Девушка, которая играла с огнем - Стиг Ларссон

Гуннар Бьёрк. Полицейский из Службы безопасности, имеет информацию о Зале.

Гуннар Бьёрк знаком с Бьюрманом.

Лисбет смотрела перед собой невидящим взглядом, мысленно выстраивая треугольник: Зала — Бьюрман — Бьёрк. Yes, that makes sense.[69] До сих пор она никогда не рассматривала эту проблему в таком аспекте. Пожалуй что Микаэль Блумквист не такой уж дурачок. Но он, конечно, не понимает, какая между ними связь. Она и сама этого не понимала, хотя знала о происшедшем гораздо больше, чем он. Она мысленно оценила значение Бьюрмана и поняла, что раз он знаком с Бьёрком, это делает его гораздо более важной фигурой, чем ей казалось до сих пор.

Лисбет подумала, что, пожалуй, придется самой наведаться в Смодаларё.

Затем она вошла в жесткий диск Микаэля и создала новый документ в папке «Лисбет Саландер», назвав его «Угол ринга». Надо, чтобы он увидел его, когда в следующий раз откроет ноутбук. В нем она написала следующее:

1. Держись подальше от Телеборьяна. Он злой человек.

2. Мириам By не имеет к этому делу никакого отношения.

3. Ты правильно сделал, обратив внимание на Залу. Он — ключевая фигура. Но ты не найдешь его ни в каких регистрах.

4. Между Бьюрманом и Залой есть какая-то связь. Я не знаю какая, но работаю над этим вопросом. Бьёрк?

5. Важно: существует полицейское расследование, касающееся меня, от 1991 года. Я не знаю номера, под которым оно числится, и не могу его найти. Почему Экстрём не передал его СМИ? Ответ: его нет у него в компьютере. Вывод: он не знает о его существовании. Как это могло случиться?

Немного подумав, она добавила к написанному следующее:

PS. Микаэль, я не совсем невиновна. Но я не стреляла в Дага и в Миа и не имею никакого отношения к их убийству. Я виделась с ними вечером перед самым убийством, но ушла от них раньше, чем это случилось. Спасибо, что ты веришь в меня! Передай привет Паоло и скажи ему, что у него превосходный левый хук.

Поразмыслив еще немного, она поняла, что у такой, как она, информационной наркоманки нет сил терпеть неизвестность. И написала еще одну строчку:

PS2/ Откуда тебе известно насчет Веннерстрёма?

Микаэль Блумквист обнаружил созданный Лисбет документ через три часа. Он перечитал ее послание строчку за строчкой не менее пяти раз. Впервые она сделала прямое заявление о том, что не убивала Дага и Миа. Он верил ей и почувствовал огромное облегчение. И наконец-то она согласилась с ним общаться, хотя, как всегда, говорила одними загадками.

Мысленно он также отметил, что, отрицая свою причастность к убийству Дага и Миа, она ничего не говорит о Бьюрмане. Микаэль объяснил это себе тем, что в своем послании упоминал только Дага и Миа. Немного подумав, он создал «Угол ринга 2».

Привет, Салли!

Спасибо, что наконец-то сказала, что ты невиновна. Я верил в тебя, но даже на меня подействовала шумиха в прессе и заставила сомневаться. Прости меня! Приятно было услышать это прямо с твоей клавиатуры. Осталось только обнаружить настоящего убийцу. Нам с тобой уже приходилось это делать. Если бы ты не говорила такими загадками, это очень облегчило бы дело. Полагаю, что ты читаешь мой дневник расследований. Так что ты более или менее в курсе моих дел и соображений. Думаю, что Бьёрк что-то знает, на днях я поговорю с ним еще раз. Не иду ли я по неверному следу, разыскивая клиентов проституток?

То, что ты сказала про полицейское расследование, страшно меня удивило. Я поручу заняться этим моей сослуживице Малин. Тебе ведь тогда было лет двенадцать-тринадцать? О чем шла речь в расследовании?

Твое мнение о Телеборьяне я для себя отметил. М.

PS. Что касается Веннерстрёма, ты допустила одну ошибку. Я знал, что ты сделала, еще в Сандхамне во время рождественских праздников, но не стал расспрашивать, раз ты сама об этом не говорила. И я не собираюсь рассказывать тебе, в чем заключалась ошибка, пока мы не встретимся за чашкой кофе.

Ответ пришел через три часа.

Забудь про клиентов. Интерес представляет Зала. И один белокурый великан. Но полицейское расследование должно иметь большое значение, раз кто-то хочет его утаить. Вряд ли это объясняется случайной недоработкой.

Назначив на понедельник утреннее совещание с группой инспектора Бублански, прокурор Экстрём явился на него в дурном расположении духа. Более недели уже велись поиски подозреваемой, но до сих пор не дали результатов, несмотря на то что полиции было известно ее имя и у нее была приметная внешность. Настроение Экстрёма не улучшилось, когда Курт Свенссон, дежуривший в выходные, доложил о последних событиях.

— Вторжение в квартиру?

— В воскресенье вечером позвонил сосед, который заметил, что с опечатанной квартиры Бьюрмана сорвана лента. Я съездил туда с проверкой.

— И что же оказалось?

— Лента была разрезана в трех местах. Очевидно, бритвой или хозяйственным ножом. Разрезано очень аккуратно, так что не сразу заметишь.

— Ограбление? Некоторые хулиганы специализируются на покойниках…

— Нет, ограбления не было. Я обошел всю квартиру. Все ценные предметы — видео и тому подобные вещи — стоят на месте. Зато ключ от машины Бьюрмана лежал на кухонном столе на видном месте.

— Ключ от машины? — переспросил Экстрём.

— Йеркер Хольмберг в четверг побывал в квартире, беспокоился, не пропустили ли мы чего-нибудь. Среди прочего он проверял машину. Он клянется, что не оставлял на кухонном столе никакого ключа, и перед уходом он сам снова опечатал квартиру лентой.

— Но может быть, он все-таки оставил ключ на виду? Всякий может иногда допустить ошибку.

— Хольмберг этим ключом вообще не пользовался. Он пользовался дубликатом из связки Бьюрмана, которая была нами изъята.

Бублански потер подбородок:

— Так значит, это было не обычное ограбление?

— Это значит, что кто-то побывал там и рыскал по квартире. По-видимому, это произошло в промежутке между четвергом и воскресным вечером, когда сосед заметил, что лента разрезана.

— Иначе говоря, кто-то что-то искал… Йеркер?

— Там не осталось ничего, мы все уже изъяли.

— По крайней мере, насколько нам известно. Мотив убийства по-прежнему остается совершенно неясным. Мы исходили из того, что Саландер — психопатка, но даже психопату нужен какой-то мотив.

— И что же ты предлагаешь?

— Не знаю. Кто-то потратил время на то, чтобы обыскать квартиру Бьюрмана. Здесь требуется ответить на два вопроса. Первый: кто? И второй: зачем? Так что же мы упустили?