Особый склад ума - Джон Катценбах

— Вот этот дом! — внезапно проговорила мать.

Сьюзен обернулась и, после того как ее глаза снова привыкли к ночной темноте, посмотрела в том направлении, куда указывала Диана. Примерно в двадцати футах от них находилось небольшое строение, которое было почти не видно из-за кустов и деревьев. Оно было приземистое и одноэтажное, высокие травы и папоротники были посажены так, чтобы скрывать не только его стены, но даже и часть крыши. Они медленно подошли к нему. Спереди находилась дверь гаражного типа. Сьюзен подошла к ней и остановилась.

— Здесь может оказаться ловушка, — сказала она. — Например, датчики сигнализации.

Сьюзен считала, что раз мысль о наличии сигнализации у нее появилась, то и отнестись к ней следует со всей серьезностью.

Диана между тем обогнула угол дома и стала пробираться вдоль стены.

— Здесь есть окно, — сообщила она дочери.

Сьюзен поспешила присоединиться к ней.

— Видишь что-нибудь? — спросила она.

— Да, — ответила мать. — Но немного.

Сьюзен прижалась носом к холодному стеклу и тоже принялась вглядываться в темноту.

— Ты была права, мама, — прошептала она, медленно выдыхая воздух. — Что-то подобное ты и подозревала.

Внутри вырисовывались прямоугольные очертания нового дорогого внедорожника, выкрашенного в камуфляжный цвет. Насколько они могли видеть, в багажном отделении лежали одна на другой дорожные сумки, словно его владельцы собрались вот-вот уехать.

Диана отступила на шаг от окна.

— Где-то рядом должна быть дорога, — размышляла она. — Не шоссе, но лесная дорога. Он приготовился бежать здесь…

— А как же самолеты и вертолеты? — спросила дочь. — С них автомобиль все-таки можно разглядеть.

— На этот случай есть горы, каньоны, лес… Кто его знает, на что он надеется? Он знал, что его станут преследовать, и он к этому готов. Знаешь, возможно, в нескольких милях отсюда есть и второй гараж с другим автомобилем. А еще на каком-то расстоянии от него, где-нибудь у границы с Орегоном, третий. А последний может быть на пути в Калифорнию. Ведь если подумать, они отправятся именно туда. Там проще всего затеряться. А оттуда прямиком в Мексику. Там вообще, как правило, не задают лишних вопросов. В особенности если у тебя есть деньги.

Сьюзен кивнула:

— Путь отхода не обязательно должен быть наиболее удобным из возможных. Достаточно, если он будет неожиданным для преследователей. Это все, что нужно. Просто щелка, в которую можно просочиться.

Сьюзен посмотрела в сторону дома и сделала глубокий вдох.

— Мне нужно проникнуть в дом, — сказала она. — Мы слишком здесь задержались, и Джеффри за это время вполне мог попасть в беду. — Она повернулась к матери. — А ты оставайся здесь, — велела она. — На тот случай, если произойдет что-нибудь непредвиденное.

Диана покачала головой:

— Я предпочла бы, чтобы мы пошли вместе.

— Нет, — возразила Сьюзен. — Мы же не хотим, чтобы он сбежал. Что бы ни случилось, он не должен уйти. А кроме того, я думаю, что одна доберусь до цели быстрее. Да и решения мне принимать будет легче, когда я буду знать, что ты здесь в безопасности.

Диана не могла не понимать, что предложение дочери не лишено логики, хотя оно ей не понравилось.

Сьюзен указала на едва видную тропу, ведущую через кусты к дому:

— Он может пойти этим путем. Поглядывай туда.

На какой-то миг ей захотелось обнять мать и прошептать что-нибудь теплое и сентиментальное, однако она отогнала от себя эту мысль.

— Скоро увидимся, — сказала она с напускным оптимизмом, затем повернулась и как можно быстрее побежала назад, туда, где, как ей представлялось, ее брат барахтался в сетях психологической паутины, расставленной для него отцом.

В горле у Джеффри пересохло, словно он бежал кросс в жаркий-прежаркий день. Он облизнул губы, но губы так и остались сухими.

— А если я откажусь? — спросил он хрипло.

Отец покачал головой:

— Не думаю. В особенности когда как следует взвесишь мое предложение.

— Ответ — нет.

Питер Куртен заерзал в кресле, словно не одобряя такой поспешности.

— Глупое, рефлекторное решение. Подумай хорошенько, Джеффри.

— Не о чем.

Отец нахмурился.

— Еще как есть о чем, — возразил он отчасти насмешливым, а отчасти раздраженным тоном, словно еще не решив, какой более уместен. — Альтернатива проста. Я воспользуюсь советом моей любимой женушки, которая повторяет его с такой настойчивостью. Как ты думаешь, Джеффри, неужели мне окажется трудным сказать ей: «Кэрил Энн, реши для меня эту проблему»? Ты сам видишь, что ей не терпится это сделать.

Джеффри бросил взгляд на мачеху, не сводившую с него пристального взгляда. Лицо у нее было напряжено, а палец лежал на спусковом крючке. Ей явно с трудом удавалось сдерживаться. Джеффри пришла в голову мысль, что она ждала этой встречи не меньше, чем отец. Интересно, подумалось ему, какими сказками о нем тот кормил ее, чтобы как следует подготовить к этому последнему акту задуманной им кровавой пьесы? Это, решил Джеффри, было все равно как дразнить цепную собаку, регулярно и планомерно, постепенно доводя ее до крайней злобы. Мачеха и правда напоминала свирепую собаку, которая только ждет команды, чтобы броситься на жертву и растерзать. «Вот женщина, — подумалось ему, — в которой не осталось ничего человеческого — только слепая злость и неуемная ярость. И сейчас они направлены на меня». От ее взгляда ему стало холодно, как на пронизывающем ветру.

— Все не можешь решиться? — спросил отец. — Колеблешься?

— Я не могу этого сделать, — ответил сын.

Питер Куртен укоризненно покачал головой, выражая свое родительское неудовольствие:

— Не можешь? Это же просто смешно! Убить может любой, если у него есть достаточный стимул. Черт возьми, Джеффри, солдаты убивают по первому же приказу офицера, которого они ненавидят. И та награда, которую они получают за убийство, есть сущее ничто по сравнению с тем, что нынче предлагаю тебе я. Да и вообще, Джеффри, ты же абсолютно ничего не знаешь об этой девчонке.

— Знаю, хоть и немного. Например, что она ученица выпускного класса. И, насколько мне известно, она была подружкой моего брата…

— Да, поэтому я ее и выбрал. Плюс подходящее для меня школьное расписание и ее привычка ходить короткой дорогой по восхитительно безлюдным закоулкам нашего городка. Вообще-то, мне она всегда нравилась. Она миловидна и хорошо сложена. Правда, плохо разбирается в жизни, но этим грешит большинство подростков. Она юная, свежая. Умненькая. Не гениальна, конечно, однако соображает неплохо. Несомненно, могла бы попасть в хороший колледж. Однако пока трудно сказать, какое будущее могло бы ее ожидать. Вообще-то, бывают девушки и посмышленей, и воспитанней… Но у Кимберли есть еще одно качество, которое встречается достаточно редко. В душе она немного авантюристка, бунтарка. Думаю, этим она привлекла внимание твоего брата. Это делает ее более интересной по сравнению с ее сверстницами, которые словно вышли из одинаковых формочек для печенья.