Прыжок над пропастью - Питер Джеймс

– Мама, что я тебе покажу! Иди сюда! – Алек стоял у подножия лестницы, широко раскрыв глазенки от возбуждения. – Иди скорее!

Оливер стоял на коленях в огромной гостиной, стараясь разжечь дровяную печь. Вера, расслабленно сидя на диване, смотрела в большое панорамное окно на пышные цветочные клумбы и газон огороженного садика. По крышке бассейна барабанил дождь. На коленях у Веры лежал раскрытый номер «Ивнинг стандард», привезенный Оливером из Лондона; она маленькими глотками пила австралийское шардоне, похожее на нектар.

Первая газета, которую она прочитала за много дней, и первый бокал спиртного – она не пила почти неделю. С непривычки вино ударило ей в голову. Приятное чувство! Теперь, когда Оливер вернулся, она успокоилась. В комнате слышалось приятное потрескивание; запахло растопкой. Она отпила еще.

О гибели брата Оливера в газете ничего не было. Новость уже устарела. Вера улыбнулась сыну:

– Что ты хочешь мне показать, милый?

– Поднимись со мной – сама увидишь.

Алек весь день вел себя примерно; в промежутках между мультиками по двум спутниковым каналам строил космический корабль из набора «Лего» – «Звездные войны» – и обследовал дом.

– Ладно, – сказала она, – пошли. Надеюсь, там у тебя что-то хорошее.

Она поднялась с дивана и почувствовала, насколько устала. Измучена, вымоталась, истощена.

А может, еще немного одурманена?

Алек взобрался вверх по дубовой лестнице; она медленно шла за ним. Каждая ступенька давалась ей с большим трудом. Наконец они оказались на галерее второго этажа. Комната, в которой спал Оливер, находилась слева, а та, где спали они с Алеком, – впереди. Алек свернул направо и скрылся за дверью.

Войдя следом за сынишкой, Вера очутилась в спальне, красиво обставленной антикварной сосновой мебелью. Огромная кровать была накрыта белым кружевным покрывалом. Алек лукаво смотрел на нее.

– Милый, мама очень устала. Что ты хотел мне показать?

Он нырнул в платяной шкаф и вскоре вылез оттуда, держа в руках длинный шест с крюком на конце. Потом он задрал голову и посмотрел вверх. Проследив за его взглядом, Вера увидела дверцу, которая вела на чердак.

– Алек, по-моему, не стоит…

Но он уже зацепил крюком металлическое ушко на дверце – да так ловко, словно занимался этим всю жизнь. Сильно потянул, и крышка люка опустилась вниз. К ней была прикреплена металлическая лесенка. Снова зацепив крюком, Алек вытянул лесенку до пола.

И начал карабкаться наверх.

– Алек, милый, я…

Но он уже исчез в люке. Через несколько секунд наверху зажегся свет. Вера, которая всю жизнь боялась высоты, крепко схватилась за поручни и стала медленно подниматься.

Когда ее голова и плечи пролезли в люк, она замерла в изумлении. Здесь, наверху, оказался настоящий детский рай. Огромный изолированный чердак с деревянным полом. Кровать накрыта покрывалом с изображением Человека-паука. И повсюду разбросаны игрушки – на полу, в открытом ящике комода. На противоположном конце, бок о бок, стояли огромные игрушечные электрические железная дорога и гоночная трасса с машиной.

– Мама, тот дядя сказал, что сегодня я могу спать здесь. Можно, мамочка?

– Оливер разрешил тебе спать здесь?

Алек кивнул, опустился на колени и поднял с пола маску для Хеллоуина с выскакивающим глазом.

– Здесь очень удобно, милый.

– Значит, можно? Можно? – прогудел он из-за маски.

– А ты не будешь бояться спать один?

– Нет!

Вера подошла к кровати, потянула покрывало. Постель была застелена; простыни сухие.

– Дом не наш; вряд ли хозяевам понравится, если ты будешь спать в этой кровати.

– Дядя сказал, что можно.

Не снимая маски, Алек бросился к игрушечной гоночной трассе и нажал выключатель на стене. Потом схватил пульт и нажал кнопку. Резко зажужжав, спортивная машинка побежала по рельсам и перекувырнулась на повороте.

– Догони меня!

– Потом. Пойду приготовлю тебе ужин.

Когда Вера спустилась вниз, ее приветствовал удушающий запах дыма и жалобный вой. Встревоженная, она бросилась в гостиную. От камина поднимались клубы черного дыма. Вой сделался почти нестерпимым. Противопожарная сигнализация, догадалась она.

Оливер кашлял.

– Вот, пытался разжечь эту штуку. Должно быть, дымоход забился; наверное, там птичье гнездо или что-нибудь еще.

Вера поскорее распахнула все окна. Прошло несколько минут, прежде чем дым выветрился и сигнализация смолкла.

– Идея оказалась не слишком удачной, – сказал он.

Она улыбнулась, взяла бокал и допила остаток вина.

– Не всем же быть удачными.

Подойдя к ней, с черными руками и лицом вымазанным сажей, он поцеловал ее в губы.

– Где Алек?

– Наверху, на чердаке, заваленном игрушками. Он сказал, ты позволил ему спать там – правда?

– Если он хочет – конечно. Джерри специально обустроил чердак для детей – у него целая куча племянников, племянниц и крестных детей, которые приезжают погостить.

Заметив выражение, мелькнувшее у него в глазах, Вера улыбнулась:

– Значит, если он будет спать наверху, мы с тобой сможем немного побыть вдвоем?

– Эта мысль и мне приходила в голову.

Она обвила его руками, крепко прижала к себе, потом, поднявшись на цыпочки, поцеловала его в глаза.

– По-моему, ты здорово придумал, – прошептала она. – Ничего лучше ты не придумывал за целый день.