Неупокоенные - Джон Коннолли

— И кто они, эти кое-кто?

Мотор «Форда» заурчал.

— Вы это выясните достаточно скоро, — сказал он.

— А второе? Второе предупреждение?

Он поднял левую руку и сжал ее в кулак, так что на побелевшей костяшке особенно четко проступила наколка.

— Не стойте у меня на пути. Если вы это сделаете, я отправлю вас к праотцам. Помяните мои слова, парнишка.

Автомобиль отчалил от бордюра, в чистом воздухе предзимья завис синеватый плюмаж выхлопа. Сквозь его дымку я разглядел номер машины.

Меррик. Ну что ж, посмотрим, что можно будет выяснить за эти два дня насчет тебя.

Я возвратился к книжному магазину. Ребекка Клэй сидела там в углу, листая старый журнал.

— Вы его нашли? — спросила она с порога.

— Да.

Ее чуть передернуло.

— И… что произошло?

— Мы поговорили, и он уехал. Пока.

— Что значит «пока»? Я вас наняла за тем, чтоб от него избавиться, чтобы он оставил меня в покое раз и навсегда. А вы хотите сказать, он объявится снова?

Голос ее набирал обороты, но в нем улавливалась нервная дрожь. Я повел ее из магазина на выход.

— Мисс Клэй, — повел я разговор, — я как-то уже говорил, что предупреждения может оказаться недостаточно. Этот человек согласился оставить вас в покое, пока я не задам кое-какие вопросы. Его я знаю всего ничего, так что всецело ему доверять нет смысла. Поэтому пока я бы предположил, чтобы мы соблюдали максимальную осторожность. Если вам от этого легче, у меня есть люди, с которыми я могу связаться, и вы всегда будете, так сказать, под присмотром, пока я сам буду выяснять насчет него необходимые подробности. Вас это устраивает?

— Вполне. Наверное, надо будет Дженну на какое-то время отослать, пока это все не закончится.

— Хорошая мысль. Мисс Клэй, вам ничего не говорит имя Меррик?

Мы как раз подходили к ее машине.

— Да нет, пожалуй, — рассудила она.

— Так зовут нашего друга, по крайней мере, так он мне представился. У него в машине я увидел фотографию девочки, возможно, это его дочь. Не была ли она случайно в числе пациентов вашего отца? Быть может, Меррик — это ее фамилия от родителей?

— Отец своих пациентов со мной не обсуждал. В смысле, никаких имен. Быть может, если ему ее направил штат, то насчет нее где-то есть учетная запись. Только выяснить это не так-то просто. Это нарушение конфиденциальности.

— Как вообще обстоит дело с архивом пациентов вашего отца?

— Все файлы после его исчезновения были изъяты по решению суда. Помнится, была попытка издать постановление, уполномочивающее кое-кого из его коллег изучить те записи, но в итоге все застопорилось. Допуск можно получить только для изучения обстоятельств дела в закрытом режиме, а это мера чрезвычайная. Судьи к выдаче ордера отнеслись негативно, желая оберечь личную жизнь пациентов.

Похоже, настала пора коснуться непосредственно ее отца и выдвигавшихся против него обвинений.

— Мне будет трудно задать этот вопрос, мисс Клэй, — начал я.

Она ждала. Понимала, что расспросы эти не обойти, но хотела, чтобы я спросил напрямую.

— Вы сами верите тому, что ваш отец надругался над вверенными ему детьми?

— Нет, — ответила она твердо. — Мой отец не надругался ни над кем из тех детей.

— Вы не думаете, что он мог предоставлять эту возможность другим, быть может, снабжая их информацией о личностях и местонахождении подходящих пациентов?

— Мой отец был предан своей работе. Причина, почему ему перестали посылать детей на оценку, состояла в том, что он, по мнению некоторых, перестал быть в достаточной мере объективным. Он был склонен определяться с оценкой при первичном осмотре, и это его в итоге подвело. Он знал, на что способны бывали взрослые.

— У вашего отца было много близких друзей?

Ребекка нахмурила брови:

— Были, хотя не сказать, чтобы много. В том числе и коллеги по профессиональной деятельности, но после его исчезновения многие из них тоже словно поисчезали. Дистанцировались как только могли. Не мне их винить.

— Я б хотел, чтобы вы составили список: коллеги по работе, друзья по студенчеству, прежние соседи — все, с кем он так или иначе поддерживал регулярный контакт.

— Составлю сразу, как только приеду домой.

— Кстати, вы не сказали мне, что были когда-то в браке.

— Как вы это выяснили? — взглянула она с удивлением.

— Меррик сказал.

— Боже ты мой! Я даже значения этому как-то не придавала. Это было все так, мимолетно. Мы с ним больше и не видимся.

— Как его звать?

— Джерри. Джерри Лежер.

— Это он отец Дженны?

— Нет.

— Где я могу его найти?

— Он электрик, постоянно в разъездах. А зачем он вам?

— Мне вообще надо переговорить с уймой народа. Эти вещи обычно так и происходят.

— Но это не повлияет на того Меррика, чтобы он ушел. — Голос у нее опять набирал обороты. — Я вас не для того нанимала!

— Мисс Клэй, он не собирается уходить, во всяком случае пока. Он разгневан, и гнев этот как-то связан с вашим отцом. Мне нужно выяснить суть отношений между вашим отцом и Мерриком. Для этого мне и придется задать кучу вопросов.

Ребекка, сложив руки на крыше автомобиля, легла на них лбом.

— Мне муторно оттого, что все это тянется, — приглушенным и сдавленным от такой позы голосом страдальчески протянула она. — Я хочу, чтобы все было как раньше. Делайте что хотите, говорите что хотите, но только заставьте его остановиться. Прошу вас. Я даже не знаю, где теперь живет этот мой бывший муж, знаю только, что он работал в какой-то там «А-Секьюр»; может, и сейчас там работает. Они устанавливают системы безопасности на фирмах и в домах. У Джерри есть друг, Реймон Лэнг, он собаку съел на этих системах и то и дело подгонял Джерри работу. Так что, может, Джерри вы отыщете через эту самую «А-Секьюр».

— Меррик полагает, что вы с вашим бывшим мужем, не исключено, в прошлом рассуждали о вашем отце.

— Конечно, рассуждали, но Джерри ничего не знает о том, что с ним произошло. Это я вам точно говорю. Единственный, до кого Джерри Лежеру есть дело, — это он сам. Он, наверное, думает, что отец мой где-нибудь отыщется мертвым и тогда он сможет начать транжирить деньги, которые мне приплывут.

— Ваш отец был состоятелен?

— В завещании, которое сейчас проходит утверждение, значится кругленькая шестизначная сумма, так что он в любом случае не бедствовал. Да еще и дом. Джерри хотел, чтобы я его продала, но дом, начать с того, был не мой. В конце концов Джерри просто притомило ожидание, да и я тоже притомила. Что, в общем-то, было взаимно. Идеальным брак с таким мужем назвать сложно.