Исчезнувший - Джеффри Дивер

Когда Сакс и другие отвернулись, чтобы по просьбе Райма взглянуть на доску, Кара освободилась от наручников, развернула куклу, проскользнула к двери и совершила в коридоре иллюзионную трансформацию.

— Это «феке», — торжественно объявил Райм, указав на куклу. — Двойник Кары.

Она сложила куклу, которая в свернутом виде была размером с подушку. До «побега» Кара прятала ее под курткой. Внимательного рассмотрения манекен, разумеется, не выдержал бы, но на расстоянии и в полутьме люди, которых намеренно отвлекали, никакой подмены не заметили.

— Значит, вы меньше чем за минуту освободились от наручников и сделали трансформацию? — удивился Кадески.

— За сорок секунд.

— Как же это вам удалось?

— Эффект вы видели, а метод мне не хотелось бы раскрывать.

— Как я понимаю, смысл всей этой сцены сводится к тому, — заметил Кадески, — что вам нужно устроить пробу?

Кара замялась, и Райм поощрительно кивнул ей.

— Нет, смысл ее сводится к тому, что это и была проба. Мне нужна работа.

— Вы же говорили, что еще не готовы.

— Ну, это уж вам решать. Как по-вашему, готова я или нет?

— Это только один трюк, — обронил Кадески. — У вас есть другие?

— Немало.

— Много ли трансформаций вы совершаете за одно представление?

— Сорок две. Тридцать персонажей. Все это за одно получасовое представление.

— Сорок две трансформации за полчаса? — усомнился Кадески.

— Да.

Он размышлял несколько секунд.

— Приходите ко мне на следующей неделе. Я не могу сократить время выступления артистов, но, пожалуй, использую вас как дублершу. Вероятно, вы сможете выступать и в нашем зимнем помещении во Флориде.

Райм и Кара обменялись взглядами. Криминалист снова кивнул.

— Хорошо. — Кара пожала руку Кадески.

— Вы сами это смастерили? — Кадески указал на куклу, одурачившую их всех.

— Да.

— Вам надо запатентовать ее.

— Мне это и в голову не приходило. Спасибо, я подумаю.

Он снова оглядел Кару с головы до ног.

— Сорок две трансформации за полчаса! — С этими словами Кадески вышел из комнаты. И у него, и у Кары был такой вид, словно они только что купили по дешевке прекрасную спортивную машину.

— Черт, вы совсем сбили меня с толку! — засмеялась Сакс и посмотрела на Райма. — Вы оба.

— Минуточку! — обиделся Белл. — Я тоже в этом участвовал. Ведь это я ловил Кару.

— Когда же вы это придумали? — спросила Сакс.

Все началось вчера ночью, объяснил Райм, когда он лежал в постели, вслушиваясь в доносящиеся из «Сирк фантастик» звуки музыки, приглушенный голос ведущего, аплодисменты и смех толпы.

Его мысли тогда переключились на Кару, на ее прекрасное выступление в «Зеркалах и дыме».

Потом он подумал о том, как не уверена в себе Кара и какую власть имеет над ней Бальзак.

Зная со слов Сакс, что у матери Кары старческое слабоумие, он пригласил к себе наутро Джейнин.

— Я хочу задать вам еще один вопрос, — сказал тогда Райм. — Подумайте, прежде чем ответить. И прошу вас, будьте откровенны.

Вопрос был такой: «Сможет ли мать Кары когда-нибудь выйти из этого состояния?»

— Вернется ли к ней рассудок — вы об этом спрашиваете? — уточнила Джейнин.

— Именно так. Выздоровеет ли она?

— Нет.

— Значит, Кара так никогда и не повезет ее в Англию?

Печальный смех.

— Нет, нет. Эта женщина никуда уже не поедет.

— По словам Кары, она не может оставить свою работу из-за того, что ее мать находится в доме престарелых.

— Конечно, ей нужен уход. Но не у нас. Здесь Кара платит за интенсивное лечение и медицинское обслуживание. А ведь мама Кары даже не знает, какой сейчас год. Мне неприятно говорить это, но сейчас ей нужен только уход.

— А что случится, если ее переведут в обычный дом престарелых?

— Ее состояние будет постепенно ухудшаться, пока не наступит конец. Только в этом случае Кара не обанкротится.

После этого Джейнин и Том ушли, чтобы вместе пообедать и, как старые бойцы, обменяться рассказами о тех, кого им приходилось лечить. Райм же позвонил Каре. Та вскоре приехала, и у них состоялась беседа. Райм чувствовал себя неловко, ибо не очень-то умел говорить с людьми об их личных проблемах. Противостоять бессердечному серийному убийце совсем не то что пытаться проникнуть в чью-то нежную душу.

— Я не слишком разбираюсь в вашей профессии, — сказал тогда Райм, — но ваше воскресное выступление произвело на меня сильное впечатление. А это обычно довольно трудно сделать. Вы прекрасно выступали.

— Для ученицы, — самоуничижительно ответила она.

— Нет, — твердо возразил он, — для исполнителя. Ваше место — на сцене.

— Я когда-нибудь попаду туда, но пока еще не готова.

— Проблема в том, — после долгой паузы проговорил Райм, — что когда-нибудь вы туда можете уже и не попасть. — Он окинул взглядом свое тело. — Порой мешают… обстоятельства. И тогда вы лишитесь чего-то очень важного. Потеряете его навсегда.

— Но мистер Бальзак…

— …удерживает вас. Это очевидно.

— Он желает мне только добра.

— Нет. Не знаю, о чем он думает, но явно не о вас. Посмотрите на Вейра и Лессера. На Китинга. Вспомните ваши собственные слова о том, как вас гипнотизируют наставники. Поблагодарите Бальзака за то, что он сделал для вас, оставайтесь с ним в дружеских отношениях, пришлите ему билеты в ложу на свое первое выступление в «Карнеги-холл», но сейчас уходите от него — пока это возможно.

— Я же не загипнотизирована! — рассмеялась Кара.

Райм догадался, что она пытается понять, насколько сильно зависит от своего учителя.

— В какой-то мере мы можем повлиять на Кадески, — продолжал он, — после всего, что для него сделали. Амелия говорила мне, что вам очень нравится «Сирк фантастик». Думаю, вам нужно устроить пробу.

— Даже если это произойдет, у меня есть личные обстоятельства. Моя…

— Мать? — прервал ее Райм.

— Да.

— Я потолковал с Джейнин. — Кара замолчала. — Позвольте рассказать вам одну историю.

— Историю? — удивилась Кара.

— Да. В свое время я возглавлял здесь, в Нью-Йорке, отдел криминалистики — типичная административная должность со всей ее канцелярской рутиной. Но больше всего на свете я любил обследовать места преступлений и даже после повышения старался как можно чаще выезжать на вызовы. Ну так вот: несколько лет назад в Бронксе орудовал серийный насильник. Не стану вдаваться в подробности, но сложилась неприятная ситуация и мне очень хотелось взять его. Патрульная служба сообщила, что полчаса назад произошло очередное нападение и вроде бы остались неплохие вещдоки. Я выехал в город, чтобы все осмотреть. Прибыв туда, я узнал, что у моего заместителя и хорошего друга случился сердечный приступ. Очень серьезный. Этот молодой парень был в хорошей форме, однако послал за мной. Но я остался, осмотрел место преступления, заполнил необходимые документы и только после этого поехал в больницу. Я очень спешил, но все равно опоздал — он умер. Прошло уже много лет, но и сейчас это причиняет мне боль. Однако по-другому я бы не поступил. Ни за что.