Девонширский Дьявол - Дмитрий Безуглый

— Сейчас и узнаем!

Пробравшись, наконец, к констеблю, который, не скрывая облегчения, принялся трясти руку ученого и Алисдэйра, Гилмор оценивающим взглядом обвел толпу.

— Прошу тишины! — вдруг резко и очень громко заорал он. — Я инспектор Гален Гилмор, начальник столичного Департамента уголовного розыска Скотленд-Ярда! И я буду говорить с вами!

— Какого дьявола вас прислали из самого Лондона?! — выкрикнул кто-то.

— Не поминай дьявола всуе, кретин! — громыхнул чей-то голос рядом. — Мало тебе его?

— Это не столь важно сейчас! — выкрикнул сэр Гилмор. — Важен повод, по которому вы собрались здесь!

В то время, как инспектор говорил с людьми, к ним пробрался Джейкоб Олдридж, настоятель прихода.

— Святой отец, это Сатана орудует в наших краях?! — вопрошающе заорал кто-то из толпы.

Гален обернулся и кивком головы поприветствовал священника.

— Помогите мне успокоить их, — сказал он.

— Братья и сестры! — выкрикнул Олдридж. — Инспектор Гилмор приехал специально, чтобы расследовать преступление! Давайте же выслушаем его!

— Говори! — раздались крики из толпы. — Пусть говорит!

И сэр Гален продолжил, желая образумить людей…

Барон Милтон уже поджидал Норберта Эддингтона, переминаясь с ноги на ногу в томительном ожидании. Когда карета подъехала к дому, он буквально соскочил со ступенек крыльца и лично открыл дверцу.

— Что произошло, Олдос? — обеспокоенно спросил виконт, выпрыгивая из кареты.

— Пойдем скорее! В дом! — он схватил друга за рукав и буквально потянул внутрь.

— Черт возьми, вы можете ответить на мой вопрос?!

— На мою девочку напали, Норберт! Прямо посреди центральной улицы! Уму непостижимо!

— Кто напал?

Барон буквально взлетел по лестнице на второй этаж дома, и виконт едва поспевал за ним.

— Я не знаю. Слава Всевышнему, что Джинни жива! И смогла сбежать!

— Так она здесь?

— Да. С ней Уитни.

— Так какого черта столько паники, Олдос?! — искренне возмутился Эддингтон.

Барон Милтон остановился перед входом в спальню Джиневры и резко обернулся. Его глаза излучали недоумение и страх одновременно.

— Как ты такое можешь говорить, Норберт? Речь идет о моей дочери, неужели ты не понимаешь?! Ее могли похитить как… как Элеонор и… убить!

— Прости, — примирительным тоном произнес виконт. — Нервы сдают. Я ведь тоже подумал, что ее ожидает судьба той девочки. Мы войдем?

— Ах да! — барон открыл дверь. — Мы дали ей успокоительное и послали за доктором Янгом.

Оба вошли в спальню. На кровати полностью одетая сидела Джиневра, слегка качаясь взад-вперед. Ее глаза смотрели в одну точку, чем создавалось впечатление отрешенности.

— Оставьте нас, — проронил Милтон служанке, и та мгновенно ретировалась из комнаты.

Баронесса сидела на стуле возле дочери и держала ее за руку.

— Как она? — спросил Норберт, подходя ближе.

— Ей надо время, чтобы прийти в себя, — ответила Уитни.

— Она рассказала вам что-либо? Кто на нее напал?

— Сказала, что просто напали, но она смогла убежать, — ответил Олдос, сложив руки на груди. — Бормотала, что ее хотят убить, как Элеонор. Мы не стали дальше мучить ее вопросами. Вы же видите, в каком она состоянии.

Дверной колокольчик оповестил о приезде доктора Тейта Янга, который, не мешкая, взбежал по лестнице и вошел в спальню.

— Здравствуйте, господа, — произнес он. — Здравствуй, Джиневра.

Говоря это, Тейт подошел к девушке вплотную и присел на корточки подле нее. Уитни встала со стула, освобождая место доктору, и отошла чуть в сторону.

— Здравствуй, Джиневра, — повторил Янг, беря ее за руку и прощупывая пульс.

Глаза девушки безразлично посмотрели на него.

— Здравствуйте, доктор, — вяло ответила Джиневра.

— Как ты себя чувствуешь?

— Меня хотели убить, — прошептала она в ответ.

— Вы давали ей успокоительное? — обернувшись к баронессе, поинтересовался Тейт.

— Естественно. Девочка была буквально не в себе.

— У нее шок, и, судя по всему, вы переборщили с каплями.

— Я не меньше вашего знаю, что и сколько давать, доктор, — недовольно фыркнула баронесса.

— Уитни! — укоризненно осадил ее Милтон.

— Что? Что ты хочешь сказать? Что я ни черта не смыслю в лекарствах?!

— Перестань!

— Я думаю, всем надо успокоиться, — сказал Норберт. — Это нервы. И мы мешаем доктору делать свое дело.

— Благодарю, милорд. Я бы и впрямь был благодарен, если бы вы все оставили нас одних.

— Резонно, — согласился Эддингтон. — Когда с ней можно будет поговорить?

— Постараюсь привести ее в чувство как можно быстрее.

— Тогда я пошлю за доктором Аттвудом и сэром Галеном Гилмором. Уверен, им есть о чем побеседовать с Джиневрой.

Когда виконт выходил из комнаты вслед за Милтонами, внезапно раздался громкий звон церковного колокола…

Сэр Гален Гилмор с каждой секундой говорил все вдохновеннее и увереннее, активно жестикулируя руками. Он преследовал одну-единственную цель — успокоить взбудораженную толпу и не допустить массовых беспорядков. Люди слушали его, изредка выкрикивая вопросы, на которые инспектор тут же красноречиво отвечал.

— У вашего приятеля талант, — восхищенно заметил Алисдэйр.

— Ему не впервой доносить слово закона в массы, — подтвердил доктор Аттвуд. — Просто он как никто иной знает цену человеческому безумию, особенно когда оно проистекает из обуреваемой гневом толпы.

— Заметно.

— Инспектор! — заорал кто-то. — А как быть с Агатой Абрамсон? Ее не видели уже более суток, и дома она не появлялась!

— Да! Что нам делать?! Ждать?! — поддержал другой под вновь нарастающий гул возмущенного народа.

— Тише! — прикрикнул Гилмор, поднимая правую руку вверх. — Мы будем искать ее! И здесь мне понадобится ваша помощь! Многие из вас уже участвовали в поисках Элеонор Тоу. К сожалению, безуспешно! Я прошу добровольцев подходить к констеблю и записываться для участия в поиске мисс Абрамсон. Я также прошу вас с нашей помощью организоваться в группы по семь человек, в каждой из которых будет определен старший. Далее мы распределим места поисков на карте и начнем переворачивать дюйм за дюймом! И пока вы будете помогать искать пропавшую девушку, я со своими коллегами осмотрю те места, где ее видели в последний раз перед исчезновением. Только так мы сможем принести реальную пользу, а не выкрикивать свои бесполезные возмущения, находясь здесь, на площади! Пока мы с вами тут говорим, кто-то использует эти минуты для того, чтобы издеваться и мучить Агату! Разве мы будем тут просто стоять, зная, что дорога каждая минута и мы можем помочь ей сохранить жизнь?!