День Благодарения - Майкл Дибдин

— Конечно. Он был мужем моей жены.

— Вы сказали «был».

— Совершенно верно. До того, как она вышла за меня.

— Когда вы в последний раз видели мистера Аллена?

— Позавчера.

— В воскресенье.

— Нет. Сегодня же понедельник, так?

— Сегодня вторник.

— Разве? Ну ладно. Значит, это было в субботу.

— И где это было?

— В Неваде, где он живет. Но что все это значит?

— Он знал, что вы к нему приедете?

— Конечно. Не думаете же вы, что я проехал все это расстояние в надежде, что, может быть, застану его дома? Он живет в трейлере посреди пустыни.

— Так как же вы с ним связались?

— Написал письмо до востребования на ближайшую к нему почту с просьбой позвонить мне.

— Но у него же не было телефона.

— Дети моей жены сказали мне, что он пользуется телефоном у супермаркета, когда приезжает в город за своей почтой и припасами. Я сообщил ему мой здешний номер и попросил позвонить мне.

Мейсон что-то записал в блокнот.

— Вот так мы и узнали, где вы остановились, сэр, — сообщил он.

— Аллен сказал вам?

— В переносном смысле. Он записал этот номер на листке бумаги и оставил его в перчаточнике своего пикапа.

— Но как вы могли обыскать его грузовичок? Он ведь живет в Неваде.

— Все в свое время, сэр. Ну хорошо, вы отправились навестить мистера Аллена. Как вы до него добирались?

— Прилетел в Рено и в аэропорту взял машину напрокат.

— И поехали прямо домой к мистеру Аллену?

— Да.

— Вы нигде не останавливались, ничего не покупали?

— Один раз заливался и купил несколько бутылок воды и сандвич.

— А больше ничего?

— Нет, насколько я помню. Это допрос? Если так, то я хочу, чтобы при нем присутствовал адвокат.

Мейсон нарисовал сложный узор по краю листка, на котором писал.

— Это не допрос как таковой, сэр, нет.

Он поднял голову и внезапно широко зевнул.

— Извините. Ну, ситуация следующая: управление шерифа в Неваде попросило нас навести некоторые справки в связи с начатым ими расследованием. И вот, вместо того чтобы сидеть дома за пиццей и смотреть баскетбол по телику с моими детьми, я проболтался в отеле больше двух часов, читая страницу развлечений в номере «Ю-Эс-Эй Тудей» за пятницу и ожидая вашего возвращения.

— Расследование?

— Совершенно верно. Насколько я понял, об уголовных обвинениях пока речь не идет, но по запросу в связи с расследованием, ведущемся в другом штате, мы должны задать вам несколько вопросов и затем сообщить результаты в полицейское управление, в чью юрисдикцию оно входит. Вы, конечно, вправе отказаться, но ваше сотрудничество было бы оценено соответствующе.

Мне в голову пришло только одно объяснение. «Расследование!» Люси как-то упомянула, что Аллен одно время приторговывал наркотиками. И, видимо, продолжал это и теперь. Тогда становилось понятно, откуда у него брались деньги на оборудование маленького убежища в пустыне и на коллекцию неоновых вывесок. В таком случае местный шериф обыщет трейлер и наложит арест на все в нем находящееся. Если предположить, что Аллен в тот вечер говорил мне правду, то в эту самую минуту компания деревенских мужланов рассматривает фотографии обнаженной Люси в ее двадцать лет и смотрит видеозаписи, как она танцует голая или ее трахает до опупения ее первый муж.

«Хочешь посмотреть?» — спрашивал меня Аллен. Ответ был «да», но только я в этом не признался. Я отказался из гордости и порядочности, а теперь эти самые материалы передаются из рук в руки в каком-нибудь местном суде, чтобы все могли их посмаковать, а то и взять в уборную для быстрого рукоблудия.

Мейсон снова зевнул, на этот раз прикрыв ладонью безупречные зубы.

— Расследование чего? — спросил я резко.

— Послушайте, сэр, я понимаю, что вы хотели бы покончить с этим как можно быстрее. Как и я, если на то пошло. И поверьте мне, все завершится куда быстрее, если вы предоставите задавать вопросы мне, а сами ограничитесь ответами. Хорошо?

Я кивнул.

— Хорошо. Так вы поехали к Аллену. Почему?

— Как я уже сказал, моя жена недавно умерла. Аллен был отцом ее детей, и мне нужно было узнать, каковы его планы. Я не уверен в деталях юридической ситуации, но мне сообщили, что теоретически он может заявить претензии на часть стоимости дома, в котором они жили совместно. Учитывая, что он ни цента не платил на содержание детей, им и мне, вероятно, удалось бы выиграть дело. Но мне надо было узнать, есть ли у него такое намерение.

— И что он сказал?

— Что такого намерения у него нет.

Мейсон перевернул страницу и продолжал писать.

— Это интересно, сэр, поскольку всего на несколько дней раньше он позвонил адвокату в Рено о приостановлении утверждения завещания вашей жены ввиду предъявления претензии.

Аллен сказал мне, будто думал, что у Люси никогда руки до завещания не дойдут. Тем не менее он, видимо, считал это более чем вероятным.

— Ну сукин сын! — сказал я.

— Он вас об этом не предупредил?

— Конечно, нет.

— Было ли вам известно, что три года назад мистер Аллен унаследовал дом в Калифорнии, собственность его матери, который он сдавал за тысячу четыреста долларов в месяц?

— Что-что?

— Вам это не было известно?

— Разумеется, мы об этом не знали. Он не сообщил Люси, что его мать умерла.

Снова длинные записи в блокноте.

— В каком часу вы уехали? — продолжал Мейсон.

— Откуда уехал?

— Из дома мистера Аллена.

— Не знаю. Где-то около полуночи, надо полагать.

— В тот же вечер?

— Да.

— Куда вы поехали?

— Назад в Рено.

— Не слишком ли поздний час для дальней поездки?

— Иначе мне пришлось бы переночевать у Аллена, а этого я никак не хотел.

— Так что вы поехали прямо в Рено?

— Нет, я остановился в мотеле на шоссе, а дальше поехал на другой день и сюда вернулся дневным рейсом.

— И мистер Аллен был в добром здравии, когда вы уехали?

— Ну, он был сильно пьян, но в остальном вполне нормальным.

— Вы расстались в хороших отношениях?