В память о Саре - Крис Муни

Все утро и первую половину дня они устанавливали окна в двухэтажной пристройке Маргарет Ван Бурен в Ньютоне, одном из шикарных городков к западу от Бостона. В два часа они устроили перерыв на обед. Трое подсобных рабочих были еще мальчишками чуть старше двадцати, и все они только и делали, что мечтали о предстоящих выходных: о барах, куда завалятся, о девчонках, с которыми встречались и которых мечтали затащить в постель.

Билл собрал свой ленч.

— У меня больше нет сил слушать это, — заявил он Майку. — Я тону в пеленках, а эти парни развлекаются на вечеринках, принимая ванну с моделями в бикини.

Они сидели в грузовичке Майка и жевали невкусные сэндвичи, которые Билл купил в деловой части города. Приятель рассказывал о последних эскападах с близнецами: Грейс и Эмма проснулись в два часа ночи и решили порисовать у себя в комнате, причем Эмма умудрилась засунуть в нос красный карандаш.

— Вот, кстати, — сказал Билл. — Вчера вечером мы с Патти свозили детишек в кафе «Пограничье» на шоссе номер один. Там была очередь, ну, я и подошел к бару, чтобы выпить пивка. Смотрю, а все парни глаз не сводят с роскошной девицы в черном костюме и очках. Она пила пиво и читала «Спортивные новости». Это была Сэм.

— Саманта Эллис?

— Единственная и неповторимая.

Это имя пробудило в душе Майка воспоминания о самом приятном периоде его жизни — летних каникулах после первого курса Джесс в университете Нью-Гэмпшира. В то время они с Джесс решили, что им надо отдохнуть друг от друга.

Билл продолжал:

— Она рассказала мне, что вернулась сюда год или пол-юра назад. Она работает в какой-то адвокатской конторе и деловой части Бостона — одной из этих компаний с шестью фамилиями в названии, так что голова начинает болеть раньше, чем выговоришь их все. Харрингтон, Доул и еще кто-то. По-моему, она стала еще красивее. Что-то в ней есть от Джей Ло.

— Джей Ло?

— Ну да, Дженнифер Лопес. Ты что, не смотришь MTV?

— В последний раз я смотрел MTV, еще когда звездой Пыла Джоан Джетт.

— Ты много пропустил. Нынешние шоу-программы похожи на мягкое порно.

— Я хочу спросить тебя кое о чем, — сказал Майк. — Та статья в журнале «Глоуб» за прошлое воскресенье. Ты читал интервью Лу?

Билл кивнул и улыбнулся с набитым ртом.

— Твой старик всю жизнь занимался не своим делом. В нем погиб великий комик.

— Снежная королева думает, что Лу подает мне знак. Ну, типа помириться хочет и все такое.

— Ты серьезно?

— Она, во всяком случае, говорила на полном серьезе, — ответил Майк и впился зубами в мясной рулет.

— Тебе следовало рассказать ей о Кадиллаке Джеке.

— Странно, что ты заговорил об этом.

— И?

— Ни единой вмятины.

— Организуй им встречу. После того как она поговорит с ним хотя бы минуту, гарантирую, у нее появится ощущение, будто он ее искусал.

«Или он ее убьет, — подумал Майк. — И закопает в укромном местечке, где никто и никогда ее не найдет».

Он смотрел в окно, думая о матери.

Билл сказал:

— У меня есть лишний билет на концерт Грейс и Эммы сегодня вечером. Приходи, не пожалеешь. Поверь мне, это будет настоящая комедия.

— Мне опять звонила Дотти Конаста. У нее есть пара вопросов, на которые она хочет получить ответы, прежде чем подписать контракт. Я собирался заскочить к ней.

Билл ухмыльнулся.

— Ты ведь еще не встречался с ней, верно?

— Нет. А в чем дело?

— Я был у нее два дня назад, чтобы обсудить планы пристройки. Но она сказала, чтобы я не торопился. Она хочет, чтобы ее муж тоже послушал нас.

— Ну и что?

— Ее супруг уже давно покоится в урне. От этого дела за милю разит эксцедрином[4].

Зазвонил телефон Майка. Наверняка это Теста. Этот парень готов сегодня из штанов выпрыгнуть.

Но это был не Теста. Звонила Роза Жиро, мать второй жертвы Джоуны, Эшли Жиро.

В сообщении об исчезновении Сары содержалось упоминание и о Джоуне, о том, что он раньше был священником, а также о том, что он имеет какое-то отношение еще к двум девочкам, и все это попало на страницы газет и экраны телевизоров. Роза Жиро, приветливая и полная, словно пляжный мяч, крашеная блондинка, прикатила в Белхэм, чтобы предложить свою помощь и утешение, равно как и помочь им избежать ошибок, которые наделали они с мужем во время расследования исчезновения Эшли. Именно Роза объяснила им важность прессы в поддержании интереса ко всей этой истории. Джесс приняла ее с распростертыми объятиями. А Майк поначалу старательно избегал.

Просто весь опыт Розы, ее благонамеренные советы и молитвы, желание обнять, утешить и разделить с ними каждый всплеск эмоций беззвучно кричали о том, что Сара больше не вернется домой. Стоило ему услышать нотки сожаления в ее голосе, как он выходил из комнаты под первым же предлогом. «Со мной этого не случится. Полиция найдет Сару». Неделя превратилась сначала в месяц, потом и три, потом в шесть, и только тогда Майк нашел в себе силы заговорить с Розой.

— Я позвонила, чтобы узнать, как у тебя сегодня дела, — сказала Роза.

— Ничего, справляюсь. А у тебя?

— В том же духе.

— Как там Шон?

Помимо звонков накануне дня рождения Сары и периодических нерегулярных разговоров в течение года, Роза писала Майку длинные письма, подробно рассказывая о жизни своей семьи и трех ее остальных детей, словно для того, чтобы уверить себя — или, может быть, показать ему, — что можно взять себя в руки и жить дальше.