Западня - Китти Сьюэлл

Он внезапно подумал: а почему, собственно, ему так хочется узнать об этом? Давид пытался протиснуться мимо нее в узкую дверь. Она не отодвинулась в сторону, и, проходя, он плечом задел ее грудь. Резко отдернул плечо и быстро пошел по коридору.

— Говорю тебе, она не станет слушать, — прокричала Шейла ему вслед. — Совершеннейшая истеричка. Я пыталась вытолкать ее как-нибудь, но она…

Давид, потрясенный, резко развернулся.

— Прекрати кричать, — зашипел он. — Нас могут услышать.

Она озадаченно посмотрела на него, потом улыбнулась:

— Мы не очень-то тут секретничаем.

Давид отвернулся и поспешил в комнату, где ждала овдовевшая женщина.

* * *

— Что случилось? — спросил Иен Брэннаган, встретив его в коридоре. — Ты такой бледный!

— Мне сейчас, как никому, нужно выпить… — выпалил Давид.

— Ты встретил нужного человека, — Иен взял его под руку. — Я как раз направляюсь в «Клондайк», чтобы пропустить рюмочку. Бери свои манатки и выходим.

Перепрыгивая ступеньки, они побежали по лестнице, спустились с холма и пошли в сторону главной улицы. При каждом шаге из-под ног вздымались клубы пыли. Было около шести, солнце ярко светило, и воздух дрожал. На солнцепеке Давиду стало хуже: его все еще преследовал запах мертвечины, а на груди он чувствовал следы от ударов — жена погибшего истерически колотила его кулаками. Руки еще ныли от сильного напряжения, когда он пытался удержать ее за запястья. Казалось, он пережил самый сложный момент в своей жизни. Давид с облегчением нырнул в прохладный полумрак бара, украшенного пластиковыми колоннами под мрамор.

Они расположились за маленьким столиком под кондиционером. Было еще довольно рано, и заведение было полупустым. К ним подплыла Бренда с бокалами пива на подносе.

— Нет, дорогая, нам «Экстра Олд Сток», — заказал Иен.

Бренда посмотрела на Давида:

— А ты что будешь, дорогой?

— Скотч, пожалуйста. Двойной, со льдом.

Лицо Бренды было хмурым, а когда она принесла его заказ, порция была более чем щедрая.

— Я слышала, — сказала она и с сочувствием потрепала его по плечу.

— Уже?

— Только что заходили ребята с лесопилки, — прошептала Бренда.

— Подожди, — нахмурился Иен. — Пока я не выпью, не вздумай рассказывать, на какое задание под названием «Добро пожаловать в наш город» тебя сегодня посылали.

Иен успел осушить одним махом полбутылки, когда пришла Бренда и похлопала его по плечу:

— Вызывают, приятель. Тебе нужно срочно явиться в неотложку.

— Черт, — Иен допил оставшееся в бутылке пиво. — Неужели дежурный доктор не может подкрепить свои силы?

Когда Иен ушел, Бренда осталась возле столика. Она со вздохом поставила тяжелый поднос и стала разминать плечи круговыми движениями, странно постанывая. Потом села на стул, на котором только что сидел Иен, спиной к Давиду.

— Сделай одолжение, док, разомни мне плечи, потри их немного.

Давид осмотрелся. Кажется, никто в баре не обращал на них внимания. Он положил руки на прекрасно очерченные плечи и стал их массировать. На официантке была облегающая красная маечка на тоненьких бретельках. После скорбных обязанностей, которые ему пришлось сегодня выполнять, тепло ее тела было расслабляющим, и он массировал и растирал плечи, закрыв глаза. Мягкие черные волосы щекотали руки, и он неосознанно собрал их и стал перебирать пальцами. Бренда тихонько застонала, и он открыл глаза.

— Ну, вот и все, — быстро сказал он, похлопав ее по спине. — Да, здесь тебе приходится быть сильной, как бык.

Она обернулась и посмотрела на него. Подняла поднос и поднесла его к плечу.

— Я заканчиваю в семь. Хочешь прокатиться? Я могу свозить тебя на Щучье озеро. — Она тихо засмеялась. — Это северная Ривьера. Можно будет поплавать.

— Черт, а почему бы и нет? — После столь суровых испытаний, которые выпали сегодня на его долю, он может себе позволить все, что захочет. Поплавать… Можно разок и «поплавать».

* * *

В девять часов солнце было по-прежнему высоко над горизонтом, и он медленно плыл по мутному коричневому озеру с плавучим камышом, щекочущим лодыжки. Каждую минуту на него пикировали слепни. Он уже успел прочувствовать, что их укусы — не совсем приятная штука. Но ничего страшного, каждый раз, когда он слышал приближающееся жужжание, он набирал побольше воздуха и уходил под воду, тоже, между прочим, богатую разнообразной живностью. Оставалось только надеяться, что ни одна из этих тварей не проскользнет в одно из естественных отверстий тела и не присосется к коже.

Бренда в оранжевом бикини на каменистом берегу разжигала барбекю в какой-то ржавой старой посудине, специально для этого оставленной здесь. «Ривьера, — усмехнулся он про себя. — И все же приятное окончание столь трудного дня».

— Теперь можно выходить, — крикнула ему Бренда. — Дым отпугнет слепней.

Он поплыл к берегу и выбежал из воды, зная, что хорошо выглядит в своих полосатых сине-белых боксерских шортах. Какая-то семья собирала свои пожитки, давая им возможность наслаждаться остатком вечера в одиночестве. Бренда смотрела, как он с трудом натягивает сорочку на влажное тело.

— Не нужно одеваться. Еще долго будет тепло, а я на тебя не нападу, — засмеялась она. — Хотя ты в очень хорошей форме.

Она права. Было все еще жарко, а дым отгонял слепней. Давид снова снял рубашку и лег на одеяло, которое они привезли с собой.

— Так, у нас есть пара гамбургеров, две булочки и две картофелины, но к ним, кроме кетчупа, — ничего, — извиняющимся тоном произнесла Бренда. — Но главное — холодное пиво. — Она открыла бутылку и передала Давиду. Он смотрел на плечи женщины, которые так интимно массировал сегодня. Верхняя часть ее тела была действительно, как у докера, — с широкой мускулистой спиной и маленькой крепкой грудью. Талия тонкая, а вызывающе женственные бедра и ягодицы, казалось, перекатывались под гладкой смуглой кожей. Она была так близко, что он слышал ее запах, чувствовал тепло кожи. Давид резко повернулся на живот, чтобы скрыть проявляющееся возбуждение, и прижал ко лбу холодную бутылку. Потом отхлебнул пива и опустил голову, подставляя солнцу прохладную спину. Впервые с момента приезда он чувствовал, что расслабляется…

Бренда похлопала его между лопатками:

— Эй, просыпайся, уже вечереет. И твой гамбургер остыл.

Давид сразу проснулся и увидел, что прошло уже около часа. Солнце было еще высоко, но в лесу все стихло. Он сел и потер глаза. Костер по-прежнему дымился, но воздух стал свежее, и мрачное озеро показалось вдруг очень красивым, розовые облака отражались в тихой черной воде.

— Как глупо вот так уснуть! — признался Давид.

— Мне нравилось на тебя смотреть, — сказала Бренда. — Ты выглядел очаровательно. Просто падший ангел.