Великолепная афера - Эрик Гарсия

Когда она ушла, то была на пятом месяце. Как раз тогда, когда проявились внешние признаки беременности — небольшой животик стал заметно выдаваться на ее гибком теле. Рой не пытался разыскать ее. Он знал, что это бессмысленно. Она ушла от него не из-за побоев. Она ушла от него не из-за ребенка. Она ушла потому, что она была Хедер, а он был Роем, а они никогда не должны были быть Хедер и Роем. Через месяц от нее пришли по почте бумаги, которые Рой подписал, не читая. И этой подписью он словно бы стер ее из своей памяти. Он прожил в их доме еще три недели, а когда съехал, то почувствовал, насколько свежим стал воздух. До этого шли дожди, а сейчас они закончились.

* * *

— А вы думаете о ней? — спрашивает Клейн, выслушав рассказ Роя.

— Скорее всего нет, — отвечает тот.

— Ни о том, что произошло, ни о том, что могло произойти?

— А какой в этом смысл? Мне надо было многое сделать в жизни, так что я не мог постоянно думать об этой давней истории.

Доктор скребет подбородок.

— А о ребенке?

— А был ли ребенок…

— А если ребенок все-таки есть, — прерывает его Клейн. — Вы об этом не думаете?

Рой некоторое время молчит.

— Думаю. Иногда. Просто так… не о Хедер, понимаете, это… Вы как бы оставили там часть себя. А вдруг где-то там бегает Рой-младший? А вдруг он похож на меня? Вот какие дела.

Клейн понимающе кивает.

— Ему должно быть сколько… пятнадцать?

— Четырнадцать, а может пятнадцать… да.

— Вот-вот станет настоящим мужчиной.

— Надеюсь.

Мягкое сиденье кресла становится неудобным. Роя передергивает, он поеживается.

— А в чем, собственно, дело?

— Вы ведь рассказывали, помните? И дело ни в чем, если вы так считаете.

— Да нет, — произносит Рой после недолгой паузы. — Если, конечно…

— Да?

— Я не знаю. Иногда мне кажется, что, наверное, хорошо было бы знать, что где-то есть ребенок. Не для того, чтобы видеть их, или зачем-то еще, или вмешиваться в их жизнь, — нет, просто чтобы я знал. Как вы думаете, есть в этом смысл?

— Конечно. Конечно. Видите ли, Рой, в том, что мужчина звонит своей бывшей жене, просто чтобы поприветствовать ее, в этом нет ничего плохого. Даже если у них… были такие проблемы, как у вас. Так было всегда.

Рой не может думать об этом. Он пытается представить, как он звонит Хедер, снимает трубку. И тут желчь подкатывает к горлу. Поднимается выше, жжет.

— Нет… я, пожалуй… это не для меня. Никому это не нужно. А уж ребенку от этого никакой пользы.

— Не всегда нужно думать о том, чтобы извлечь пользу, — возразил Клейн.

— Вы хороший парень, док.

Доктор Клейн встает, выходит из-за стола, открывает ящик, в котором хранятся папки с историями болезней пациентов.

— Мы обсудим это поподробнее в следующий раз, если захотите, — говорит он и вынимает пузырек с пилюлями для Роя. Бросает пузырек через всю комнату. Рой, поймав пузырек на лету, прячет его в карман. — Это месячная доза, но я все-таки хочу видеть вас у себя каждую неделю. Вы согласны?

— Чтобы ворошить грязное белье да чесать языки?

— Так, как мы делали сегодня.

— Хорошо, — соглашается Рой. — Я буду приходить.

* * *

Спустя три недели Рой присматривается к тому, как Фрэнки готовит аферу на манер той, что описана в фильме «Испанский узник», и прокрученную ими уже в трех городах. Лохом, которого предполагалось развести на бабки, был выбран некий Джон, владелец химчистки, готовый вложить три штуки в надежде на то, что его деньги помогут младшей сестре Фрэнки, пребывающей в Румынии, привезти в Америку семейное достояние. Этот Джон был седовласым болтуном, однако все еще хорохорился на профессиональных сборищах.

На этот раз Рой не участвует, он, правда, помог заманить в дело парня, но после этого держится в стороне. Время отдохнуть. Три последние недели были особо продуктивными, возможно, самыми продуктивными в прошедшем году. Ничего серьезного, ни одной долговременной операции, а только быстрые аферы, прокручиваемые со сногсшибательной скоростью. В последние дни он стал более энергичным и сам это чувствует. Вчера он надел брюки, которые давно не носил, и они пришлись ему почти впору. Пояс уже не сдавливал живот.

И Фрэнки тоже присутствовал на этом балу и побывал во всех местах, где обычно расслаблялся. Оттачивал и шлифовал свои манеры, следуя наставлениям Роя. На это приятно смотреть. Все-таки хороший партнер этот Фрэнки. И день ото дня становится лучше.

И вот все готово, все договоренности достигнуты. Фрэнки возвращается в машину с тремя штуками в кармане, ни он, ни Рой не могут удержаться от радостных криков. Заезжают в кафе перехватить по гамбургеру, потому что обед еще очень не скоро. Рой принимает таблетку во время еды; в одной руке гамбургер, в другой напиток, колени уперлись в рулевое колесо.

— Ты все еще принимаешь их? — спрашивает Фрэнки.

— Каждый день.

Фрэнки, присосавшись к своей банке, кивает головой.

— Это хорошо, это хорошо. Я же говорил тебе, что док нормальный парень.

— Так оно и есть.

— Сейчас-то ты соглашаешься…

— С чем? — спрашивает Рой. — На что ты намекаешь?

— Я намекаю на то, что могу дать тебе чертовски хороший медицинский совет, но почему-то не могу самостоятельно провернуть хорошее дельце, которое нам подворачивается, именно на это я и намекаю.

— Я что-то не возьму в толк, о чем ты сейчас толкуешь.

— О Саифе, — раздраженно отвечает Фрэнки. — Я толкую о Саифе.

— О том самом арабе?

— О турке. Или афганце, или кто он там еще. Уже который месяц я пытаюсь организовать встречу с ним. Я постоянно твержу тебе, что он нормальный парень и что готов делать бизнес, но всякий раз, стоит мне только заикнуться об этом, ты напускаешь какого-то туману, и разговора не получается.

— Я так не делаю.

— Нет, делаешь, как только я начинаю разговор об этом, ты погружаешься в какую-то меланхолию и ничего не хочешь слушать.

— Я не вижу смысла в этом деле, — защищается Рой.

— Я вижу. Доверь мне провернуть это дело, а? Мне это необходимо. Да и ребята у меня уже подобраны.

— Да… Я слышал о твоих ребятах.

Фрэнки дожевывает гамбургер. На этот раз он не собирается сдаваться.

— Ну послушай же, в этом деле живые деньги, а все, о чем я прошу, так это только о встрече. Об одной короткой встрече, только и всего.

Рой не понимает, с чего Фрэнки так возбужден, да это и не сильно его интересует. Он уже привык к его уловкам и ухищрениям, но и при этом Фрэнки в течение многих лет остается его верным партнером. Сейчас он здорово набрался опыта, и его уже не сравнить с прежним Фрэнки. А эти перепалки, они явно никому не на пользу. Придется бросить ему кость.