Антилузер - Илиас Меркури

О мотивах нашего поведения нам ничего не известно. Все, что мы можем, — писать книги на эту тему.

Джон Таррант

Угол Петровки и бульвара похож на автомобильную выставку в Детройте, только тут намного круче. Машин побольше, самки возле них посерьезнее, и охранников два полка. У меня тоже черный «BMW» с водителем, и пора мне начать привыкать к роскоши. Но мои понты обесценились, как только рядом припарковался «Rolls-Royce Phantom». Чем дороже машина, тем короче хуй, подумал я, успокаивая себя, и зашел в заведение под названием «Галерея». Вообще-то при ближайшем рассмотрении оно должно было называться «Счастливая пизда» или «Сверкающие сиськи».

— Вас ожидают?

Ну, что ей ответить?

— Не знаю.

— Вы заказывали столик? Вы будете один?

— Не знаю, милая, не знаю.

— Могу вам предложить пока подождать у барной стойки, надеюсь, ждать вам придется недолго.

Немного растерялся и согласился сразу. Мне показалось, что последний, кто нужен этой девушке, это я. Бизнес есть бизнес, на хуя им одинокий мужчина средних лет, делающий вид, что не понимает, что даме у входа надо передать две сотни за столик, заказывать за неделю или знать управляющего?

Репутацию заведения спас бармен:

— Сто «Dewars»?

— И колу отдельно… — удивленно ответил я. — У вас по четвергам всегда такой хаос?

— У нас каждый день так, а по выходным и вовсе.

Буквально в метре от меня сидели четыре дамы непонятного возраста, ярко и дорого одетые, в брюликах. Сверкало все — мобильный, кольца, сережки, колье, часы, зажигалка и, скорее всего, нижнее белье. Часы размером с будильник и декольте до пупа. Загорелые сверкающие тела, яркие лица с подозрительным отсутствием морщин. Все как надо! Зрелище подтолкнуло к мысли о групповом сексе со всей этой компанией. Моя фантазия включилась, что порадовало. У волшебной четверки опыта не занимать, на каждую по две докторских в области орального, анального, банального и смешанного секса. Но для меня любая самка старше тридцати ассоциируется с моей матерью, в лучшем случае с женой. Фантазию нужно перенаправить. Прикольно, эх… мои сперматозоиды начинают восстание. Самая пожилая посмотрела на меня, отсканировала с головы до ног. Чаще всего мужчины смотрят на женщин снизу вверх, неужели им (имею в виду бабам) так же неприятно, когда я их пьяным взглядом сканирую?

— Мне еще сто. Слушай, а кто эти за столиком около меня?

— Бывшие жены небожителей, брошенки, ходят сюда каждый день, впитывают понты, свои и чужие.

Бедный бармен, я задал ему самый банальный вопрос… Блядь, неудобно, хотя и на чай оставлю как положено, но все равно неудобно. Вот я и в ловушке: с одной стороны — перезрелые сексухи, с другой — бармен.

— Брошенки, потому что в них бросаются брюликами?

Пацан улыбнулся. Все же иногда юмор спасает.

— Да нет, мужики их бросают, но типа денег еще дают.

— А сами они, эти мужики, куда?

— Кто куда, в основном к моделям. Вы не из Москвы, я правильно понял?

— Ну да, недавно вернулся из-за границы.

Мне лучше молчать и ждать Мишу. Бабуля все стреляет и стреляет взглядом, но я еще не дошел до состояния, когда стояк побеждает зрение, так что пускай пока отдыхает.

Вот он, красавец, заходит в сопровождении двух малолеток и взглядом охотника окидывает дичь. Впереди него все та же лесбиянка у входа, только на этот раз с улыбкой, показывает на столик справа. Миша сел медленно, не отрывая глаз от соседнего столика с бабулями, пальцем указал детям, кому куда. Дети, какие-то грустные, не успев присесть, сразу закурили.

Звонок.

— Виталик, ты где? Мы уже сидим.

— Я на месте, у бара, сейчас подойду.

Оставив сотку бармену, я уверенным шагом прошел мимо брошенок к Мишиному столику. Вместо одного заинтересованного взгляда поймал сразу четыре. За секунду уловил, что теперь улыбались мне две бабули, третья в темных очках смотрела сурово, а четвертой было, видимо, по хую. Мне тоже. Только почувствовал себя востребованным, как эта мразь, четвертая, высокомерно провожая меня взглядом, принялась параллельно комментировать что-то остальным подругам. Не трудно догадаться, что именно. Что ж, я тебе покоя не дам, раритет. Сел лицом к ней, подарил ей улыбку, свою фирменную, максимально фальшивую, и снял пиджак.

— Знакомьтесь, это Виталий, наш генеральный директор и друг детства.

— Виталий, это Катя и Аня, они работают в соседнем офисе. Ты что пьешь?

— «Dewars», а что?

— Девочки, может быть, шампанского?

К нам подошла гражданочка официантка. Патлатая брюнетка с открытым пупком, а на жопе татуировка — крылья ангела. Мне кажется, никакие это не крылья, а стрелка, указывающая: «ебите туда». Глаза голубые, но пластмассовые, дешевые линзы, не как мои. Вспомнив про собственное оружие, повернул свои голубые лампочки в сторону злого антиквариата. На этот раз зубы не показывал, пусть впитывает красоту моих глаз и не отвлекается. Ну че, сучка, у твоего бывшего были такие глаза? Смотри, наслаждайся. Злая бабуля наконец-то улыбнулась и мгновенно стала мне не интересной. Я победил. Весь соседний стол в резерве, сегодня хочу трахнуть что-нибудь помоложе, хотя эти, сидящие с нами, на фоне опытных самок смотрятся жалко. Волосы хвостом, на башке — бейсболка F1, в белых майках, а ниже — образцы ткани под названием мини-юбка. Мундир начинающей модели… Зато возраст подходящий. Если разделить мой на два и минусовать год, получится, что они старше моей дочки всего чуть-чуть.

— Нам две бутылки «Ruinart», а ты, Виталий, не грусти, ты только вернулся в цивилизацию. Правда, Катя?

Катя адресована мне, если я правильно понял комбинацию стола. Для первого приветствия сойдет. Хотя бабуля уже начала мне нравиться, все же нужно трахать то, что ближе.

— Чем вы занимаетесь в соседнем офисе, девушки?

— Мы — администраторы.

Ответила только Катя. Я убедился: да, Миша точно подогнал ее мне. Аня уже нежно держит волосатую Мишину руку. Дарвин был прав, человек произошел от обезьяны, за исключением Кати, она произошла от поросенка. Вдруг в постели визжит?