Левый берег Дона - Александр Масалов

Сигнализация, которая должна была сработать в агентстве из-за повреждения линии, будет бездействовать: в конце смены Лютиков лично ослабил на клемме винтик, прижимавший контакт. Дежурная смена, в принципе, обязана пялиться на экраны, но в ночное время, пустив видеосигнал на запись, она обычно смотрит кино на контрольном мониторе. Оставалась вероятность того, что кто-нибудь случайно решит позвонить из "Федерала" и обнаружит, что телефон не работает...

Окно караулки было освещено - Дынников увидел это в щель между створками. Он надавил звонок, хлопнула дверь, и во двор вышел незнакомый парень в камуфляже с карабином "Сайга".

- Да? - осведомился голос.

Дынников закусил губу от досады. Это был новичок, Валентин Дмитриев.

- А где Костенко? - крикнул Дынников.

- Кто здесь? - спросил Дмитриев.

- Саша Дынников и Коля Лютиков, агентство "Щит".

- Что вам надо?

- Инспекция. Открывай.

- Какая, на хер, инспекция?

Дверь караулки хлопнула вторично.

- Кто там, Валя? - послышался голос Костенко.

- Да это мы, Лютиков и Дынников!

- Чё в лесу сдохло? - спросил Костенко, подходя к воротам.

- Говорят, инспекция, - буркнул Дмитриев.

- Ага, - отозвался Лютиков. - Алкогольная. Открывай, Витя.

- Впусти их, - распорядился Костенко. - Это свои.

Щелкнул засов в калитке справа от ворот. Дынников и Лютиков вошли.

- Так что за инспекция, братан? - спросил Костенко.

- Да, понимаешь, у нас полный облом вышел, - сказал Лютиков. - Сняли мы на Красноармейской двух тёлок. Вроде всё было о"кей, мы купили водку, закуску, то, сё, пришли к ним домой, а чмары вдруг заяву кинули: "Мы вам не бляди какие. Или платите, или уё...те отсюда". А я никогда телкам не плачу - это против моих правил. Ну, мы повернулись и ушли. Других телок снимать уже не в кайф - нас обломали. Водку в подворотне пить - западло. А вы - рядом...

- Да, бляди совсем оторвались от народа, - подтвердил Костенко. - Рыночные отношения - мать их за ногу! - всё испортили... Правильно сделали, что пришли.

В караулке было душно, накурено. Вторая "Сайга" стояла у окна. На столе среди крошек, нарезанной колбасы и кусков хлеба, возвышалась двухлитровая бутыль пива, выпитая на три четверти. Из магнитолы звучала музыка.

- Да мы тут уже начали... - сказал Костенко.

- Ничего, - заявил Дынников. - Пиво без водки - зря потраченные деньги. Еще стаканы есть?

- Как не быть... Валя, не в падлу, - достань.

Новичку всё происходящее явно не нравилось. С видимой неохотой он прислонил свою "Сайгу" к стене и присел у шкафчика, доставая из него грязные, зацапанные стаканы.

- Помыть есть где? - спросил Лютиков.

- В уборной, - сказал Костенко.

- Пошли, помоем.

- А я тебе зачем? Свечку держать?

- Зажигалку, - сказал Лютиков. - Там лампочка перегорела, а когда новую ввинтят, один Бог знает.

- Ну, пошли, - сказал Костенко.

Дружески переговариваясь, они вышли из сторожки. "А Катя что?" - услышал Дынников. "Да она прошмандовка конченая, - донесся голос Костенко. - Ведро со свистом пролетит...". Голоса стали тише - они завернули за угол, направляясь к уборной.

- Колбасы нарежь, - приказал Лютиков. - И хлеба.

Новичок взялся за нож. Отрезал ломтик от куска сырокопченой колбасы, наверняка купленной не в магазине, а у бабушек, торгующих на пятачке перед Главным рынком. А потом вдруг бросил нож и устремился к телефону.

- Ты чего? - спросил Лютиков.

- Надо доложить, - бросил Дмитриев не оборачиваясь.

- Ну, доложи, - буркнул Лютиков. - Только о водке ни слова!

- Кого учишь!.. Что за черт? - Дмитриев постучал по рычагам, прижимая трубку к уху. - Блин!..

- Какие проблемы? - спросил Лютиков. Он никак не мог заставить себя выхватить пистолет или нож, лежащие в карманах.

- Не работает, зараза! - сказал новичок.

- Ох уж мне эта ГТС... - сказал Лютиков. - Как цены поднимать - тут они мастера. А как обеспечить связь, так у них - объективные причины...

Где-то невдалеке хлопнул пистолетный выстрел. И почти сразу - второй. Дмитриев оглянулся и встретился глазами с Лютиковым. Он сразу всё понял.

Новичок бросился к ружью, но не успел: Лютиков выхватил пистолет. Реакция у парня оказалась отменная. Судя по действиям, он служил когда-то в десанте. От первой пули он увернулся и бросился на Лютикова в контратаке.

Лютиков отшатнутся к стене. Подметка тяжелого ботинка промелькнула сантиметрах в десяти от его лица, и Лютиков снова надавил на курок. Парнишку отбросило на стол. С грохотом на грязный пол посыпалось всё, что лежало на столешнице.

Дмитриев лежал на дощатом полу, беззвучно, как рыба, открывая и закрывая рот. На куртке среди серо-зеленых разводов расплывалось темное пятно. Секунду помедлив, Лютиков подошел к ему и сделал контрольный выстрел в голову.

На улице послышались торопливые шаги. Распахнулась дверь, и в дежурку влетел Дынников с пистолетом в руке.

- Что у тебя? - спросил он хрипло.

- У меня-то всё путем... - сказал Лютиков. Голос у него странно звенел.

- Пошли, быстро! - заорал Дынников. - Пока менты не прикатили!..

Они бросились к офису "Федерала". Ключами, забранными у Костенко, открыли дверь и остановились у сейфа. Сейф был ничего себе - метра полтора в вышину. И весил, зараза, килограмм, наверное, сто пятьдесят.

- Отвори ворота, - сказал Дынников, надевая резиновые перчатки. - Пусть заезжают!..

И торопливо принялся отодвигать с дороги всё, что могло помешать выносу сейфа: кресло, журнальный столик, вешалку...