Навлекая беду - Лиза Скоттолайн

— Иисус, Мария и святой Иосиф! — только и успела пробормотать Мэри, когда Энн зажала ей ладонью рот и привалила к двери. Хвост Мэла изогнулся в виде вопросительного знака. Кот стоял в раковине, куда его впопыхах швырнули.

— Мэри, я жива! — прошептала Энн и сорвала с себя бороду Дяди Сэма. — Видишь? Это я, Энн. Я жива. Я не мертва!

— Мм-ф! — Покрасневшие глаза Мэри округлились от ужаса.

— Тс-с! Я не хочу, чтобы об этом узнала полиция.

— Мм-м-м! — Мэри трясла головой. Ее карие глаза казались мраморными.

— Я сейчас уберу руку, но ты не будешь ничего говорить, хорошо? Копы не должны узнать, что я здесь.

— Мм-м-м-ф-ф! — Мэри страстно закивала.

— Не огорчайся, ладно?

— Мм-ф!

— Все замечательно.

— Мм-м-фоу!

— Это вправду я. Живая.

Энн убрала руку, и Мэри завопила:

— ПОМОГИТЕ! ПОМОГИТЕ! ПОЛИЦИЯ!

«Нет!»

— Мэри, тс-с! Ты что творишь?

— Я видела тебя мертвой! На столе! Ты — привидение! Ты — сатана!

Мэри справилась в рекордно короткий срок. Энн в ужасе оглядывалась. Она уже слышала крики и грохот шагов на лестнице. Громкий топот сабо.

— Мэри! Мэри! — кричала Джуди. — Это ты?

— НА ПОМОЩЬ! ДЖУДИ! — разрывалась Мэри. — ПОЛИЦИЯ! ХОТЬ КТО-НИБУДЬ! ПОМОГИТЕ! БЕННИ-И-И!

«Невероятно!»

— Заткнись! Я жива! Это я! Убили девушку, которая сидела с моим котом! Ты видишь кота?

Энн указала на раковину за своей спиной. Хвост Мэла выпрямился в восклицательный знак.

— Нет, ты мертва! Я знаю! Я видела тебя! Мертва, мертва, мертва! На тебе была твоя футболка! Тебя застрелили внизу! Кровь…

— Это была девушка, сидевшая с моим котом, ее звали Уилла. Я одолжила ей футболку! — Энн схватила Мэри за плечи. — Это была не я!

— Динунцио! Я иду! — завывала Бенни. Детективы шли следом.

— Мисс Динунцио? Мисс Динунцио?

Они были почти на площадке, их голоса звучали так громко! Энн чувствовала, что сходит с ума. Время истекло. Все кончено. Повернулась ручка двери. Энн завертелась на месте, потом прыгнула в ванну и задернула занавеску — и тут дверь стремительно распахнулась. Сквозь занавеску ее не было видно. Занавеска непрозрачная, с вычурным цветочным узором и толстой белой изнанкой. «Лора Эшли».[21]Если эта вещь ее спасет, то сорок шесть долларов были потрачены не зря. Мысль: за туфли, одежду и косметику можно и переплатить, а вот занавеска для душа должна доказать свою полезность.

— Мэри, Мэри, с тобой все в порядке?! — спросила встревоженная Джуди.

— Мисс Динунцио! — Это говорил детектив. — Что такое? Что случилось?

— Динунцио? Что с тобой?

Это ворвалась Бенни. От движения двери зашевелилась занавеска.

— Почему ты вопила?

«Пожалуйста, Мэри, не выдавай!»

Стоявшая за занавеской Энн старалась не дышать. Она опиралась спиной о белую кафельную стену.

— Э-э-э… не знаю, — ответила Мэри. Ее голос дрожал.

— Но ты так вопила! — сказала Джуди и рассмеялась. — А, теперь вижу! Кот.

Вслед за ней засмеялась Бенни.

— Кот!

К ним присоединились детективы. Все хохотали. Этакий неожиданный вечер юмора в ванной комнате.

— Тебя напугал кот!

«Мэри, подхватывай! Они сами тебе подсказывают!»

— Да, так и есть, — произнесла наконец Мэри. — Кот. Я удивилась. Когда вошла, он сидел в раковине. Вот как сейчас. Извините за вопли.

«Иисус, Мария и святой Иосиф!» — подумала Энн с облегчением. Хотя дело тут, наверное, не в именах святых.

— Наверное, у Энн был кот, — сказала Джуди. — Вон лоток, под раковиной. Видите?

— Теперь вспомнил, — сказал детектив. — Прошлым вечером мы заметили кошачий лоток, но кота не обнаружили. Что ж, вот и он.

«Великолепная работа! Только где тот парень, который должен был бы сидеть в тюрьме?»

— Ты должна взять его себе, Мэри, — сказала Джуди. — Ему теперь нужен дом. Ты можешь поселить в своей квартире кота?

— Не знаю… Мне не нужен кот.

Джуди усмехнулась:

— Забрать его все равно придется, а у нас с Бенни собаки. У тебя ведь когда-то был кот, разве не так?

«Возьми же его, идиотка! Я жива! Или ты уже забыла?»

— Ладно, заберу. Нам, наверное, пора идти.

— Вот это дело, Динунцио, — сказала Бенни; послышался звук открываемой двери. — Возможно, забирая кота, ты помогаешь Энн, а?

— Возможно, — ответила Мэри, и занавеска опять зашевелилась. Три юриста, два детектива и один озадаченный кот покинули ванную комнату.

Услышав, как закрылась входная дверь, Энн выбралась из ванны, выскользнула наружу и поспешила вниз. Она понимала, что, как только появится возможность, Мэри всем расскажет, что Энн жива. Из этого следовало, что Дяде Сэму надо попасть в офис.

Она надела очки и кинулась туда со всех ног.

Энн припарковала «мустанг» так близко, как только могла, в пяти кварталах от офиса по Локаст-стрит. Дальше пришлось идти пешком. Мимо маленьких магазинчиков, предприятий, домов, переделанных под офисы архитекторов, бухгалтеров и юридические конторы. Она не поднимала головы, хотя то, что ее считали мертвой, было само по себе чертовски хорошей маскировкой. К тому же на тротуарах хватало прохожих, одетых в зеленые поролоновые короны статуи Свободы, маски Джорджа Буша и красно-бело-синие шляпы-зонтики, обручем закрепленные на голове. Энн насчитала еще двух Дядей Сэмов. Они помахали друг другу.