Падшие в небеса.1937 - Ярослав Питерский

– На моем месте я сам! И никто не может оказаться на моем месте. А насчет шанса, так уж не вам об этом говорить. Уж не вам, гражданин следователь.

– А вот и нет. Вот и нет. Ну, например, Смирнов или вот ваш друг Митрофанов? Почему бы нет? Он бы тоже мог. Тоже!

Павел с недоверием посмотрел на Маленького:

– Что вы имеете в виду? Чтобы я стучал? На других? Чтобы начал называть вам имена и фамилии своих коллег, которые якобы состоят в какой-то мистической организации? Не то шпионы, не то злостные фанатики-христиане? Которые цитируют библию, чтобы затуманить мозги простым людям? А насчет, как вы там говорите, моего бывшего друга Митрофанова. Так ведь каждый сам выбирает, кем ему быть в этой жизни. Кем! Подонком или человеком! И потом ведь это спросится со всех. И с вас в том числе. Что вы думаете, что я веду тут религиозную агитацию, чтобы затуманить вам мозги?

– Ну, что-то вроде того. Что-то… – загадочно буркнул Андрон.

– Нет, я не буду этого делать. И более того, вы сами к этому придете, а не придете, то пеняйте на себя!

– А то, что? – вызывающе спросил Андрон.

– А то, что когда-то все равно справедливость восторжествует…

– Ах, вот как. Да, я вас недооценивал. Нет. Более того, я даже на каком-то этапе поверил вам. Признаюсь. Но вы лгун. Обычный лгун, – Андрон скривив губы, ухмыльнулся.

Противно и с сарказмом презрительно сморщил нос.

– Что вы имеете в виду? – возмутился Павел.

– А то, что в принципе вы лгун. Лгун. Если вы верите в Бога. Если хотите, как написано в святом писании, за него на все, то почему вы лжете?! Лжете? А?

– С чего вы взяли, что я верю в Бога?

– А что, не верите? – Андрон вновь противно ухмыльнулся.

Павел засмущался. Он хотел бросить ему в ответ: «конечно не верю!». Но не смог. Или не захотел. Он так и не понял. Но Клюфт промолчал. Он не ответил. Он смотрел внимательно на этого молодого человека и молчал. Ждал. Маленький покачал головой и добродушно добавил:

– Ну да ладно. Это, как говорится, на вашей совести. На вашей. Все на вашей совести. Ладно. Я вот только еще раз хочу вас спросить, зачем было лезть на рожон, писать эти цитаты из библии? А? Если вы сейчас от них отрекаетесь?

– Я?! Я не отрекаюсь… – осекся Павел.

Он не понимал, куда клонит Маленький.

– Нет-нет, Клюфт, вы отрекаетесь. Врете! Ладно. Так значит, библию сжег Смирнов? А вам он давал ее почитать. Но ведь вы говорили, что у вас библия лежит в дровянике? А? На одном из допросов? Говорили?! Помните?!

– Не помню. После лазарета, мало вообще что помню, – соврал Павел.

Он, конечно же, помнил, как сказал Маленькому, что у него в дровянике есть библия. Что он спрятал ее там. И сказал это неспроста, есть шанс открутиться. Ну, допустим, пойдет следователь в дровяник и не обнаружит там библию, что тогда? А тогда можно сказать: кто-то украл библию! Кто-то зашел в дровяник и унес книгу! Ведь сарай-то не запирается на замок. А там потом пусть ищут! А там потом пусть разбираются! Клюфт довольно улыбнулся. Следователь понял, что Павел лукавит:

– Так, так. Ну ладно! – угрожающе пробасил Андрон.

Маленький нагнулся, открыв ящик стола, достал оттуда толстую книгу. Ее темно-коричневые бока переливались. Золотая тесьма и буквы слабо светились. Павел с удивлением смотрел на переплет и не мог поверить своим глазам.

– Вот, узнаете?

– Что это?! – переспросил Клюфт и сглотнул слюну.

– Это библия. Она лежала у вас в сарае. В дровянике. Я ее там нашел.

– Что?! – Павел ухмыльнулся. – Это провокация. Это уже настоящая провокация! Вы же только что вписали в протокол, что главный редактор Смирнов сжег вещественное доказательство! Сжег! А теперь опять за свое?! Чего вам надо-то?! А?! Что вам надо еще?! Ее не было в дровянике! Ее просто не могло там быть! Вы эту книгу сами откуда-то взяли, сами!

– Успокойтесь! Успокойтесь, арестованный! – Андрон грозно хлопнул ладонью по папке с уголовным делом.

Из переплета вылетело еле заметное облачко пыли и взметнулось вверх. Павел подчинился и, опустив голову, замолчал.

«Откуда взялась эта библия?! Откуда? Маленький уверяет – ее нашел там, в дровянике! Но ее там не было! Не было! И не могло быть! Кто мог ее туда положить? А? Кто? Неужели Иоиль? Он?! Но откуда он знал, что ее нужно положить именно в это место? Откуда? Нет! Этого не может быть. Да и зачем богослову прятать книгу там? Да и вообще, был ли этот богослов? А? Может быть, это следователь его разыгрывает? Просто сам нашел библию и теперь врет ему, что она лежала в дровянике?» – лихорадочно мысленно рассуждал Павел. Маленький боязливо покосился на дверь.

Словно он боялся, что их услышат. Андрон пригнулся к столу и тихо сказал тоном заговорщика:

– Я не собираюсь ее к делу приобщать. К вашему. Пусть будет так, как все сложилось. Вы подчинились приказу Смирнова. И написали эту чертову статью. И библию он вам давал. Пусть. Я не собираюсь приобщать этот вещдок к делу. Я и осмотра-то не делал. Так, зашел к вам домой. Просто зашел.

Павел тяжело дышал. Он недоверчиво смотрел на следователя и ждал, что тот скажет. Клюфт уже понял: просто так этот человек от него не отстанет:

– Что вам надо?! Что? – зло спросил он.

– Мне надо тоже кое-что. Поверьте, так же, как и вам.

– Хм, и что же? Как и мне? – зло хмыкнул Павел.

– Да так… – Маленький откинулся на стуле. – Ведь я делал осмотр еще и в вашей комнате.

– Ну и что? – напрягся Павел.

Страшно. Это очень страшно! У него козырная карта, которую нечем бить!

– А вот в вашей комнате. В вашей. Я еще кое-что обнаружил.

– Хм, и что же?…

– Вернее, не что, а кого…

Павел сжал кулаки. Броситься, броситься на этого человека! Сдавить ему горло! Сдавить и придушить молча. Тихо. Успеть придушить. Вера! Вера! Он видел Веру! Он видел Веру!

– Нет, я вижу, у вас есть выдержка. Есть. Да, я общался с гражданкой Щукиной. С ней.

– Что? Кого? Щукину? – переспросил Павел. – Она тут ни при чем. Ни при чем. Она ни при чем. Вы зря эту женщину задержали! Она ни при чем! – Павел старался не подать вида, что он кипит от злости.

Но от напряжения у Клюфта вздулись на любу вены. Сердце колотилось. Павел задержал дыхание. Маленький заметил его возбуждение. Он покачал головой и, тяжело вздохнув, пододвинул на край стола пачку папирос:

– Вижу, вот и ваше слабое место. Нашел я его все-таки. Вот и все.

– Что вам надо? Она ни при чем! Если вы хотите и ее сюда впутать, так это вам не удастся! – прошипел Павел.

Он с негодованием смотрел на Андрона. Тот почувствовал угрозу, увидел ненависть и готовность к самому страшному. Маленький тоже заволновался. Он понял: еще мгновение и арестант кинется на него, а в кабинете никого нет! И помощь придет не сразу.