Матрица Manolo - Джулия Кеннер

Агент Брейди жил в Верхнем Ист-Сайде, на 77-й улице возле Джон-Джей-парка. Такси довезло меня сюда от Энди за тридцать минут. Первые десять минут я потратила на то, чтобы успокоиться. А в оставшиеся двадцать пыталась думать. И хотя мне очень не хотелось в это верить, я понимала, что теперь я в бегах. Из чего следовало, что мне потребуются наличные. Соображала я медленно, но после того, как на моих глазах подстрелили Энди, опасность стала вполне реальной. В эту игру играют всерьез. И мне необходимы все ресурсы, до которых я могу добраться.

Наклонившись вперед, я попросила шофера немного изменить маршрут. Пока мы ехали в мой банк, я достала сотовый телефон, чтобы позвонить в больницу, и только тут сообразила, что не знаю, куда отвезли Энди.

Оставалось надеяться, что с ним все в порядке. Дротик я вытащила, и его сердце билось довольно уверенно, когда я уходила. Он должен выжить, потому что ни во что другое верить я не хотела.

Такси остановилось перед банком, я расплатилась, но попросила водителя подождать. Войдя в банк, я помахала своими документами перед ближайшим кассиром. Дальнейшее, несмотря ни на что, доставило мне удовольствие. Не так уж часто у девушки появляется возможность снять со счета двадцать тысяч долларов.

Несомненно, это были кровавые деньги, тем не менее я намеревалась их истратить. Я достаточно насмотрелась фильмов по телевизору и знала, что кредитные карты использовать нельзя. Когда ты пользуешься кредиткой, плохие парни сразу же тебя находят. Если хочешь исчезнуть — а именно это я и собиралась сделать, — нужно платить наличными.

Как только девушка вернулась с моими деньгами, я направилась в дамскую комнату. Две тысячи засунула в бумажник, еще три в футляр с компьютером, остальное разместила в карманах джинсов, в лифчике и кроссовках. Конечно, купюры, в особенности те, что оказались в кроссовках, станут со временем мятыми и вонючими, но это меня волновало меньше всего.

Набитая деньгами, как чучело соломой, я поспешно вернулась в такси. Пока мы мчались по улицам Манхэттена и шофер вел какие-то переговоры с диспетчером, я по сотовому телефону с третьей попытки сумела отыскать больницу, куда отвезли Энди. Я знала, что больницы крайне неохотно дают информацию, поэтому представилась его сестрой.

— Я понимаю, что вам не позволяют отвечать на вопросы, — сказала я. — Но мне придется потратить три часа, чтобы добраться до вас. Скажите лишь одно: с ним все будет в порядке?

После некоторых колебаний женщина ответила:

— Прогнозы хорошие. Он находится под наблюдением, и предполагается, что утром его выпишут.

У меня слегка закружилась голова от облегчения, и я откинулась на спинку сиденья. Впрочем, особенно радоваться было нечему, поскольку в моем положении ничего не изменилось. Да, с Эндрю все в порядке (слава богу), но я по-прежнему оставалась одна. А десять часов завтрашнего дня стремительно приближались.

Через несколько минут такси остановилось возле дома агента Брейди, полностью отреставрированного великолепного довоенного здания с кирпичной кладкой в стиле ар деко и оригинальными круглыми окнами-розетками. У меня стало складываться впечатление, что агенты ФБР живут лучше, чем будущие примадонны, работающие в свободное время официантками. Возможно, в этом нет ничего удивительного, но я люблю уточнять такие вещи. На данном этапе следовало признать, что в нью-йоркской иерархии я занимаю довольно низкое положение. Еще ниже находились, пожалуй, только бездомные и помощники официантов. (Это не совсем верно. Иногда я получаю очень неплохие чаевые. Но в жизни бывают моменты, когда необходимо быть жесткой.)