Поджигатель - Джейн Кейси

Я испугалась, вдруг он потеряет сознание, и поспешила с вопросом:

— Аарон, мы можем подняться в квартиру мисс Хауорт? Вы дадите нам ключ?

Он сделал даже больше — дал мне общий ключ, открывающий все двери здания, и рассказал, как найти нужную нам квартиру, расположенную на третьем этаже.

— Я бы пошел с вами, но мне нельзя оставлять пост, — скорбно проговорил Аарон — ему явно хотелось нарушить должностную инструкцию, чтобы нас проводить.

— Не беспокойтесь, — быстро отозвалась я. — Мы найдем.

Сэм уже вызвал лифт. Я побежала через вестибюль к нему в кабинку, пока охранник не передумал. Двери плавно закрылись, и я оказалась лицом к лицу с собственным отражением в зеркальных стенах. Спасения не было. Куда бы я ни повернулась, повсюду видела свою мятую одежду и всклокоченные волосы. Сэм, как обычно, походил на мешок с картошкой (сегодня на нем были полиэстеровая рубашка с короткими рукавами и неизменная коричневая куртка-анорак, служившая ему всепогодной экипировкой), однако его это, кажется, нисколько не смущало. Чтобы не попадаться самой себе на глаза, я уставилась под ноги — пол в этом лифте был единственным безопасным местом. Ни за что бы не согласилась жить в «Голубом здании», даже если бы могла себе это позволить! Лицезреть себя в столь безжалостных подробностях минимум дважды в день? Нет уж, увольте! Если я и ходила растрепой, то предпочитала об этом не знать.

На третьем этаже, в конце коридора, мы нашли квартиру Ребекки Хауорт. Дверь ничем не отличалась от остальных. Я остановилась в нерешительности: может, постучать? Но охранник сообщил, что она жила одна, а дома ее нет — это я знала точно. Отбросив сомнения, я вставила ключ в замочную скважину. Дверь распахнулась в маленький холл. Я хотела шагнуть за порог, но Сэм схватил меня за руку и дернул головой, словно предостерегая: «Постой и прислушайся!»

Сначала мои уши уловили гудение стиральной машины. Потом, на его фоне, тихое пение. Приятный женский голос весело мурлыкал смутно знакомую мелодию. По деревянному полу зацокали каблуки. Мы с Сэмом не успели и слова сказать, как в другом конце коридора открылась дверь и в проеме появилась женщина в деловом костюме, по цене превосходящем мой в несколько раз. В руке женщина держала тряпку, какой обычно протирают пыль. Увидев нас, она в удивлении открыла рот. Как и следовало ожидать, пение прекратилось.

— Вы кто? — одновременно спросили мы обе одинаково резким тоном, только ее голос был выше, чем мой.

— Полиция, — спокойно объявил Сэм. — Уголовный розыск.

Он показал удостоверение. Что интересно, женщина взяла «корочки» и заглянула в них (так делает подавляющее меньшинство населения, фактически один из тысячи), затем обернулась ко мне и протянула руку в ожидании моего документа.

— А вы? — с нажимом спросила я, подавая ей свое служебное удостоверение.

Она пробежалась взглядом по документу и лишь потом ответила, что тоже было необычным:

— Луиза Норт. Юрист компании «Пригар — Гюнтер». Если вам нужен документ, у меня в сумочке есть водительское удостоверение.

— Пока нам достаточно вашего слова, — сказал Сэм. — Мы ищем… то есть… Скажите, это квартира Ребекки Хауорт? — Судя по растерянному тону, он пришел к тому же выводу, что и я: Аарон назвал нам не тот номер, и мы ошиблись дверью.

Однако Луиза кивнула:

— Да. Но ее сейчас нет. Может… ей что-нибудь передать?

— Откуда вы знаете Ребекку? Вы вместе живете?

Она взглянула на меня, и я заметила, что у нее светло-голубые глаза и очень острый взгляд.

— Я ее лучшая подруга. Просто пришла узнать, не случилось ли с ней чего.

— Почему вы решили, что с ней могло что-то случиться?

Луиза пожала плечами.

— Она мне давно не звонила. У меня есть ключ… Раньше, когда она куда-нибудь уезжала, я кормила ее золотую рыбку.

— А сейчас уже не кормите?

— Рыбка сдохла. — Луиза уставилась на меня. — Слушайте, к чему все эти вопросы? К сожалению, я не знаю, когда Ребекка вернется, так что вам нет смысла ее ждать. Но если хотите, оставьте свою визитку, и она…

Я указала ей за плечо:

— Это гостиная? Давайте пройдем туда и сядем, Луиза.

Будучи неглупой женщиной, она наверняка поняла, что мы пришли с дурными вестями, но спокойно повела нас в гостиную и села на стул с прямой спинкой возле маленького столика у стены. Нам с Сэмом остался мягкий диван: другой мебели в комнате не было. Единственным дополнением интерьера служил телевизор с плоским экраном. Как и предсказывал Сэм, квартирка оказалась крошечной, хотя по сравнению с кроличьей клеткой вполне ничего.

На этот раз Сэм предоставил слово мне, и я как можно аккуратнее сообщила Луизе печальную новость. Ее, как и Аарона, больше потрясло, что Ребекка стала жертвой Поджигателя, чем сам факт смерти девушки, — мне показалось, это не стало для Луизы неожиданностью, и я попыталась прощупать почву:

— Вы сказали, Ребекка давно вам не звонила. Это не в ее правилах? Именно это вас насторожило?

— Конечно. Мы дружили с восемнадцати лет. Познакомились в университете, — произнесла она механическим голосом, глядя в одну точку.

Догадавшись, что у нее шок, я вскочила.

— Сейчас принесу воды.

Я прикинула, что не слишком помешаю работе выездной группы, если открою кран и возьму стакан. Главное — соблюдать осторожность. Но, отворив дверь с другой стороны гостиной и увидев крошечную кухню, я застыла как вкопанная. Стиральная машина, которую я слышала раньше, все еще крутилась, а в углу тихо гудела посудомойка. Ребекка не могла их включить, с опозданием поняла я. Улики исчезали буквально у меня на глазах, сливаясь в канализацию. Справившись с мгновенным замешательством, я метнулась обратно в гостиную.

— Луиза, это вы включили посудомоечную машину? И стиральную?

Она взглянула на меня из-под опущенных ресниц.

— Когда я пришла, в квартире был кавардак. Знаете, Ребекка не слишком заботилась о чистоте и порядке. Вот я и решила заняться уборкой. Просто по привычке. Раньше мы с Ребеккой жили вместе, и я всегда за ней прибирала.

Убравшись в квартире, Луиза уничтожила все, что могло помочь в нашем расследовании — подсказать, что делала и с кем была Ребекка Хауорт перед смертью. На моем лице было написано жестокое разочарование, и скрыть его я не могла.

Мы опять опоздали! Сегодня на редкость неудачный день.

ЛУИЗА

Мертва. Это слово не имеет смысла, когда речь идет о Ребекке. Невозможно поверить в то, что ее больше нет.

Я сидела на жестком стуле, чувствуя, как сиденье врезается в ягодицы, и смотрела, как высокая женщина-детектив расхаживает по тесной квартирке Ребекки, словно пытаясь выплеснуть лишнюю энергию. Второй полицейский, толстяк постарше, невозмутимо восседал на диване точно каменноликий Будда. Надо успокоиться и очень внимательно слушать, что говорит эта женщина, тогда все будет хорошо.