Вселенная нелюдей - Влад Райбер

– Эй! Кто ты? – крикнул я, задыхаясь от волнения.

Парень остановился, повернулся и посмотрел через плечо. На его лице было лишь равнодушие.

– Ну, Артур[91], – сказал он, откинув с лица спутанные светлые волосы.

– Где мы? – спросил я, подбегая ближе.

Сердце колотилось от радости. Наконец-то живой человек!

Высокий парень потёр заспанные глаза и лениво ответил:

– Новенький… Это вроде лабиринта. Со всякой нечистью и мертвецами. Ты сам-то кто? Пропавший, как и я?

– Пропавший?.. – удивился я.

– Угу, – кивнул парень. – Я здесь потому, что слишком много знал. Увлёкся поиском доказательств существования других миров. Вот и получил, что хотел.

Он тяжело вздохнул и двинулся к ближайшей двери.

– Артур, ты куда? – спросил я.

– Извини, я устал и не в настроении унимать чужую панику, – высокий парень потянул за ручку двери. Из комнаты, куда он собирался войти, вырвался голубой свет.

– Как мне вернуться домой? – спросил я, отчаянно цепляясь за последнюю надежду.

– А ты думаешь, я здесь по своей воле? – хмыкнул Артур. – Я тут очень давно и начинаю сомневаться, что выход существует.

Он вошёл в комнату и закрыл за собой дверь. Я попытался проскользнуть вместе с ним, но не успел.

– Артур! – крикнул я, дёрнув ручку.

– Поищи себе другую дверь! – донёсся равнодушный голос с той стороны.

«Ну и пошёл он! Зачем связываться с тем, кто уже отчаялся? Мне надо выбраться отсюда!» – пронеслось у меня в голове.

Внезапно в фойе что-то грохнуло, будто валун упал с высоты, и зашелестели журнальные страницы.

Я обернулся, но сперва ничего не увидел. В той стороне клубилась пыль и кружились клочки разорванных страниц.

А потом в пыльном облаке прорисовалась ужасающая тень. Там стояло существо с фигурой гориллы: с короткими ногами, непропорционально длинными руками и маленькой головой между бугристыми от мышц плечами[92].

Воздух словно наэлектризовался от злобной первобытной энергии.

Точно! Лабиринт со всякой нечистью!

Стены загудели от дикого крика:

– А-а-а-а-р-р-р!

Пол затрясся от грохота быстрых шагов.

Адреналин хлынул в кровь. Я бросился вглубь коридора, ломанулся в ближайшую дверь, ввалился в комнату и закрылся там.

– Х-х-х… А-а-а… Х-х-х… А-а-а… – быстро дышал я, не открывая глаз.

Думал, сейчас дверь слетит, и мне конец. Но по ту сторону не было ни звука, а прямо передо мной что-то шаркало.

Я разомкнул веки и почти обрадовался, увидев старого знакомого!

В небольшой комнате с заколоченным окном между железными кроватями слонялся пионер с головой игрушечного медведя! Он разгребал ногами кучу мусора, будто искал что-то.

– Алёша! Это ты!

Мальчик обратил на меня плюшевую морду. В глазах-бусинах что-то сверкнуло.

– Что происходит? – спросил я, забыв, что мальчик не может разговаривать. – Где мы сейчас?

И вдруг он завёл руку за спину и вынул откуда-то маленький, затёртый блокнот. В другой руке появился карандаш. Пионер склонил плюшевую голову над листом, быстро написал что-то и показал мне.

Там было всего одно слово:

– Междумирье? – переспросил я. – Это что такое?

Алёша перевернул страницу блокнота и снова принялся писать. Я терпеливо ждал, наблюдая за торопливыми движениями карандаша.

Наконец, он закончил и показал мне написанное:

– Вот почему говорят, что в старых домах водятся призраки… – пробормотал я, обдумывая прочитанное.

Отдельный мир, состоящий из осколков забытых уголков Земли.

– Это ты меня сюда затащил? – спросил я.

Алёша отрицательно помотал плюшевой головой.

– Как мне выйти отсюда? – спросил я с надеждой.

Мальчик, словно устав от моих вопросов, убрал блокнот за спину, а карандаш в карман. Затем он опустился на пол и уполз под железную кровать, укрытую грязным матрасом.

Я присел на корточки, желая посмотреть, что он там делает. Но под кроватью уже никого не было! Только пыльные доски пола и стена в трещинах. Пионер исчез.

– Алёша, подожди! – закричал я в пустоту. – Скажи мне правду. Я ведь не умер? Я ещё жив?

Но мне никто не ответил.

Пыльная комната. Четыре кровати. Окно. Сероватый свет. Наверное, когда-то здесь отдыхали дети на каникулах, а теперь это место напоминало тюремную камеру.

Не хотелось в ней оставаться…

Я медленно подошёл к двери и чуть дыша выглянул наружу. Там был уже не коридор пионерского лагеря, а просторный вестибюль какой-то гостиницы.

Новая локация, точно в игре!

На полу в центре лежала разбитая хрустальная люстра. Вдоль стен стояла мебель, укрытая пыльными простынями. На светлом ковре валялась жухлая листва и темнели пятна засохшей краски… или, может быть, крови!

В дальней части вестибюля от пола и почти до потолка тянулись два огромных окна. А за ними простиралось бесконечное «ничего». Пепельный, неподвижный туман.

– А-кха-кха! – раздался смех сквозь кашель.

Одна из пыльных простыней зашевелилась и опала. Под ней оказалось не одно из старых гостиничных кресел, а мелкий уродливый тролль с ярко-розовой кожей. Тот самый насмешливый шпендрик!

– Это ты! – сказал я, указав на него дрожащим пальцем.

– Знаю, что не забыл! – ответил шпендрик, подмигнув хищным глазом.

– Ты меня сюда затащил?! – крикнул я, дрожа от злобы и нарастающего страха.

Тролль шёл на меня, переваливаясь с одной короткой ноги на другую.

– Конечно! Ведь за тобой должок!

Я отступал к двери, не зная, что он собирается сделать.

– Какой ещё должок?

– Налог на любопытство! – прокряхтел мелкий насмешник. – Найди и поймай наглого кота, и я тебя отпущу. Понял?

– Какого кота? – спросил я, ничего не понимая.

– Ищи давай! Да побыстрее! – тролль неожиданно толкнул меня в живот, и я полетел вниз, в темноту, считая задницей каменные ступени.

БУМ! БУМ! БДЫХ!

Подвал… Ржавые трубы. Густой пар. Низкий потолок, покрытый каплями. Кирпичные стены, чёрные от грибка. И где-то качалась голая лампочка, гоняя тени по стенам.

– Х-х-х-х-х! – послышалось злобное шипение.

«А вот и котяра! Мой шанс выбраться отсюда!» – подумал я, резко поднимаясь на ноги.

Кот сидел под толстой трубой, сверкая глазами. Его было легко заметить – слишком белоснежный для этого грязного подвала.

– Кыс-кыс-кыс! – позвал я, подкрадываясь к нему.

И зачем он мелкому троллю?.. Не хотелось думать, что шпендрик собирается его сожрать или устроить жертвоприношение.

– Кыс-кыс-кыс! Давай, иди ко мне. Тебя хозяин ищет! – ласково проговорил я, протягивая руку.

И в тот же миг по коже полоснули острые когти.

– Мя-я-яу! – пронзительно крикнул кот, вылетев из-под трубы.

– Ай! – вскрикнул я. – Ах ты, кошачья морда!

На царапинах тут же выступила кровь.

Кот молнией пронёсся вверх по лестнице.

Я бросился за ним вдогонку. Толкнул тяжёлую