Грязная работа - Кристофер Мур

Чарли бросил фургон боком прямо на улице и взбежал по ступенькам буддистского центра, зовя на ходу Одри. Громадные двери висели на одной петле, стекло разбито, внутри все шкафы и ящики открыты, все разбросано, перевернуто или сломано.

— Одри!

Откуда-то послышался голос, и Чарли опять выбежал на улицу.

— Одри?

— Мы внизу, — донеслось снизу.

— Мы еще под крыльцом.

Чарли сбежал по ступенькам. Сбоку за решеткой что-то шевелилось. Чарли распахнул дверцу. Внутри, съежившись, сидели Одри и еще полдюжины человек, а также целый беличий выводок. Чарли влез к ним и обхватил Одри руками. По пути сюда он старался не прерывать с нею связь, но неподалеку от «Трех драгоценностей» телефонный аккумулятор сел, и несколько ужасающих мгновений Чарли воображал, что потерял ее — свое будущее, свою надежду, — едва надежда пробудилась вновь. Облегчение теперь было таково, что Чарли еле дышал.

— Они ушли? — спросила Одри.

— По-моему, да. Я так рад, что с тобой все хорошо.

Чарли вывел всех из-под крыльца и в дом. Беличий народец жался к стене и двигался быстро, чтобы не заметили с улицы.

Кто-то похлопал Чарли по плечу, он обернулся и увидел Ирэну Посокованович. Она улыбалась. Чарли отпрыгнул на пару шагов и завопил:

— Не бейте меня током, я хороший.

— Я знаю, мистер Ашер. Я просто хотела уточнить — может, я поставлю ваш фургон как полагается, чтобы не отбуксировали?

— Ой, да, это будет очень мило. — Чарли отдал ей ключи.

— Спасибо.

В доме Одри сказала:

— Она просто хочет помочь.

— Она жуткая, — ответил Чарли, но ему тут же показалось, что в глазах Одри скользнуло неодобрение, и он моментально исправился:

— Я имею в виду — в наиприятнейшем смысле.

Они вошли в кухню и остановились перед открытой кладовой.

— Все забрали, — сказала Одри. — Вот поэтому и не тронули нас. Мы их не интересуем.

Чарли так разозлился, что с трудом мыслил, однако, не находя выхода злости, лишь затрясся и попробовал удержать голос в узде.

— Они только что сделали то же самое с моей лавкой. То есть — что-то сделало.

— Здесь у нас было душ триста, — сказала Одри.

— Они забрали душу Рэчел.

Одри приобняла его, но Чарли стряхнул ее руку и вышел из кухни.

— Ну все, Одри. Со мной все.

— Что значит — «с тобой все»? Ты меня пугаешь.

— Спроси у народца, откуда можно попасть в систему ливнестоков. Они же знают?

— Наверное. Только тебе нельзя.

Он развернулся к ней так резко, что она отпрыгнула.

— Я должен. Выясни, Одри. И сажай всех ко мне в фургон. Я хочу, чтобы все вы были у меня в доме. Там безопаснее.

Все они собрались у Чарли в гостиной: Софи, Одри, Джейн, Кассандра, Лили, Мятник Свеж, немертвые клиенты из буддистского центра, адские псы, а также с полсотни беличьего народца. Лили, Джейн и Кассандра с ногами забрались на диван, чтобы оказаться подальше от мелких существ, кишевших вокруг обеденной стойки и над ней.

— Ничего прикид, — сказала Лили.

— Но беээ.

— Спасибо, — ответила Одри.

Софи стояла рядом, оглядывая Одри снизу доверху, словно пытаясь угадать ее вес.

— Я еврей, — сказала она.

— А ты еврей?

— Нет, я буддист, — ответила Одри.

— Это как шикса?

— Да, по-моему, — сказала Одри.

— Это разновидность шиксы.