Вопрос времени - Джон Джойс

– Сегодня утром она проникла в мою штаб-квартиру, забрала свой меч и убила пять человек.

На мгновение лицо Фунакоси застыло, как маска. Потом он потянулся к клавиатуре и остановил запись.

– Какое-то время мы сможем общаться с глазу на глаз, – сказал он. – И скажу вам сразу – дела моей племянницы меня больше не касаются.

– Что это значит? – спросила Джессика, но Фунакоси пропустил ее вопрос мимо ушей.

– В последнее время случилось много разных вещей, – продолжал он. – После того, как вы завладели нашими акциями «РКГ», а я пережил личную трагедию, было решено, что я больше не должен возглавлять «Маваси-Сайто». Я согласился уйти в отставку ради спасения компании, следуя принципу, который мы в Японии называем гири[6]. Теперь я всего лишь почетный президент без настоящей власти. «Маваси-Сайто» – мое детище, доктор Гилкренски. Ради него я пожертвовал всем – любовью, счастьем, целой жизнью. Но теперь им управляют другие, а у меня… у меня не осталось ничего.

– Как насчет вашей племянницы?

– Доктор Гилкренски, постарайтесь уяснить себе, что произошло. Казуёси Сайто – человек, создавший вместе со мной эту фирму, – считал нас чем-то вроде новых самураев, и я старался управлять компанией честно, так же, как и он. Однако времена изменились. Экономика в Японии переживает не лучшие времена. Везде скандалы, коррупция, самоубийства. «Маваси-Сайто» не исключение. После вашего сокрушительного удара, когда вы заставили нас вернуть акции на пять миллиардов английских фунтов, правление нашей компании пришло в отчаяние. Я обязан вам гири за спасение моей племянницы, доктор Гилкренски, но они – нет. Имейте это в виду и выслушайте то, что я вам скажу.

– Я весь внимание.

– Японские власти официально признали Юкико сумасшедшей. Считается, что в детстве она получила душевную травму, которая усугубилась три года назад, после смерти ее отца. Она больше не работает в «Маваси-Сайто» и, возможно, уже давно не отвечает за свои поступки.

Джессика замерла, глядя на экран.

– Ах вы, хитрые мерзавцы! – прошептала она. Гилкренски сдвинул брови:

– Ты о чем?

– Разве ты не понимаешь, Тео? Если Юкико Фунакоси безумна, значит, ни ее дядя, ни «Маваси-Сайто» не несут никакой ответственности за все, что она натворила… начиная с убийства Марии! Они просто скажут, что были ни при чем, и даже… О Господи!

Она умолкла, зажав рот рукой.

– Мисс Райт, господин председатель, я глубоко сожалею о тех страданиях, которые моя племянница причинила вам в последний год. Мы с вами знаем правду. Но правление «Маваси-Сайто» заявит, что она убила вашу жену в состоянии психического расстройства и, следовательно, не может быть привлечена к суду. Оно заявит также, что вы, напротив, вполне сознательно заставили меня передать вам нашу долю акций «РКГ» в обмен на обещание восстановить нашу компьютерную сеть после атаки запущенного вами вируса.

– Тео не посылал вам вирус! – возмутилась Джессика. – Это сделал ваш агент Делгадо, когда попытался загрузить операционную систему с нового компьютера Тео.

Фунакоси печально кивнул.

– Кроме того, оно заявит, что в это время мисс Райт и мистер Делгадо находились… э-э… в очень близких отношениях. Иначе говоря, они были любовниками.

Джессика покраснела от гнева.

– Какого черта…

Но Гилкренски не дал ей договорить.

– Если я вас правильно понял, Фунакоси-сан, вы хотите полностью откреститься от этой истории и заодно выдвинуть обвинения лично против меня?

Фунакоси выпрямился в своем кресле.

– Мне не нравится то, что происходит, но я не в силах это изменить. Мое слово больше ничего не значит.

– А Юкико?

– Все связи с ней разорваны. Как только ее рана зажила, она легко ускользнула от больничной охраны и исчезла. Не знаю, какой бес ее обуял. Возможно, она действительно сошла с ума.

– Она может добраться и до вас, – заметил Гилкренски. – Вы тоже стоите в ее списке.

– Знаю, – ответил Фунакоси. – Но смерть меня больше не страшит. Я беспокоюсь за вас и мисс Райт. А теперь, господин председатель, наша частная беседа подошла к концу. Дальше мы будем общаться только через официальных представителей.

Экран погас.

Джессика рухнула в кресло Тони Делгадо и испустила глубокий вздох.

– Вот мерзавцы! Здорово придумали. Даже если полиция поймает Юкико и та во всем признается, кто ей поверит? Теперь они потребуют вернуть их акции и не успокоятся, пока окончательно нас не обанкротят!

Гилкренски смотрел в окно на просыпающийся город. Это утро опустошило их обоих. Мертвые тела в комнате, бесконечные расспросы полиции, постоянный страх, что Юкико снова совершит то, что уже сделала однажды…

– Японцы больше не получат место в совете директоров, – сказал он. – Я на пушечный выстрел не подпущу их к «Минерве».

Джессика положила на стол очки и провела рукой по волосам, пытаясь сосредоточиться и мыслить стратегически, несмотря на головокружение.

– Но чем мы можем их побить? Как доказать, что Делгадо переслал план твоей «Минервы» по заданию «Маваси-Сайто»?

Гилкренски отвернулся от окна.

– Все находится в «Минерве». Дневник Юкико, секретные файлы «Маваси-Сайто» – абсолютно все. Пока информация передавалась в Токио, программа сделала с них полную копию и отправила на второй прототип в Ирландию. У Пэт О'Коннор есть какие-нибудь сдвиги с аппаратной несовместимостью?

– Не знаю. Я запретила звонить мне в номер последние два дня, как только мы с тобой… помнишь?

Гилкренски взглянул на кроваво-красную зарю.

– А тем временем Юкико бродит по Лондону со своим самурайским мечом, миллионами ее отца и жаждой мести. Полиция ее никогда не выследит. Да и как это сделать? Чужая помощь ей не нужна, и мы понятия не имеем, где она может прятаться.

– Не забывай, что Тони тоже рядом, – заметила Джессика. – Ты сам его отпустил.

Гилкренски повернулся к ней лицом.

– Если она его найдет… – Он покачал головой. – Да поможет ему Бог.