Двухместное купе - Владимир Кунин

В спальне Эсфирь Анатольевна Самошникова и Наталья Кирилловна Петрова рыдали на плечах друг у друга...

Время от времени Наталья Кирилловна прикладывала указательный палец к губам, а большим пальцем указывала Эсфири Анатольевне на кухню...

...где изнемогающий от жары полковник милиции Петров сидел в одних трусах за кухонным столом и пил ледяное пиво...

И тогда всхлипывания и рыдания в спальне становились тише, а на то время, которое требовалось, чтобы перекинуться парой слов, и вовсе прекращались.

— Что?.. Что будем делать, Наташенька?.. Аборт?..

— Что ты, Фирочка?! Неужто мы с тобой не справимся?..

— Пойдем с Колей поговорим, Натуля...

— Ты с ума сошла, Фирка! Он их застрелит...

— Но надо же как-то ему сказать? Все-таки он единственный мужчина у нас...

— А если он потребует аборт?! Он как полковника получил, так стал такой нервный...

— А фиг ему в морду! Пусть только попробует!..

— Пошли.

Стояла невыносимая жара!

Когда Эсфирь Анатольевна и Наталья Кирилловна, для уверенности держась за руки, вошли в кухню...

...худенький, жилистый Петров стоял у холодильника и доставал оттуда очередные пару бутылок.

Обернулся, увидел двух женщин, спросил весело:

— Девки! Пивка?..

От напряжения и взволнованности «девки» промолчали.

Петров вгляделся в них, сел за стол, откупорил бутылку холодного пива, сделал пару глотков прямо из горлышка, спросил небрежно:

— Чего это вы обе такие зареванные? Лидка подзалетела, что ли?

— Да... — хором сказали две будущие бабушки. — Но мы решили...

— Я не знаю, чего вы там решили, — жестко сказал полковник милиции в одних трусах, — но ребенок останется!!! Никаких абортов! И только попробуйте мне что-нибудь вякнуть!.. Фирка! Прекрати плакать... Наталья, возьми себя в руки немедленно! Будет так, как сказал я!!!

Тогда Фирка и Наташка бросились в объятия друг к другу и еще немножко поплакали...

... а потом тоже уселись пить холодное пиво вместе с Петровым.

— Конечно, — рассуждал Николай Иванович, — Лидку за это надо было бы выдрать как сидорову козу, но тут мы все малость припозднились... Они, по-моему, уже лет с тринадцати трахаются.

— Коля!!! — в ужасе воскликнула Наталья Кирилловна.

Но Петров даже внимания на жену не обратил. Подлил всем троим холодного пивка и мечтательно сказал:

— А Тольке хорошо бы морду набить!..

Фирочка с сомнением посмотрела на худенького полковника в трусах и робко произнесла:

— Коля... Ты же сам был на Зимнем стадионе, когда он выиграл юношеское первенство республики по борьбе в среднем весе... В нем же семьдесят два килограмма страшных мускулов! Это в пятнадцать-то лет... Умоляю тебя, будь осторожен, Коля!

— Тоже верно... — пробормотал полковник Петров. Вытащил из холодильника свежее пиво и раздраженно произнес:

— Интересно, где они сейчас-то болтаются? Лидке теперь, в ее положении, по жаре шастать категорически противопоказано!

— Они еще в шесть утра в деревню уехали, — сказала Фирочка.

— Поместье свое осваивают, — пояснила Наталья Кирилловна.