Двенадцатая карта - Джеффри Дивер

Ее бесило, что Бойд оказался в тюрьме, что девчонка вот-вот улизнет.

Куда эта малолетняя стерва подевалась?..

Справа мелькнуло что-то серое: Женева крадучись выскользнула из-за облупленного синего бака. Пыхтя, женщина бросилась ее догонять. Несмотря на свой немалый вес, она двигалась быстро. Одних тюрьма делает слабыми, других превращает в камень. Алина предпочла выбрать последнее.

В начале девяностых Фрейзир была вожаком девчоночьей банды в Верхнем Ист-Сайде. Туристки и местные, настороженно относящиеся к бандам мальчишек, на группу бойких «сестренок» с модными сумками внимания не обращали… пока на них не наставляли нож или пистолет, и богатенькие стервы тут же расставались с кошельками и драгоценностями. После нескольких исправительных сроков в колонии для подростков Алина загремела в тюрьму за непреднамеренное убийство. Обвиняли в убийстве при отягчающих, но прокурор ничего не смог доказать. Освободившись, она вернулась в Нью-Йорк, где через своего сожителя познакомилась с Бойдом. Когда она бросила говнюка, с которым жила, Бойд снова ее нашел. Сначала она решила, что тот просто повелся на чернокожую девочку, но, приняв предложение выпить вместе чашечку кофе, поняла, что речь пойдет совсем о другом. Бойд оглядел ее своими жуткими, мертвыми глазами и сказал, что ему нужна напарница. Интересует ли ее такое предложение?

«Что за дела?» – спросила она, полагая, что речь идет о торговле наркотиками, оружием, краденой техникой.

Понизив голос, Бойд объяснил, чем занимается.

У нее едва не отвисла челюсть.

Затем он добавил, что с работенки за пару дней она будет иметь пятьдесят штук чистого навара.

Секундное колебание, и ее лицо расплылось в ухмылке: «Это по-деловому».

Убийство Женевы Сеттл сулило им в пять раз больше обычного. Цена, как оказалось, вполне справедливая, так как с более трудным делом они еще не сталкивались. После неудачного покушения в музее Бойд позвонил и попросил помочь (даже пообещал пятьдесят штук сверху, если она лично прикончит девчонку). Фрейзир, которая всегда была самой шустрой в бандах, придумала для себя роль школьного консультанта, сделала фальшивое удостоверение члена комиссии по образованию и принялась обзванивать гарлемские школы, говоря, что хочет побеседовать с кем-нибудь из учителей Женевы Сеттл. Ей пришлось выслушать больше десятка вариаций на тему «Простите, у нас нет такой ученицы», пока наконец в школе Лэнгстона Хьюза не ответили, что девушка действительно у них учится. Фрейзир тотчас нарядилась в дешевый брючный костюм, повесила на массивную грудь фальшивое удостоверение и заявилась в школу с таким видом, словно это ее частное владение.

Там она узнала о таинственных родителях девушки, о квартире на Сто восемнадцатой улице, а от детектива Белла и других копов – об особняке на Сентрал-парк-уэст и тех, кто обеспечивал охрану девчонки. Всю информацию она передавала Бойду, чтобы он мог корректировать план убийства.

Она пасла девушку у дома рядом с парком, пока это не стало рискованно из-за телохранителей. (Сегодня во второй половине дня там ее остановил патрульный экипаж, но копы не заинтересовались школьной консультантшей.)

Фрейзир уговорила охранника в школе дать ей пленку с камеры наблюдения и под таким предлогом проникла в особняк Райма, где выяснила еще некоторые детали, касающиеся девушки.

Затем Бойда арестовали: он с самого начала ей говорил, что полиция работает очень профессионально. Теперь обязанность завершить работу целиком лежала на Алине Фрейзир, если ей хотелось получить остаток гонорара в сто двадцать пять тысяч долларов.

Хватая ртом воздух, грузная женщина остановилась на пологой насыпи, которая вела с улицы на рабочий уровень котлована. Прищурилась против низкого солнца, пытаясь определить, куда исчезла малолетняя стерва. Ну давай, девочка, покажись!

Снова какое-то движение. Женева пробиралась к дальнему краю котлована, быстро переползая с места на место под прикрытием бетономешалок, бульдозеров, штабелей стройматериалов. Сейчас она скрылась за бочкой из-под машинного масла.

Встав в тень, чтобы солнце не слепило глаза, Фрейзир прицелилась в середину бочки и выстрелила. Громкий металлический дребезг – пуля попала в цель.

Ей показалось, что сразу за бочкой с земли брызнул фонтанчик пыли. Может, пуля прошла навылет и сквозь девчонку?

Но нет, та вскочила на ноги и метнулась к наваленным в кучу обломкам: кирпичи, булыжники, трубы. Когда она подпрыгнула, Фрейзир выстрелила снова.

Девчонка с пронзительным воплем кувыркнулась за стену мусора. В воздух что-то взметнулось. Песок? Каменная крошка? Кровь?

Попала она или нет?

Стреляла Фрейзир хорошо. Вместе со своим бывшим дружком, который возил оружие на продажу в Ньюарк, они провели немало времени, отстреливая крыс в заброшенных домах на краю города. Проверяли товар. Ей показалось, что на этот раз она точно попала. Однако ждать, стоя на месте, было бы глупо: выстрелы наверняка кто-нибудь слышал. Некоторые, конечно, не придадут им значения, другие решат, что рабочие на площадке до сих пор возятся с тяжелым оборудованием. Однако несколько добропорядочных граждан, возможно, в это самое мгновение набирают 911.

Значит, надо проверить…

Она начала медленно спускаться по грузовому пандусу, стараясь удержаться на ногах, – уклон был очень крутой. Вдруг сзади и сверху, со стороны переулка, завыл автомобильный гудок. Звук исходил от ее машины.

Твою мать! Значит, отец девчонки все еще жив.

Она постояла, не зная, что делать, затем решила: пора убираться отсюда к чертовой матери. Надо добить папашу. Женева скорее всего серьезно ранена и долго не протянет. Даже если ее не задело, возможностей представится еще уйма.

Чертов гудок… Он, казалось, производил больше шума, чем сами выстрелы, и наверняка привлечет внимание. Что еще хуже, из-за него не услышишь звука полицейских сирен.

Фрейзир, тяжело дыша, выбралась по склону обратно на улицу, взглянула на машину и нахмурилась: внутри никого не было. В сторону ближайшего переулка тянулся кровавый след и обрывался там, где лежало его тело. Фрейзир заглянула в салон. Вот оно что: перед тем как уползти, он достал домкрат и упер его в сигнальную панель на руле.

Фрейзир со злостью рванула домкрат на себя.

Пронизывающий вой прекратился.

Бросив домкрат на заднее сиденье, она повернулась к лежащему неподалеку мужчине. Мертв или нет? Без разницы, долго ему теперь не жить. Она пошла в его сторону, держа в опущенной руке пистолет. Затем вдруг остановилась, нахмурив брови… Как мог смертельно раненный человек открыть багажник, открутить закрепленный домкрат, упереть его в спинку сиденья, а другим концом в руль?

Она начала оборачиваться.

И успела заметить размытое движение справа, услышать свист рассекаемого воздуха, прежде чем стальная монтировка с размаху рубанула ее по запястью. Пистолет отлетел в сторону, тело пронзила жуткая боль. Фрейзир вскрикнула, тяжело осела на колени и левой рукой потянулась за пистолетом. Не успела: Женева снова ударила ее монтировкой, на этот раз по плечу. Фрейзир откатилась на бок в сторону от пистолета. Ослепленная болью и яростью, она с ревом кинулась на девушку и сбила ее с ног.