он подходит поближе.

— А у меня кое-что для вас есть. Можно войти? — спрашивает он.

Манеры у него дружелюбные, и я решаю: раз уж ему так хочется, пусть заходит. Отступаю в сторону, пропуская мужчину. Он высокий, средних лет, голос вежливый и очень уверенный.

— Кофе?

Но он любезно отклоняет мое предложение:

— Нет, спасибо.

И тут я замечаю дипломат у него в руке.

Он садится, открывает его, и там обнаруживаются завернутый в бумагу обед, яблоко и конверт.

— Сэндвич? — предлагает он.

— Нет, спасибо.

— Ну и правильно. У жены получаются ужасные сэндвичи. Даже я съесть не смог.

Он быстро переходит к делу и протягивает конверт.

— С-спасибо.

Голос у меня дрожит.

— Вы его откроете?

— А кто вас послал?

Я сверлю его взглядом, и мужчину это явно обескураживает.

— Вы конверт-то откройте.

— Кто вас послал?

Впрочем, я все равно не могу больше терпеть. Пальцы самопроизвольно вскрывают конверт, и глазам моим предстает бумага, исписанная знакомым почерком:

Дорогой Эд.

Конец уже близок.

Думаю, тебе пора сходить на кладбище.

— На кладбище? — бормочу я.

И понимаю: завтра годовщина смерти отца.

Моего отца.

— Это, — спрашиваю я мужчину, — мой отец вас послал?

— Извините, не понимаю, о чем речь.

— Что значит — не понимаете?

Мне стоит большого труда не вцепиться ему в плечо.

— Меня… — выговаривает он.

— Что — вас?

— Меня сюда просто прислали.

— Кто?

Но мужчина лишь поникает головой. И говорит — очень жестко:

— Я не знаю. Я не знаю, кто он.

— Это мой отец все устроил? — упорно продолжаю я выспрашивать. — Это он все организовал перед смертью? Это он…

И тут у меня в ушах звучат мамины слова: «Ты похож на него».