Родная кровь - Чеви Стивенс

Папе нравилось брать Мелани с собой на лесопилку, когда она была маленькая. Он был убежден, что когда его дочурка подрастет, то станет бухгалтером и будет помогать ему в работе. Но когда Мелли стала подростком, единственным, что ее интересовало, были мальчики. С большинством своих кавалеров она познакомилась в пивной – там она работает за барной стойкой. Когда-то эта пивная была любимым папиным заведением, но он туда даже не заглядывал с тех пор, как Мелани начала там работать, едва ей исполнилось девятнадцать.

– Кайлу нужно место для репетиций, и я позволила ему воспользоваться моим гаражом.

– Ты уже заказала музыкантов на свадьбу? – осведомилась Мелани, наконец-то поворачиваясь ко мне.

– Мы с Эваном еще не решили, кого нанимать.

– Идеально! Кайл хочет устроить для вас концерт. Это будет его свадебный подарок. – Она широко улыбнулась.

Ничего идеального в этом не было. Я слышала группу Кайла пару месяцев назад, и играли они, прямо скажем, вразнобой. Я покосилась на Лорен. Сестра смущенно смотрела то на Мелани, то на меня.

– Это интересное предложение, но я должна обсудить его с Эваном. Я не знаю, как он к этому отнесется.

– Эван? Он такой покладистый. Возражать не станет.

– Может, и так, но я все равно должна сперва поговорить с ним.

– С каких это пор тебе нужно согласие Эвана? – Мелани рассмеялась, но потом другая мысль пришла ей в голову. – А-а, понимаю. Это ты не хочешь, чтобы Кайл играл у вас на свадьбе.

Ну вот, началось. Мы все избаловали Мелани, когда та была ребенком, особенно папа. Когда мама болела, за сестренок отвечала я, и тогда начинались проблемы. С Лорен было легко. Я могла попросить ее убрать игрушки, и она сразу это делала, но Мелани просто стояла в коридоре, уперев руки в бока, и смотрела на меня. В конце концов мы с Лорен сами все убирали.

– Поверить не могу! Группа Кайла играет довольно хорошо, и он готов сделать тебе такой замечательный подарок, а ты отказываешься? – Прежде чем я успела ответить, Мелани повернулась к Лорен. – Я же тебе говорила, что она будет против.

– Так вы уже обсуждали это?

– Нет. Ну… совсем чуть-чуть. Вчера Мелани сказала, что Кайлу не повредит засветиться где-нибудь, и…

– И ты сказала, что на свадьбе его услышит много людей. Ты сказала, что это будет для него отличной возможностью проявить себя.

Я покраснела, пульс зашкаливало. Мелани хотела использовать мою свадьбу для рекламы своего парня? И эту идею ей подкинула Лорен!

– Я не знала, успела ли Сара нанять музыкантов.

– Не успела, – с нажимом произнесла Мелани. – Ей просто не нравится Кайл.

Сестра смотрела на меня с вызовом, вздернув подбородок, словно ожидала, что сейчас я начну оправдываться. А мне хотелось сказать ей напрямик все, что я думаю по этому поводу: «Он недостаточно хорош для тебя. И уж точно недостаточно хорош для того, чтобы играть на моей свадьбе». Но я посчитала про себя до десяти, несколько раз глубоко вздохнула, а потом сказала:

– Я подумаю об этом, ладно?

– Ну коне-е-е-ечно… – протянула Мелани.

– Она подумает. Правда, Сара? – Лорен посмотрела на меня умоляюще, опасаясь того, что сейчас начнется скандал.

– Ладно. Я, пожалуй, пойду.

Я встала.

– Ты не останешься на кофе?

Я знала, что Лорен хотелось бы, чтобы я посидела с ними в кухне. Тогда все уладилось бы, или мы, по крайней мере, сделали бы вид, что все в порядке, но я понимала, что если услышу еще хоть одно саркастичное замечание из уст Мелани, то взорвусь.

– Извини, но мне нужно отвезти домой Элли. – Я заставила себя улыбнуться. – В следующий раз, ладно?

Не взглянув на Мелани, я вышла из комнаты.

Той ночью я долго ворочалась в постели и в конце концов встала. Чтобы успокоиться, я села за компьютер и составила план на завтра. Первым делом нужно позвонить Лорен и извиниться за свой поспешный уход. Потом я написала письмо Мелани, изложив все то, о чем раньше боялась сказать. Лишь после четырех лет психотерапии я научилась контролировать свой гнев: я считала до десяти, писала людям письма, выходила из комнаты, чтобы остыть. Но Мелани до сих пор умудрялась выводить меня из себя. Она могла заставить меня полностью потерять над собой контроль – за считанные секунды! Просто отвратительно! В такие моменты я чувствовала, что совершенно не управляю своим сознанием. А еще мне было грустно. Я так любила Мелани в детстве! Мне нравилось, что она смотрит на меня с обожанием и снует за мной хвостиком, куда бы я ни пошла. А потом, когда Мелани было четыре года, я потеряла ее на ярмарке. Мы пошли делать покупки, готовясь к Рождеству, и папа велел мне присмотреть за сестренкой, пока он сходит в магазин. Мелани хотелось прогуляться, но я знала, что папа будет сердиться, если мы хотя бы сдвинемся с места, поэтому держала ее за капюшон. И чем крепче я его сжимала, тем сильнее она вырывалась. В конце концов Мелани удалось вывернуться, и она бросилась в толпу покупателей. Следующие двадцать минут были самыми ужасными в моей жизни. Я отчаянно звала сестренку. Отец выбежал из магазина, его лицо было белым от страха. Когда мы наконец нашли Мелли – она каталась на игрушечном пони, – папа оттащил меня на парковку и отшлепал. Я до сих пор помню, как пыталась вырваться. Я так плакала, что чуть не задохнулась, а его рука все била и била меня.

Да и вообще мои худшие детские воспоминания связаны с тем, как я попадаю в неприятности из-за Мелани. Однажды на Хэллоуин мы с Лорен решили нарядиться танцовщицами группы поддержки. Мелани хотелось, чтобы у нее был такой же костюм, но мы сделали всего два. Я предложила ей нарядиться принцессой. Тогда Мелли схватила мои помпоны и выбежала из комнаты, сказав, что бросит их в камин. Я погналась за ней, поскользнулась в коридоре, ударилась о лампу и сломала абажур. Когда я рассказала об этом папе, он пришел в ярость – но не из-за лампы. Он считал, что я должна была уступить Мелани. Мне не разрешили просить у соседей угощение, а мой костюм достался Мелани. Но самым худшим было то, что папа заставил меня ходить с сестрами от дома к дому. Я до сих пор помню, как Мелани подходит к двери, костюм, на создание которого я потратила несколько недель, сидит на ней как влитой, коротенькая юбочка подрагивает… Хозяева говорили ей, как она мила в этом наряде, а у меня разрывалось сердце.

Когда Мелани было лет двадцать и мы обе уже не жили у родителей, наши отношения немного наладились. Родилась Элли, и Мелани стала заходить ко мне в гости. Мы смотрели фильмы, смеялись, ели попкорн. Это было здорово. Словно мы наконец поняли, что мы сестры. Да, иногда мы по-прежнему ссорились, но только тогда, когда я пыталась комментировать ее отношения с друзьями или парнями. Когда Мелани начала встречаться с Кайлом, я сказала ей, что меня это беспокоит. Мне казалось, что Кайл просто использует ее, так как она работает в баре. Тогда Мелани взбесилась, и мы некоторое время не разговаривали. А потом я познакомилась с Эваном, и папа начал приглашать нас на обед. Он звонил мне только тогда, когда Эван был дома, и разговаривал с ним, а не со мной. Еще папе нравилось устраивать семейные пикники и барбекю. В основном Мелани не приходила на такие посиделки, но когда у нее получалось, она постоянно подкалывала меня, в особенности если на эти обеды приходил и ее парень. Может быть, она злится из-за того, что Эван папе нравится, а вот Кайл – нет. Или ее раздражает моя неприязнь к Кайлу. Как бы то ни было, она прилагает все усилия для того, чтобы прилюдно меня унизить. Если в такие моменты я выхожу из себя, папа ругает меня, а Мелани не говорит ни слова. И чем сильнее я стараюсь сдерживаться, тем больше Мелани усердствует, пытаясь ударить меня побольнее. Теперь всякий раз, когда мы говорим о свадьбе, мне кажется, что Мелани ищет повод для ссоры.